У нас есть 29 ответов на вопрос Для чего нужна верификация документов? Скорее всего, этого будет достаточно, чтобы вы получили ответ на ваш вопрос.
- Что такое верификация простыми словами?
- Что значит верификация паспорта?
- Что такое верификация документов?
- Как работает верификации?
- Для чего проводится верификация?
- Что такое верификация и для чего она нужна?
- Сколько времени идет верификация?
- Какие данные нужны для верификации?
- Какие документы нужны для верификации?
- Что нужно для верификации?
- Для чего нужна верификация документов? Ответы пользователей
- Для чего нужна верификация документов? Видео-ответы
Отвечает Кристина Гаврилина
Верификация необходима для того, чтобы обезопасить Ваш аккаунт и данные от несанкционированного доступа, для совершения запрошенных действий.
Итак, подводя итог, основные рекомендации по верификации: 1. Проходите верификацию до пополнения счета. Не становитесь заложником своих же денег. 2. Проверяйте перечень необходимых для верификации документов. Могут требовать лишнего. 3. Наносите защитные водяные знаки на все копии документов.
Верификация — простыми словами, это технология проверки информации на достоверность, правильность, точность. Если от вас требуется пройти верификацию, то это значит, что нужно выполнить процедуру проверки на подлинность вашего профиля, документа или действия.
Верификация электронной цифровой подписи (ЭЦП) – подтверждение права подписывать электронные документы. ЭЦП выдается в специальных удостоверяющих центрах, и главная задача верификации – проверить, подходит ли она для тех или иных видов электронных торгов (соответствует ли требованиям электронных торговых площадок).
Верификация программного обеспечения — аналогична верификации любого произведенного продукта. После разработки ПО оно тестируется на соответствие техзаданию. Продукт должен содержать все составные части, требуемые заказчиком, и запускаться при нажатии. Насколько при этом продукт соответствует целям заказчика – вопрос не верификации, а валидации.
Что такое верификация простыми словами?
Простыми словами верификация — это проверка пользователя на достоверность внесенных данных. Термин происходит от двух латинских слов verus «истинный» и facere «делать», что в буквальном переводе означает «сделать что-либо настоящим».
Что значит верификация паспорта?
Проверка документа, удостоверяющего личность: проверка легитимности удостоверения личности (например, водительских прав, паспорта, государственного удостоверения личности).
Что такое верификация документов?
Верификация – процесс, подтверждения подлинности оригиналов документов.
Как работает верификации?
Верификация — проверка страницы на подлинность. Другими словами, это подтверждение, действительно ли владелец аккаунта — тот, кем он себя называет. И не важно, аккаунт это конкретного человека или какой-либо компании.
Для чего проводится верификация?
Если в качестве объекта рассмотреть методику измерений, то верификация – это процесс подтверждения того, что методика соответствует установленным к ней требованиям, в первую очередь требованиям к получению по ней результатов требуемого уровня качества (иными словами, предоставление достоверной информации).
Что такое верификация и для чего она нужна?
Верификация – подтверждение подлинности аккаунта. В социальных сетях используется специальный символ – галочка верификации, которая означает, что аккаунт проверен соцсетью и что его действительно ведет организация или человек, который представлен в аккаунте.
Сколько времени идет верификация?
Автоматическая проверка личности и адреса может занять до 24 часов. Если вы не получили ответ в течение 24 часов, это значит, что ваш документ проверяется вручную. В связи с пандемией коронавируса (COVID-119) верификация вручную может занять больше времени (от 3 до 10 дней) Благодарим вас за терпение.
Какие данные нужны для верификации?
Вам, как физическому лицу, скорее всего, потребуется предоставить нам: ID личности государственного образца Подтверждение адреса проживания Верификация банковского документа. Мы принимаем следующие документы в качестве удостоверения личности государственного образца.:Национальный ID.Водительские праваПаспорт
Какие документы нужны для верификации?
Для успешной верификации вашего аккаунта нам понадобятся всего 3 документа: удостоверение личности; селфи; документ, подтверждающий адрес.
Что нужно для верификации?
Если верификация нужна организации — потребуется документальное подтверждение её существования: свидетельство о регистрации юрлица или индивидуального предпринимателя. Также форма может запрашивать дополнительные документы — например, свидетельство о регистрации товарного знака или договор аренды.
Для чего нужна верификация документов? Ответы пользователей
Отвечает Паша Григоренко
Верификация — это процедура, позволяющая подтвердить личность переводчика. Рядом с именем верифицированного пользователя появляется специальная отметка .
Отвечает Тимур Кавраков
Сегодня удаленная верификация документов широко используется в странах Европы и Северной . Ой да кому нужны ваши паспортные данные.
Отвечает Анютик Абрамова
Верификация паспорта необходима для соблюдения этических норм ведения бизнеса . разделе «Управление моими документами», а также придет сообщение на email.
Отвечает Ильдар Денисов
Она проводится при помощи сбора и записи данных (фото- и видеофиксация физического лица и его документов). Далее происходит размещение и .
Отвечает Кирилл Пашагин
Проверка документов несёт в себе массу плюсов. Однако у некоторых пользователей она ассоциируется с рядом неудобств. Понятно, что верификация .
Отвечает Александр Симонов
Что такое верификация и зачем она нужна; Код верификации: что это . валидации: отправить сканы документов для подтверждения личности.
Отвечает Екатерина Москалева
Верификация счета является одним из обязательных этапов регистрации пользователя, . Для сканирования документов непосредственно на платформу можно .
Отвечает Никита Шаяхов
Для чего нужна удаленная идентификация и верификация личности? . распознает данные и проверяет подлинность документов; .
Отвечает Елена Костромина
Что это такое верификация персональных данных и зачем она нужна финансовым компания; . верификации документов и проводимых нами операций.
Источник: querybase.ru
Значение слова верификация
проверка, эмпирическое подтверждение теоретических положений науки путем сопоставления их с наблюдаемыми объектами, чувственными данными, экспериментом. Принцип верификации (или верифицируемости) — одно из основных понятий логического позитивизма.
Словарь будет интересен широкому кругу читателей, интересующихся современной политикой.
Современный экономический словарь (1999)
верификация
проверка и подтверждение подлинности материалов, документов.
Современный экономический словарь 1999 года — научно-справочный словарь, содержащий более 10 тысяч терминов и определений, применяемых в экономической отрасли России и других стран с рыночной экономикой в настоящее время.
Словарные статьи издания освещают как термины из области общей экономики, так и термины из области финансов, валюты, налогов, бухучета, аудита, управления, страхования, менеджмента, статистического учета, маркетинга и других.
Словарь будет полезен специалистам и студентам экономических вузов, а также всем, интересующимся современной экономикой России и мира.
Начала современного естествознания. Тезаурус
верификация
(от лат. verus — истинный и facio — делаю)
2) (в неопозитивизме) проверка, эмпирическое подтверждение теоретических положений науки путем сопоставления их с наблюдаемыми объектами, чувственными данными, экспериментами;
3) (в естественных науках) проверка истинности теоретического положения, установление достоверности опытным (эмпирическим, экспериментальным) путем. Принцип (критерий) верификации — один из принципов (критериев) научности выдвигаемых или установленных положений, используемого знания.
Тезаурус «Начала современного естествознания» представляет собой вторую часть одноименного учебного пособия. В настоящем словаре приведено толкование наиболее распространенных в научной лексике терминов, определений, научных концепций и категорий естествознания. Всего в тезаурусе представлено около полутора тысяч словарных статей.
Словарь может использоваться как самостоятельно, в качестве справочника, так как дополнительный материал к первой части пособия. Пособие адресовано в первую очередь студентам вузов, изучающим концепцию современного естествознания, но будет интересно широкому кругу читателей.
Культурология. Словарь-справочник
верификация
(лат. verus – истинный + fasio – делаю)
проверка, эмпирическое подтверждение теоретических положений науки путем сопоставления их с наблюдаемыми объектами, чувственными данными, экспериментом.
☼ позднелат. verificatio — доказательство, подтверждение верности или истинности чего-либо; от лат. verus — истинный и facio — делаю.
в культурологии установление истинности тех или иных суждений (утверждений и отрицаний) о культуре в знании о культуре. Подобное понятие в области логики и методологии науки означает процесс непосредств. или косвенной проверки научных утверждений в рез-те эмпирич. наблюдений или проведения эксперимента, а также установления логич. отношений между непосредственно и косвенно верифицируемыми утверждениями.
Понятие В. было сформулировано и обосновано логич. позитивизмом (Венский кружок), развивавшим концепцию «научной философии» и идеи Витгенштейна, сформулированные им в «Логико-филос. трактате» (1921). Принято различать В. как актуальный процесс эмпирич. проверки истинности суждений и верифицируемость как потенциальную их проверяемость (возможность проверить) при опр. условиях или по опр. формальным схемам.
Согласно принципу верифицируемости, выдвинутому логич. позитивизмом, всякое научно осмысленное утверждение о мире сводимо к совокупности протокольных предположений, фиксирующих данные чистого опыта. В конечном счете любое знание о мире рассматривалось как сводимое путем цепочки формальных преобразований к сумме элементарных предложений, обладающих логич. (логико-математич.) непротиворечивостью и аксиоматич. истинностью (т.н.
логич. атомизм), а структура мира, т.о., определялась проекцией структуры знания, заданной исходной логико-эпистемологич. моделью. Согласно позднему Витгенштейну, идеальный, с т.зр. В., логически совершенный язык науки является рез-том условной конвенции, В. к-рой также весьма условна и произвольна — как нек-рые формальные правила ведения «языковой игры». Отсюда — допущение множественности как научных, так и обыденных языков, не поддающихся унификации или генерализации; отсюда же функциональное понимание значения как «употребления» и т.п.
В гуманитарных науках и особенно в культурологии проблема В. еще более усложняется. Поскольку в культуру как предмет культурологич. рефлексии входят такие разные, притом специализир., формы, как наука и искусство, философия и религия; а также социализированные формы культуры — полит., правовая, хозяйственно-экон.; поскольку помимо специализир. форм культуры существует еще и обыденная культура (в частности, образ жизни и культура повседневности), — В. феноменов культуры по каким-то одним основаниям оказывается невозможной. Так, напр., наука (скажем, естествознание) и религия могут занимать по принципиальным мировоззренч. вопросам взаимоисключающие позиции; это же в той или иной степени относится и к взаимоотношениям искусства и философии, философии и религии, науки и философии, науки и искусства, специализир. форм культуры и культуры обыденной, социализир. и специализир. форм культуры между собой. Во всех этих случаях речь может и должна идти о множественности самих В. — применительно к разл. феноменальным формам культуры, о своего рода «параллельных рядах» культурных явлений, верифицируемых по принципиально несводимым основаниям и очень условно «переводимым», «перекодируемым» с одного культурного языка на другой.
Здесь возможны самые парадоксальные альянсы и контаминации: религ. обоснование или опровержение науки и научное объяснение или отвержение религии; философия искусства, философичность искусства и искусство философствования; философия здравого смысла, обыденное знание и эстетика повседневности и т.д., причем многие из этих пограничных явлений культуры сосуществуют друг с другом во времени и в пространстве, тем самым фактически оправдывая и подтверждая плюрализм В. в культурологии. Так, экстраполируя требования и критерии интеллектуальной культуры, понятийно оформленной и сложно структурированной, в сферу культуры повседневности, аморфной и непосредственно переживаемой, мы вольно или невольно интеллектуализируем обыденную культуру, придавая специфически обыденному ее содержанию форму специализир. (научного или филос., социально-полит. или эстетич.) знания.
И напротив, навязывая философии или науке, искусству или полит. идеологии логику и смысловое наполнение обыденного сознания, с его здесь-и-теперь-находимостью, с его прагматизмом и наглядной конкретностью, простотой, общедоступностью, самоочевидностью, мы получаем «неспециализир.» философию, точнее философствование на уровне житейских целей и потребностей потенциально любого субъекта. Практически каждый субъект культуры причастен (нередко одновременно) нескольким смысловым плоскостям культурной реальности: он может быть ученым-естествоиспытателем и глубоко верующим человеком, философом (опр. ориентации) и обывателем, художником-любителем и членом той или иной полит. системы (гос-ва, класса, партии, страты, группы и пр.); соответственно его суждения о мире и культуре могут принадлежать разл. смысловым слоям сознания или составлять сложную конфигурацию разл. смыслов. Естественным является безграничное многообразие культурологич. концепций и учений, не только сменяющих друг друга во времени, но и нередко современных друг другу, что не исключает ни их взаимодополнительности, ни взаимополемичности. Наконец, само неопр. и все расширяющееся множество несводимых друг к другу дефиниций культуры, как и ее качественных и смысловых дифференциации, лишний раз подтверждает всю закономерную многозначность и сложность В. явлений и процессов культуры, в принципе многомерной.
Следует признать, что культурологич. знание представляет собой мышление по схемам многих знаний: оно не исключает ни конкретнонаучных, ни общенаучных, ни филос. обобщений, но может быть совершенно эмпирическим и восставать против любой его внешней концептуализации; оно включает в себя дорефлективные, рефлективные и надрефлективные компоненты, находящиеся в сложном, подчас конфликтном взаимодействии; оно использует систему относительно строгих понятий и емких категорий (свойственных дискурсивному мышлению в целом и науке, философии в частности), а также символов, нередко заимствованных из других областей знаний, представлений, переживаний (напр., мифологии и религии, лит-ры и искусства, житейской практики и этнонац. традиций), равно как и научных дисциплин (антропологии и социологии, психологии и семиотики, искусствознания и лингвистики, истории и лит.-ведения, подчас естеств. и техн. наук), переосмысливая их применительно к своему предмету — культуре (ценностно-смысловому единству), и в то же время обращается к образно-ассоциативным и интуитивным представлениям, рожденным в разл. сферах и формах культуры. В этом отношении критерии научности или художественности, абстрактности или конкретности, материальности или идеальности, объективности или субъективности, достоверности или вымысла, однозначности или многозначности, статики и динамики, всеобщности или частности и т.п. оказываются в равной мере недостаточными, неполными, не универсальными. В рамках одного и того же культурологич. дискурса субъекту культуры (в т.ч. и исследователю) приходится одновременно апеллировать к двум и более системам измерений (включая анализ, интерпретацию и оценку рассматриваемых явлений культуры), исходить из амбивалентности или принципиальной разноосновности культурологич. знания.
В. культурных феноменов в культурологии во многом зависит от того контекста, в к-ром эти явления рассматриваются: истор. контекст возникновения и функционирования этих явлений или контекст современный (относительно исследователя или иного субъекта культуры); контекст культурной традиции, из к-рой вышел данный феномен, или контекст последующих культурных инноваций; контекст культурной однородности (с данным явлением) или контрастности (с ним же); контекст субъективный (продиктованный ассоциациями или воззрениями опр. субъекта культуры) или объективный (связанный с истор. эпохой, конкр. топосом, нац. картиной мира, жизненным укладом) и т.д. В. феноменов культуры определяется в конечном счете мерой соответствия между рассматриваемым феноменом культуры и культурно-смысловым контекстом его осмысления.
Понятно, что феномен ср.-век. алхимии, являющийся, с совр. т.зр., в контексте научных воззрений 20 в., безусловным заблуждением, мистикой, превращенной формой знания, представлял собой — в контексте ср.-век. культуры — плодотворный способ первичной структуризации знаний о мире, веществе, всеобщей изменчивости вещей и смелый прорыв в область неизвестного, заложивший основы будущих наук Нового времени — химии, физики, биологии, антропологии и т.п. Подобным же образом следует оценивать астрологию, метафизику, теологию и многое другое в культуре ср.-вековья или Возрождения: это смысловые структуры (или целые комплексы смысловых структур), определяющие мировоззрение и поведение духовной элиты своего времени; эти смысловые структуры в такой же мере выражают культуру опр. истор. эпохи, в какой опосредствуют ее истор. определенность в конкр. формах человеч. рациональности и соответствующей деятельности. Разл. утопии, возникавшие в сознании людей в разные века, могут быть оценены, с совр. т.зр., как «тупиковые» проекты, бесполезные и даже вредные для человечества и отд. его представителей; но в рамках культуры своего времени они выступали как серьезные и оригинальные попытки переоценки существующей действительности и выхода за ее актуальные пределы, как механизмы преобразования социокультурной данности в новую виртуальную реальность. Аналогичным образом в культурологии оцениваются разл. научные теории, концепции, гипотезы, версии, методол. подходы: их дискуссионность и открытость (концептуальная незавершенность) отнюдь не являются показателем их ошибочности или ложности, равно как и правдоподобия или истинности, — все они выступают как исторически обусловленные феномены конкр. культуры, и как таковые закономерны по своему содержанию и форме — наряду с иными, типологически рядоположенными, а семантически вариативными или альтернативными.
Будучи вписано в тот или иной содержат. контекст, каждое явление культуры, выступающее, т.о., как своего рода текст, тем или иным образом коррелирующий со своим контекстом, с одной стороны, накладывает свой отпечаток на контекстуальное смысловое поле, а, с другой, само адаптируется к своему контексту, испытывая его ценностно-смысловое воздействие; осмысление, интерпретация и оценка данного явления культуры всегда обусловлены контекстуальностью, т.е. складывающимися диалогич. отношениями между данным текстом и инновативным контекстом, — в рез-те происходит «приращение смысла» — прежде всего в самом тексте, обретающем — в процессе взаимодействия со своим контекстом — все более и более значит. «интерпретативную оболочку». В этом смысле одно и то же культурное явление в разл. культурно-истор. эпохи и даже в течение сравнительно небольших истор. периодов не равно себе, поскольку в своем содержании постоянно утрачивает одни смыслы и семантич. оттенки и приобретает другие, более актуальные, ценные или значимые в каком-то отношении.
Особый случай представляет нарочитая модернизация феноменов культуры прошлого или нац. адаптация инокультурных явлений, достигаемая соответствующим моделированием эпистемологич. контекста — резко современного или исключительно национально-культурного, — новый феномен культуры, высвеченный неожиданным контекстом, представляет собою аллюзию прежнего (т.е. особого рода интерпретацию, переосмысление, а не его продолжение и развитие), и его В. в культурно-истор. отношении, т.о., лишена смысла (на этом строится постмодернистская игра с исторически и культурно несовместимыми реалиями, в своей совокупности принципиально неверифицируемыми). Аналогично по своему рез-ту намеренное изъятие того или иного феномена культуры из его истор. контекста (игнорирование реальных культурных отношений и связей, «круга чтения» и интересов исследуемого деятеля культуры, культурно-смысловых источников и ассоциаций анализируемых произведений, концепций и доктрин; приписывание явлению культуры тех смыслов и значений, к-рые ему генетически не свойственны или исторически невозможны; «обвинение» деятеля культуры в незнании фактов или идей, известных его позднейшим критикам или интерпретаторам, или в отстаивании нежелат., с т.зр. интерпретатора, партийно-классовой, идеол. или филос. позиции по к.-л. вопросам, являющееся фактически тенденциозной реинтерпретацией культурных явлений в идейно чуждом или контрастном контексте.
Такой в большинстве случаев была В. культуры в марксистской культурологии, наиболее последовательно сопоставлявшей феномены культуры с явлениями социальной действительности, делившей деятелей культуры на «прогрессивных» и «реакционных», а явления культуры на народные и «антинародные», революц. и контрреволюционные, «нужные», с партийных позиций, и «ненужные» (в свете задач революции, социалистич. строительства, коммунистич. идеалов, злобы дня и т.п.). В. феноменов культуры, осуществляемая с позиций истор., политико-идеол. или филос. превосходства, как и «суд» одной культурной эпохи над другой или критика одной нац. культуры др. нац. культурой (это же относится и к разл. субкультурам), — неправомерны и субъективны, хотя вполне объяснимы и широко распространены в истории культуры.
Речь идет о столкновении разл., подчас несовместимых между собой культурных кодов и наложении взаимоперечащих смысловых структур, относящихся к гетерономным культурным системам. В. культурных феноменов носит здесь иллюзорный и, как правило, идеологически заданный характер.
Иными словами, верифицируется т.о. не сам культурный феномен, а лишь его интерпретация (как правило, имплицитно содержащая в себе оценку, что подтверждает социально-полит. и идейно-мировоззренч. ангажированность исследователя). Строго говоря, В. в культурологии возможна лишь в феноменологич. и герменевтич. смысле, — т.е. в контексте данной культуры, данной истор. эпохи, данного культурного стиля, типа мировоззрения, морфологич. принадлежности и т.д. вплоть до конкр. явления культуры.
Возникающая перед культурологами (особенно при проведении кросскультурных — сравнительно-истор. и типол. — исследовании) проблема культурного релятивизма в принципе трудно разрешима. С одной стороны, трудно доказать, что нек-рое явление или категория одной культуры (субкультуры) воспринимается именно таким образом в иной культуре, что понятия и представления разл. культур аутентичны и взаимопереводимы, что социокультурное объяснение этого явления в одной культуре будет верным и в отношении другой.
С др. стороны, стремление понять другую культуру методом условного «вживания» в нее, с т.зр. «определения ситуации» исследуемыми деятелями, путем отказа понять «чужую» культуру на основании собственных категории и «своего» культурно-истор. опыта — чревато тем, что в рез-те «контекстуальной снисходительности» исследователя ни одно явление другой культуры (тип поведения, верования, мышления, творчества и пр.) не может считаться неестественным или иррациональным, если оно рассматривается в рамках собственного культурного контекста. В то же время маловероятно, чтобы исследователь «другой культуры» мог полностью отказаться от опр. стереотипов или дискурсов «своей культуры», что фактически исключает возможность адекватного понимания иного культурного опыта и других культурных систем. Т.о., В. подлежит не столько сама культура, анализируемая и интерпретируемая, систематизируемая и обобщаемая в культурологич. теориях и учениях, сколько культурологич. учения и концепции, осмысляющие и классифицирующие культурные явления, сопоставляющие их между собой и оценивающие, объясняющие и прогнозирующие культурно-истор. развитие человечества и его составляющих. Это важно для того, чтобы отчетливо различать в культурологич. исследовании значения, смыслы и оценки, навязываемые исследователем своему материалу, и вытекающие из его непредубежденного анализа; субъективную тенденциозность и познават. объективность; желаемое и действительное; органическое и производное.
Характерна концепция К. Р. Поппера, противопоставившего идее В. идею фальсификации. Стремясь последовательно и строго различать науку и идеологию (что особенно актуально в отношении гуманитарных и социальных наук, включая культурологию), Поппер доказывал, что наука, для того чтобы доказать свою валидность, должна стремиться не к защите своих положений и принципов, т.е. В. (это успешно делает и идеология), а к их опровержению: наука может развиваться только посредством проверки и опровержения собственных гипотез (фальсификации), выдвижения новых гипотез и их последующей фальсифицирующей проверки, и т.д. (к чему идеология органически неспособна). В полемике с Поппером Т. Кун настаивал на том, что наука зависит прежде всего от предположений, к-рые в принципе не могут быть фальсифицированы, а развитие науки определяется не систематич. испытанием гипотез, как это видит фальсификационизм, а в рез-те смены научных (шире культурных) парадигм. Если Поппер акцентировал в научном поиске порождение инновативного начала путем отрицания не выдерживающих проверки старых гипотез, то Кун подчеркивал непрерывность и преемственность культурных традиций в научном развитии, лишь изредка «взрываемых» научными революциями — переворотами, открывающими принципиально новые системы и принципы знания, тем самым прерывающими традицию и требующими обновления В. Логично представить В. и фальсификацию гипотез как взаимодополнит. принципы проверки знания, различно, но в одинаковой мере способствующие его росту, углублению и внутр. совершенствованию в контексте культуры.
Лит.: Кун Т. Структура научных революций. М., 1977; Заботин П.С. Преодоление заблуждения в научном познании. М., 1979; Мулуд Н. Анализ и смысл. М., 1979; Маркарян Э.С. Теория культуры и совр. наука (Логико-методол. анализ). М., 1983; Павилёнис Р.И. Проблема смысла. Совр. логико-филос. анализ языка.
М., 1983; Наука и культура. М., 1984; Полани М. Личностное знание: На пути к посткритич. философии. М., 1985; Рыжко В.А. Научные концепции: социокультурный, логико-гносеол. и практич. аспекты. К., 1985; Интерпретация как историко-научная и методол. проблема. Новосиб., 1986; Культура, человек и картина мира. М., 1987; Научные революции в динамике культуры.
Минск, 1987; Гадамер Х.-Г. Истина и метод: Основы филос. герменевтики. М., 1988; Парахонский Б.А. Язык культуры и генезис знания. К., 1988; Героименко В.А. Личностное знание и научное творчество. Минск, 1989; Библер B.C. Михаил Михайлович Бахтин, или Поэтика культуры.
М., 1991; Библер B.C. От наукоучения — к логике культуры: Два филос. введения в XXI век. М., 1991;0нже. На гранях логики культуры. М., 1997; Петров М.К. Язык, знак, культура. М.,1991; Он же. Самосознание и научное творчество. Ростов-на-Дону, 1992; Он же.
Историко-философские исследования. М., 1996; Степин B.C. Филос. антропология и философия науки. М., 1992; Лем С. Этика технологии и технология этики. Модель культуры. Пермь; Абакан; М., 1993; Сорина Г. В. Логико-культурная доминанта: Очерки теории и истории психологизма и антипсихологизма в культуре.
М., 1993; Манхейм К. Диагноз нашего времени. М., 1994; Орлова Э.А. Введение в социальную и культурную антропологию. М., 1994; Делёз Ж. Логика смысла. М., 1995; Идеал, утопия и критич. рефлексия. М., 1996; Коммуникации в культуре. Петрозаводск, 1996; Культуральная антропология.
СПб., 1996; Каган М.С. Философия культуры. СПб., 1996; Мамардашвили М.К. Стрела познания: Набросок естественноистор. гносеологии. М., 1996; Пятигорский А.М. Избранные труды.
М., 1996; Рикёр П. Герменевтика и психоанализ. Религия и вера. М., 1996; Вторая Навигация: Философия. Культурология. Лит.-ведение: Альманах.
X., 1997; Злобин Н. Культурные смыслы науки. М., 1997; Каган М.С. Филос. теория ценности. СПб., 1997; Мамардашвили М.К., Пятигорский А.М. Символ и сознание: Метафизич. рассуждения о сознании, символике и языке. М., 1997; Михайлов А.В. Языки культуры. М., 1997; Туровский М.Б.
Филос. основания культурологии. М., 1997; Popper K.R. The Logic of Scientific Discovery. L., 1959; Popper K.R. Conjectures and Refutations: The Growth of Scientific Knowledge.
N.Y.; L., 1962; Adorno T.W. Prisms: Cultural Criticism and Society. L., 1967; McHugh P. Defining the Situation : The Organization of Meaning in Social Interaction. Indian., 1968; Vallier I. (ed.) Comparative Methods in Sociology. Berk., 1971; Douglas М. Cultural Bias. L., 1978; Smith A.D. National Identity.
L.; N.Y., 1991.
И. В. Кондаков.
Культурология ХХ век. Энциклопедия. М.1996
Словарь-справочник по культурологии представляет собой справочное издание, посвященное культурологии как науке, изучающей культуру. Словарные статьи содержат термины и определения, применяемые в изучении современной культурологии России и мира, отражающие суть концепций мировой и российской культуры. В справочнике представлены также статьи о развитии культуры и различных культурных феноменах, как исторических, так и современных.
Словарь рассчитан на широкий круг читателей, интересующихся современной историей и культурой, но будет полезен также студентам вузов и специалистам.
Источник: znachenie-slova.ru