БАНКРОТСТВО / НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ / СУБСИДИАРНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ КОНТРОЛИРУЮЩИХ ДОЛЖНИКА ЛИЦ / ОТВЕТСТВЕННОСТЬ РУКОВОДИТЕЛЯ / BANKRUPTCY / SUBSIDIARY LIABILITY OF JURIDICAL PERSONS / CONTROLLING A DEBTOR / LIABILITY OF MANAGER
Аннотация научной статьи по праву, автор научной работы — Лахтин А.Л.
Очень часто в настоящее время действия (бездействия) директоров, руководителей, контролирующих хозяйствующих субъектов лиц, приводят к причинению ущерба юридическим лицам. В большей степени такие действия попадают под квалификацию злоупотребления правом. В настоящей статье кратко рассмотрены нормы Российского законодательства о основаниях привлечения контролирующих должника лиц к ответственности, а также правовые институты континентального права, регулирующие положение лиц, оказывающих властное влияние на деятельность компаний.
i Надоели баннеры? Вы всегда можете отключить рекламу.
Похожие темы научных работ по праву , автор научной работы — Лахтин А.Л.
Основания привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в банкротстве
Классификация соучастников преступления по видовому признаку
Субсидиарная ответственность при банкротстве должника | Антон Помазан
Особенности возложения субсидиарной ответственности на участника общества с ограниченной ответственностью в механизме восстановления нарушенных прав кредиторов
Субсидиарная ответственность как средство исполнения налоговой обязанности организации-банкрота
Привлечение бенефициаров бизнеса к субсидиарной ответственности
i Не можете найти то, что вам нужно? Попробуйте сервис подбора литературы.
i Надоели баннеры?
Вы всегда можете отключить рекламу.
GROUNDS FOR SUBSIDIARY LIABILITY OF PERSONS CONTROLLING THE DEBTOR IN BANKRUPTCY
Nowadays actions (omissoins) of directors, managers, controlling economic entities of persons, most often lead to damage to legal entities. Such acts are more likely to be considered as abuse of the right. This article briefly reviews the rules of Russian legislation on the grounds of bringing the debtor’s controlling persons to responsibility, as well as the legal institutions of continental law governing the situation of persons having a power influence on the activities of companies.
Текст научной работы на тему «Основания привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в банкротстве»
СИМВОЛ НАУКИ ISSN 2410-700X № 2 /2020
1. Convention for the protection of human rights and fundamental freedoms: concluded in Rome 04.11.1950, Rev. from 13.05.2004 (together with the «Protocol [№ 1]» (Signed in Paris 20.03.1952), «Protocol № 4 on the protection of certain rights and freedoms in addition to those already included in the Convention and the first Protocol thereto» (Signed in Strasbourg 16.09.1963), «Protocol № 7» (Signed in Strasbourg 22.11.1984)). // Meeting of the legislation of the Russian Federation. 2001. № 2. St. 163.
2. Constitution of the Russian Federation: adopted by the all. vote. 12.12.1993: with accounting. amended. Laws of the Russian Federation on amendments to the Constitution of the Russian Federation from 30.12.2008 № 7-FKZ, from 05.02.2014 № 2-FKZ, from 21.07.2014 № 11-FKZ. // Meeting of the Legislation of the Russian Federation. 2014. № 31. St.
Субсидиарная ответственность генерального директора и собственника компании при банкротстве
4398.
3. Criminal code of the Russian Federation from 13.06.1996 № 63-FZ in ed. from 23.04.2019 // Meeting of the legislation of the Russian Federation. 1996. № 25. St. 2954.
4. Polyakov S. B. As a Swan, Cancer and Pike preliminary investigation save // Criminal proceedings. 2019. № 1. P. 7-15.
ОСНОВАНИЯ ПРИВЛЕЧЕНИЯ К СУБСИДИАРНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ КОНТРОЛИРУЮЩИХ ДОЛЖНИКА ЛИЦ В БАНКРОТСТВЕ
Очень часто в настоящее время действия (бездействия) директоров, руководителей, контролирующих хозяйствующих субъектов лиц, приводят к причинению ущерба юридическим лицам. В большей степени такие действия попадают под квалификацию злоупотребления правом. В настоящей статье кратко рассмотрены нормы Российского законодательства о основаниях привлечения контролирующих должника лиц к ответственности, а также правовые институты континентального права, регулирующие положение лиц, оказывающих властное влияние на деятельность компаний.
банкротство, несостоятельность, субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц,
GROUNDS FOR SUBSIDIARY LIABILITY OF PERSONS CONTROLLING THE DEBTOR
Nowadays actions (omissoins) of directors, managers, controlling economic entities of persons, most often
СИМВОЛ НАУКИ ISSN 2410-700X № 2 /2020
lead to damage to legal entities. Such acts are more likely to be considered as abuse of the right. This article briefly reviews the rules of Russian legislation on the grounds of bringing the debtor’s controlling persons to responsibility, as well as the legal institutions of continental law governing the situation of persons having a power influence on the activities of companies.
bankruptcy, subsidiary liability of juridical persons, controlling a debtor, liability of manager.
Внесение изменений в Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 29.05.2019) «О несостоятельности (банкротстве)» [с изм. и доп., вступ. в силу с 09.06.2019] (далее — Закон о банкротстве) в значительной степени урегулировало основание привлечения к ответственности контролирующего должника лиц (далее — КДЛ) и явилось необходимым изменением и своевременной мерой, направленной на принуждение КДЛ к добросовестному и разумному исполнению своих обязанностей и обязательств как лиц влияющих, принимающих властные решения в финансово-хозяйственной деятельности юридического лица. Таким образом новеллы, нормы, введенные в Закон о банкротстве, дополнили и закрепили пробелы законодательства регулирующих отношения в деятельности хозяйствующих субъектов гражданских правоотношений, статью 53.1 Гражданского Кодекса Российской Федерации, статью 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ [ред. от 15.04.2019] «Об акционерных обществах», статью 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ [ред. от 23.04.2018] «Об обществах с ограниченной ответственностью». Вышеуказанные нормы регламентируют ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу виновными действиями контролирующих лиц. В основном ответственность по обязательствам хозяйствующих субъектов и рискам наступления неблагоприятных последствий пропорционально соотносится с частью доли/оплаченной акции внесенных учредителем/акционером и отвечающими за риски наступления неблагоприятных последствий только в части этих долей/акций. Что в свою очередь явилось лазейкой для контролирующих лиц и приводило к злоупотреблению своим субъективным правом, в виде недобросовестности участников хозяйствующих субъектов, бенефициаров, мажоритариев, директоров, руководителей и как следствие причинение вреда обществу и кредиторам.
С проблемой злоупотребления сталкивались на протяжении многих десятилетий правопорядки стран континентального права. Проблемы добросовестности, разумности поведения контролирующих хозяйствующие субъекты лиц и оказывающих влияние на деятельность юридических лиц в Германии регламентируются разными правовыми инструментами, в частности законом о обществах с ограниченной ответственностью (GmbH — Gesellschaft mit beschränkter Haftung). Германия, первая страна которая ввела организационную правовую форму юридического лица — Общество с ограниченной ответственностью.
Так же в Германии систематизированы нормы регулирующие правоотношения групп компаний -права концернов (Konzernrecht). В праве концернов каждый акционер, который является держателем доли акций другого предприятия имеет и обладает экономическим интересом, и как следствие содержит возможность осуществления влияния, которое может нанести ущерб для этой компании и несет ответственность за причинение вреда. В рамках права концерна имеется возможность привлекать контролирующих лиц к ответственности. По вскрытию корпоративных покровов в Германии действует специальный институт (Durchgriffshaftung) по которому акционеры корпораций несут солидарно с частными активам ответственность перед кредиторами компании в случае недостаточности активов, покрывающих обязательства кредиторов. Данная доктрина разработана судебной практикой и применяется судом для привлечения контролирующих лиц к ответственности.
Рассматриваемая проблема о привлечении контролирующих должника лиц в Российском законодательстве регламентируется Законом о банкротстве. В законе определение контролирующее должника лицо раскрывается пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве — физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за 3 года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их
СИМВОЛ НАУКИ ISSN 2410-700X № 2 /2020
условий. В пункте 2 статьи прямо указано, что в силу должностного положения, КДЛ могут быть признаны: главный бухгалтер, финансовый директор и должностные лица лиц, осуществляющих корпоративный контроль над должником (например, руководитель «материнской» компании).
Закон о банкротстве предусматривает, четыре главных основания для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности:
1) невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица1;
2) неисполнение или несвоевременное исполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом в арбитражный суд2;
3) обязанность возместить убытки, возникшие в результате нарушения требований Закона о банкротстве3;
4) обязанность возместить убытки, причиненные необоснованным возбуждением производства по делу о банкротстве или необоснованным признанием (неоспариванием) требований кредиторов4.
Следует учитывать, что ответственность контролирующих должника лиц в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении суды должны руководствоваться положениями глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда5.
Закон установил три опровержимые презумпции контроля и наличия статуса КДЛ. По критериям, закрепленным в нормах закона о банкротстве, лицо являлось контролирующим должника лицом, если:
— было руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;
— имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;
— извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, которые в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочены выступать от его имени, включая членов коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления). Установление презумпции наличия контроля у лиц, которые извлекают выгоду из незаконного или недобросовестного поведения единоличного исполнительного органа и членов коллегиальных органов управления юридического лица, является новеллой российского законодательства. Очевидно, что речь здесь идет о так называемых бенефициарных владельцах (фактических получателях дохода, так называемых «конечных собственниках»)6.
Перечисленные в норме основания не являются исчерпывающими, суды в праве по иным сходным критериям, совокупности и взаимосвязи критериев и оснований признавать лицо как контролирующее должника.
Таким образом на практике дело обстоит намного сложнее, в части вышеперечисленных критериев влияния лица на деятельность компании зачастую открыто не прослеживается и следует изыскивать иные факты влияния и признания контроля лица над хозяйствующим субъектом, в частности к таким доказательствам могут относится факт родства, аффилированность лиц, показания свидетелей, совместное
1 ст. 61.11 Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ [ред. от 29.05.2019] «О несостоятельности (банкротстве)» [с изм. и доп., вступ. в силу с 09.06.2019];
2 ст. 61.12 там же;
3 ст. 61.13 там же;
4 ст. 61.20 там же;
5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017года №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».
6 п. 4 ст. 61.10 Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ [ред. от 29.05.2019] «О несостоятельности (банкротстве)» [с изм. и доп., вступ. в силу с 09.06.2019];
СИМВОЛ НАУКИ ISSN 2410-700X № 2 /2020
проживание (в том числе состояние в т.н. гражданском браке), совместное обучение (одноклассники, однокурсники), сообщения в СМИ7 и иное.
Контролирующие должника лица привлекаются солидарно к субсидиарной ответственности по неисполненным денежным обязательствам должника с момента приостановления расчетов с кредиторами и по требованиям кредиторов о возмещении вреда причиненного в результате исполнения распоряжений и указаний контролирующих должника лиц. Необходимым условием привлечения к субсидиарной ответственности является наличие причинно-следственной связи между осуществлением субъективных прав и возможностей КДЛ в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью действий, совершенных подконтрольным субъектом, следствием которых стала несостоятельность юридического лица с невозможностью полного погашения требований кредиторов.
Таким образом для привлечения к субсидиарной ответственности КДЛ, необходимо доказать состав гражданско-правового правонарушения, а именно виновные действия (бездействие), причинно-следственную связь и причиненные этими действиями (бездействием) убытки. Убытки как правило текущим, реестровым, зареестровым кредиторам.
Убытки подразумевают под собой вред, причиненный кредиторам, с противопоставляемой выгоде КДЛ. Выгода подразумевает под собой всякое увеличение охраняемого законом материального или нематериального блага8.
В письме Федеральной налоговой службе о применении главы Ш.2 Закона о Банкротстве, дается определение выгоде как «получение сверх положенного, что можно было получить при обычном обороте. К примеру: услуга, которую не оказывали, поставка, которую не осуществляли, освобождение от обязанности, получение прав по сделке и т.д.»9.
Проблематика в вопросе о привлечении к субсидиарной ответственности КДЛ не обходит стороной в определенной мере и ответственности кредиторов, злоупотребляющих правом в делах о банкротстве, создавая ситуации с искусственной задолженностью должника перед кредиторами, имея при этом большинство голосов в виде неудовлетворенных обязательств в денежном эквиваленте. Такие ситуации происходят в практике банкротства и создают угрозу нарушения законных прав и интересов КДЛ через аффилированность кредиторов, сговор, реализацию искусственно созданных схем с целью получения дополнительных преимуществ при формальном применении норм закона, что является не всегда справедливым, добросовестным поведением и наносит вред КДЛ.
Для примера приведу практику рассмотренного и рассматриваемого дела в Арбитражном суде Республики Татарстан (определение АСРТ от 04 октября 2018 года по делу №А65-9416/2016, определение АСРТ от 15 января 2020 года по делу №А65-16989/2016). По первому делу удалось доказать невиновность КДЛ в банкротстве предприятия и защитить от привлечения к субсидиарной ответственности, второе дело находится в стадии судебного разбирательства. Так при детальном изучении материалов и предоставленных к заявлению о привлечении к дополнительной ответственности доказательств, в качестве предпосылок привлечения к ответственности явно прослеживается злоупотребление правом и недопустимое осуществление прав со стороны кредиторов и иных заинтересованных лиц (конкурсные управляющие должника, уполномоченные органы и так далее).
В силу своей специфики банкротные дела рассматриваются в большие промежутки времени, как и возбуждение банкротного производства может наступить задолго после того как руководитель хозяйствующего субъекта прекратил свои полномочия по контролю за ним. Таким образом с рассматриваемой позиции возникают вопросы: — А в какой степени и мере кредиторы и заинтересованные лица должны нести ответственность за свои действия в рамках привлечения лица к субсидиарной ответственности, если злоупотребление правом с их стороны причинило вред КДЛ? — И насколько
7 Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.06.2015 №09АП-24715/2015 по делу №А40-119763/2010
8 п.2 ст.15 ГК РФ.
СИМВОЛ НАУКИ ISSN 2410-700X № 2 /2020
защищено КДЛ от неправомерных действий кредиторов в банкротстве? Заданные вопросы оставлены на судейское усмотрение, при рассмотрении спора по существу, что в жизни не всегда приводит к справедливому результату, а в большей мере к нарушению баланса интереса сторон, а в некоторых случаях несправедливому решению суда и привлечению к субсидиарной ответственности.
Такие случаи относятся к ограничительной функции принципа добросовестности при злоупотреблении правом и недопустимом осуществлении права. Анализируя принцип добросовестности, Кирилл Вадимович Нам, в своей работе «Принцип добросовестности: развитие, система, проблемы теории и практики», пишет: «Исходной точкой учения о злоупотреблении правами считается заведомая недобросовестность кредитора, корни которой находятся в римском праве, — exeptio doli. Однако поскольку в принципе добросовестности вина или умысел кредитора во многих случаях не является необходимой предпосылкой, то сфера его применения не ограничивается только случаями заведомо недобросовестного поведения. Сфера принципа добросовестности является более широкой и должна учитывать все случаи атипичного соотношения интересов сторон, вследствие которого может следовать отклонение от тех правовых последствий, которые подразумеваемым образом должны преследоваться правом в целом, а не только вытекать из формально-правовых норм. Понятие «недопустимое осуществление права» в этой связи является более широким и охватывает не только злоупотребление правами, при которых, как правило исходят из наличия умысла соответствующего лица».10
Таким образом законодательством не закреплена ответственность лиц, кредиторов должника, в случае наступления негативных последствий при недопустимом осуществлении своего права. Вопросы нарушения принципа добросовестности кредиторов всецело передано в руки судейского усмотрения через призму норм гражданского законодательства (ст.1, ст.10 ГК РФ). Данная проблематика еще не раз будет предметом обсуждения как научного сообщества, так и законодателя. Реагировать нужно своевременно, как с практической стороны вопроса, так и на законодательном уровне, ведь в жизни встречается множество случаев, когда КДЛ (бывший руководитель, главный бухгалтер, директор) привлекают к дополнительной ответственности по формальным основаниям, по фиктивно сформированным доказательствам. А при не должном реагировании, в следствии объективных обстоятельств, лица, привлекаемые к дополнительной ответственности, зачастую узнают о возложенной судом ответственности уже после возбуждения исполнительного производства.
Российское законодательство с возрастанием потребности в гражданских правоотношениях института добросовестного поведения участников отношений, своевременно реагирует на такой спрос на законодательном уровне. Вырабатываемые новеллы, основанные на опыте стран континентального права и личной практике, значительно улучшает качество вводимых норм права, в том числе закона о Банкротстве. В настоящее время и научное сообщество способствует развитию качественных преобразований в гражданском праве. Таким образом основные закрепленные принципы гражданских правовых институтов достигают своих прямых назначений и целей. Основной целью института несостоятельности (банкротства) является соразмерное удовлетворение требований кредиторов, что также достигается через установление недобросовестного поведения контролирующих должника лиц и восстановление платежеспособности должников через институт субсидиарной ответственности.
Список использованной литературы:
1. Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ [ред. от 29.05.2019] О несостоятельности (банкротстве), [с изм. и доп., вступ. в силу с 09.06.2019].
2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ [ред. от 03.08.2018] [с изм. и доп., вступ. в силу с 01.06.2019].
10 Гл.4, § 2.3 Сфера применения ограничительной функции, «Принцип добросовестности: развитие, система, проблемы теории и практики» — Москва: Статут,2019. Кирилл Вадимович Нам — кандидат юридических наук, LL.M.[Haidelberg], магистр частного права [РШЧП].
СИМВОЛ НАУКИ ISSN 2410-700X № 2 /2020
4. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве.
5. Нам К.В. Принцип добросовестности: развитие, система, проблемы теории и практики — Москва: Статут, 2019.
6. Электронный ресурс удаленного доступа:
Источник: cyberleninka.ru
Субсидиарная ответственность бывшего учредителя.
ООО РГ должно за поставку ТМЦ ООО Пром 3 700 000 руб. В течение 2,5 лет ООО Пром не предъявляло никаких официальных требований по уплате долга. Генеральный директор Иванов А.А, он же и один из трех учредителей ООО РГ уволился и вышел из состава учредителей. После этого, через 3 месяца, ООО Пром подала в суд иск на ООО РГ об уплате задолженности 3 700 000 рублей. ООО Пром одержало победу в суде.
Суд направил постановление через судебных приставов об удержании в пользу ООО Пром денежных средств. ООО РГ не может выполнить свои обязательства. Истец подает на банкротство ООО РГ. Что дальше? Назначается субсидиарная ответственность на всех учредителей ООО РГ?
Будет ли нести ответственность по субсидиарке бывший генеральный директор Иванов А.А. ? или обязанность по уплате по субсидиарке будет уже лежать на новых учредителях?
Ответы на вопрос (6):
16.11.2020, 19:58,
Дальше будут разматывать сделки, если они были. Которые были совершены в ущерб кредиторам. ЭТо первое.
Второе-искать возможность привлечения к субсидиарной ответственности. Ответственность может нести как бывший директор так и новые. Все зависит о того что они делали, какие требования закона о банкротстве не выполнили.
Бывает и такое что никто не несет ответственность.
Поэтому тут надо анализировать действия каждого.
Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ (ред. от 31.07.2020) «О несостоятельности (банкротстве)» (с изм. и доп., вступ. В силу с 01.10.2020), ст. 61.11
16.11.2020, 20:07,
Здравствуйте, Кирилл! Если будет доказана вина директора или учредителей в доведении до банкротства, то в этом случае согласно п.3 ст.3 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» они могут понести субсидиарную ответственность по долгам общества.
В случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.
Т.е. необходимо доказать, в т.ч. через заявление в правоохранительные органы о преступлении по ст.196 УК РФ, в рамках рассмотрения которого будут установлены необходимые обстоятельства для иска.
Статья 196. Преднамеренное банкротство
Преднамеренное банкротство, то есть совершение руководителем или учредителем (участником) юридического лица либо гражданином, в том числе индивидуальным предпринимателем, действий (бездействия), заведомо влекущих неспособность юридического лица или гражданина, в том числе индивидуального предпринимателя, в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если эти действия (бездействие) причинили крупный ущерб, —
наказывается штрафом в размере от двухсот тысяч до пятисот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до трех лет, либо принудительными работами на срок до пяти лет, либо лишением свободы на срок до шести лет со штрафом в размере до двухсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до восемнадцати месяцев либо без такового.
16.11.2020, 20:10,
Это лучший ответ (выбран автоматически)
Ответственность по субсидиарной ответственности в соответствии со ст.10 Федерального Закона «О банкротстве (несостоятельности)»
бывший генеральный директор Иванов А.А. несет в случае, если признаки банкротства имелись уже на момент когда он являлся учредителем и обязан был подать на банкроство свое ООО.
Либо, когда если его действия как руководителя (или учредителя) привели к ухудшению финансового, материально-экономического положения.
Если на момент его увольнения, выхода из состава учредителей, это не было, то субсидиарная ответственность лежит на новом руководителе (учредителях).
16.11.2020, 20:25,
Нет, с чего это вдруг то?
ничего не назначается.
Новые учредители вообще тут не причем.
Нужно подать на банкротство, отказаться финансировать его, суд откажет в возбуждении дела о банкротстве, после этого уже привлекать к субсидиарной ответственности, доказывать вину.
Абзац 18 подпункта «б» пункта 1 статьи 3 Закона N 488-ФЗ, предусматривает возможность обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу с лиц, указанных в пунктах 1 — 3 статьи 53.1 ГК РФ, после возврата арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве (пункт 5.8 статьи 10 Закона о банкротстве.
17.11.2020, 12:00,
г. Краснодар
Добрый день! Привлечь руководителя должника к субсидиарной ответственности можно за его действия, со дня совершения которых прошло не более 10 лет, при наличии оснований, предусмотренных законом (например, его действия привели к невозможности полного погашения требований кредиторов). Срок для предъявления требований — три года с момента, когда заинтересованное лицо узнало о возникновении основания. Однако этот срок имеет ограничения.
Заявление о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности составляется по правилам для исковых заявлений. В его содержании в числе прочего необходимо указать, что ответчик является (являлся) руководителем должника. А к заявлению следует приложить подтверждающие это доказательства. В противном случае суд оставит заявление без движения.
Таким образом, согласно позиции Верховного Суда РФ нужно доказать, что долг не погасили по вине руководителя в результате его неразумных или недобросовестных действий (Определение ВС РФ от 25.08.2020 N 307-ЭС 20-180). Вам нужно доказать, что непогашение долга связано с недобросовестными действиями ответчика (директора, участников).
Автор вопроса
16.11.2020, 20:05,
г. Махачкала
Банкротство же наступило уже после того как ген. директор уволился и вышел из состава учредителей.
Значит обязанность по уплате задолженности должна лежать на действующих учредителях и новом генеральном директоре.
16.11.2020, 20:08,
Субсидиарная ответственность по долгам общества может быть возложена согласно п.3 ст.3 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» на тех, чья вина в доведении до банкротства будет установлена.
16.11.2020, 20:52,
Субсидиарная ответственность при наличии оснований для привлечения к ней возникает для так называемого КДЛ (контролирующего должника лицо). Это может быть и ГД, и учредитель и вообще иное лицо, но в действиях которого имеются признаки влияния на решения. До 3 лет назад с момента подачи заявления на банкротству КУ вправе оценивать сомнительные сделки.
Особенно в периоды, где отклонения более 1 коэффициента (по простому где активы сливали в ущерб кредиторам). Всё в соответствии с ФЗ 127 «О несостоятельности (банкротстве)». Если будут признаки преднамеренного банкротства или фиктивного, а также крупный ущерб кредиторам, то это УК ст. 196 и 197.
Вопросы ответственности генерального директора и выхода из состава учредителей в ООО с задолженностями.
Есть ООО. 3 учредителя с равными долями. 1 учредитель является генеральным директором. ООО имеет задолженность по займам перед двумя учредителями (один из них является генеральным директором). Есть товар на складе, но по стоимости меньше чем долги перед учредителями. Перед государством задолженностей нет.
Все налоги уплочены. Предприятие с нового года сдает нулевки. Полномочия генерального директора истекли. Конфликт между учредителями. Генеральный директор хочет уволится и выйти из состава учредителей. Будет ли нести какую-либо ответственность генеральный директор, если он уволится и выйдет из состава учредителей? Как ему лучше выйти из состава учредителей?
Имеет ли смысл передать свою долю (Генерального директора) обществу? Обязан ли входящий из ООО учредитель гасить долг ООО перед учредителями из собственных средств? Какие рекомендации дадите увольняющемуся Ген. директору?
Субсидиарная ответственность исполнительного директора при банкротстве ООО: возможен ли уход от долгов?
У ООО долги по налогам, есть исполнительные производства.
Один из учредителей, он же исполнительный директор написал ген директору заявление о выходе из ООО. Ген директор заявление подписал.
Из ЕГРЮЛ исполнительный директор получил отказ, т. к есть долги по налогам.
Исполнительный директор подал в Суд на налоговую.
Ожидается банкротство ООО и субсидиарная ответственность.
Вопрос: Исполнительный директор уйдет таким образом от возможной субсидиарной ответственности по долгам ООО при банкротстве? Два года пройдут быстро и его уже невозможно будет привлечь?
Ответственность последнего учредителя ООО при банкротстве и возможность закрытия фирмы
Я являюсь последним учредителем ООО, бывший учредитель и он же бывший ген. директор загнал фирму фактически в банкротство, решение принимал сам как ген. директор, все документы подписывал сам. Сейчас на фирме долгов по налогам около 1 00 000 руб. и бывшие работники подают в суд по невыплаченным зар. платам. Он на все вопросы отвечает что не является учредителем и директором так как вышел из состав учредителей и уволился с должности ген. директора. Письменно он меня уведомил но документации не кокой не передавал. Что мне грозит как последнему учредителю и могу ли я закрыть фирму.
Возможность взыскания долга с прежнего директора-учредителя
Нашему предприятию другое предприятие должно денежные средства за поставленную продукцию. Учредитель и генеральный директор был один человек у должника. В окятбре не погасив задолженности он вышел из состава общества и назначили другого директора. Можем ли мы по суду взыскать долг с прежнего директора-учредителя?
Субсидиарная ответственность учредителя ООО: только имущество или возможно принудительное погашение долгов?
Я являюсь учредителям ООО если вдруг будет банкротства у ООО и будет доказана вина учредителей то в отношение учредителя может быть применена субсидиарная отвественость я являюсь пенсионером хотел спросить субсидиарная отвественость это ответственность только имуществом или могут принудить выплачивать долги ООО пенсией я переживаю за пенсию Заранее спасибо.
Могу ли я как генеральный директор и владелец 50% вывести из состава данных учредителей?
Я являюсь учредителем, ООО в котором было два учредителя, каждый из которых владел 50 % от уставного капитала.
В связи с реорганизацией ООО один из учредителей вышел из состава, и его доля перешла ООО.
Я являясь единственным учредителем решил поменять деятельност и пригласил еще двух учредителей которые вошли в состав ООО.
Через три месяца работы, так и не оплатив свой взнос в кассу ООО начали требовать денег за выход из состава учредителей.
Могу ли я как генеральный директор и владелец 50% вывести из состава данных учредителей?
Источник: www.9111.ru
Проблемы привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц при банкротстве
Сысоева, Е. С. Проблемы привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих лиц при банкротстве / Е. С. Сысоева. — Текст : непосредственный // Молодой ученый. — 2021. — № 50 (392). — С. 347-350. — URL: https://moluch.ru/archive/392/86696/ (дата обращения: 14.09.2023).
Осложненная внутриэкономическая ситуация неизбежно приводит к тому, что для ряда предприятий процедура банкротства — единственный выход. В рамках данной процедуры, законодателем предопределены ситуации, при которых действия контролирующего должника лица, являющегося неотъемлемым элементом, могут быть рассмотрены в качестве причинно-следственных.
Ключевые слова : несостоятельность, банкротство, субсидиарная ответственность, контролирующие лица.
В настоящее время экономика России находится под воздействием ряда негативных факторов как неэффективность управления предприятиями, кризис неплатежей, высокая изношенность оборудования и другие. Отсутствие инвестиционных вложений в экономику страны оказывает влияние на существование ряда корпораций. Наличие задолженностей по обязательствам ставит под вопрос дальнейшее успешное функционирование предприятий малого, среднего и даже крупного бизнеса. Данные факторы обуславливают актуальность исследования процедур банкротства.
Одно из основных предназначений правовой системы, регулирующей процедуру банкротства в Российской Федерации, заключается в как можно более эффективном удовлетворении требований кредиторов. Несовершенство данной системы ведет к возникновению проблемных ситуаций, что в свою очередь, сказывается на негативно на гражданском обороте и экономике страны в целом.
Пленум Верховного суда РФ в своём Постановлении от 21.12.2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» [3] указывает, что институт привлечение контролирующих лиц к субсидиарной ответственности выступает в качестве исключительного механизма восстановления нарушенных прав кредиторов. Практическая реализация данного механизма возможна на основании заявления кредитора о применении субсидиарной ответственности к субъектам гражданско-правовых отношений.
В рамках процедуры привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности необходимо установить таковой статус у ответчика, а также взаимосвязанность его деяния с наступившими последствиями.
Три года назад законодательство в сфере банкротства претерпело ряд изменений, направленных на установление «реального, фактического» бенефициара. Довольно часто, в процедурах банкротства в качестве одного из кредиторов выступают налоговые органы, что в свою очередь позволяет сорвать с номинальных лиц их формальные оболочки в процессе поиска реального бенефициара в отношении полученных доходов.
Г. В. Немеров отмечает, что «введенная законодателем усовершенствованная система признания должника несостоятельным на практике сталкивается с рядом проблем. Одной из них является возможность привлечения к субсидиарной ответственности наследников контролирующего должника лица. На законодательном уровне существующая проблема не имеет решения» [9, с. 536–540].
Субсидиарная ответственность в рамках процедуры банкротства является разновидностью гражданско-правовой ответственности за деликтные обязательства. По мнению О. В. Гутникова: «В целом нормы об ответственности при банкротстве представляют собой разновидности гражданско-правового деликта со специальным составом, установленным законодательством о несостоятельности» [5, с. 45–46]. По мнению Р. Т. Мифтахутдинова, «субсидиарную ответственность контролирующего должника лица можно назвать экономическим деликтом» [8, с. 67–68]. Несколько иной позиции придерживается А. В. Егорова и К. А. Усачева, «называя субсидиарную ответственность не видом деликта, а формой режима традиционной деликтной ответственности» [6, с. 98–100]. Таким образом, несмотря на богатую историю существования субсидиарной ответственности, спор относительно ее правовой природы не утихает.
Однако, правоприменительная практика косвенно разрешает существующий спор. Действительно, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» построено таким образом, что субсидиарная ответственность преимущественно регулируется общими нормами деликтных обязательств.
В процессе привлечения к субсидиарной ответственности действуют несколько правовых презумпций. Для наглядного примера существующей проблемы в доказывании рассмотрим презумпцию относительно неподачи заявления о признании должника банкротом контролирующим должника лицом. При опровержении действующим презумпциям контролирующее должника лицо имеет право на предоставление доказательств того, что его действия были направлены на устранение временных трудностей согласно разработанному плану. Учитывая смерть привлекаемого к ответственности лица, наследники не имеет фактической возможности в представлении подобных доказательств, в связи с тем, что не принимали участия в управлении организацией.
По мнению Г. В. Немерова, переломным моментом в сложившейся судебной практике является Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 16 декабря 2019 г. по делу № 303-ЭС19–15056 [4]. «Верховный суд РФ представил противоположную позицию о возможности привлечения к субсидиарной ответственности наследников контролирующего должника лица» [9, с. 536–540].
Поясняя свою позицию, автор отмечает, что: «по спорному вопросу тесной связи возникновения субсидиарной ответственности с личностью контролирующего должника лица Верховный суд РФ утверждает о гражданско-правовом характере рассматриваемого вида ответственности, связанного с возмещением вреда имуществу участников оборота. Ответственность, связанная с возмещением вреда имуществу участников оборота, не содержит запрета на переход спорных обязательств в порядке наследования. Таким образом, субсидиарная ответственность контролирующего должника лица входит в наследственную массу аналогично иным задолженностям умершего. Также Верховный суд РФ обращает внимание, что существовавшая ранее позиция о недопустимости привлечения к субсидиарной ответственности фактически может привести к тому, что имущество, приобретенное незаконными действиями контролирующего должника лица, входит в состав наследственной массы без каких-либо притязаний».
Относительно вопросов, связанных с возможным отсутствием у наследников информации о наличии субсидиарной ответственности и о причинах ее возникновения, Верховный суд РФ отмечает следующее: «во-первых, под долгом понимают имеющиеся и неисполненные обязательства наследодателя, независимо от наступления сроков их исполнения; во — вторых, размер субсидиарной ответственности входит в наследственную массу, в связи с чем риски взыскания задолженностей возлагаются на наследников; в-третьих, отсутствие у наследников информации о фактическом участии в управлении организации наследодателем не должно являться препятствием для защиты их прав и законных интересов» [4]. В отношении последнего пункта, необходимо отметить необходимость оказания содействия наследникам в получении доказательств.
Следовательно, можно отметить, что проблемные аспекты наследования субсидиарной ответственности не разрешены нормами действующего законодательства в полной мере. Однозначная позиция еще не выработана. Правоприменительная практика склоняется к позиция, когда имеется возможность привлечения наследников к субсидиарной ответственности, т. к. она включается в наследственную массу.
Анализ законодательства и практики его применения позволяет сделать вывод, что в данной сфере имеются и иные проблемные моменты требующие своего решения.
Так, например, номинальным руководителем считается руководитель, формально входящий в состав органов управления компанией, но не осуществляющий фактическое управление ею, например, в силу передоверия другому лицу. По общему правилу номинальный руководитель отвечает солидарно и на этом основании считается контролирующим лицом (ст. 61.11 -61.12, 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ
«О несостоятельности (банкротстве)» [2, с. 4190] (далее — Закон о банкротстве), абз. 1 ст. 1080 Гражданского кодекса РФ [1, ст. 410] (далее — ГК РФ)). Однако вопросы определения и уменьшения размера ответственности номинального руководителя (п. 9 ст.
61.11 Закона о банкротстве) до сих пор однозначно не регламентированы [7, с. 320–325].
Также можно отметить, что предполагается, что все руководители или члены ликвидационной комиссии компании несут солидарную ответственность. В связи с этим каждый руководитель, полномочия которого закреплены в учредительных документах, признаются контролирующими лицами и на равных условиях привлекаются к субсидиарной ответственности. Однако проблемными остаются вопросы опровержения определяющего воздействия того или иного руководителя/ликвидатора на дела компании; определения и (или) уменьшения его ответственности на основании градации степени влияния, возможности договорного разграничения солидаритета между ответственными лицами и т. п.
Неоднозначно урегулирована ответственность управляющей компании как руководителя должника. По общему правилу предполагается презумпция определяющего воздействия управляющей компании на действия должника и ее солидарной ответственности по долгам компании (ст. 61.11–61.13, 61.20 Закона о банкротстве, п. 3–4 ст. 53.1, п. 3 ст. 65.3, абз.
1 ст. 1080 ГК РФ). Однако отношения между управляющей, а также дочерними и «сестринскими» компаниями подробно не регламентированы»
Еще один вопрос заключается в ограничении возможности уменьшения ответственности. Законодателем предусмотрена возможность уменьшения ответственности номинального руководителя в случае его содействия в обнаружении незаконно выведенного или иным образом сокрытого от кредиторов имущества. Безусловно, данная норма строится на выигрыше обеих сторон, однако полагаю, что необходимо законодательно учесть критерий соразмерностиуменьшенной ответственности и раскрытых активов. Более того, непонятно действие данного механизма при неракрытии номинальным директором информации о фактическом руководителе.
Другая проблема — это злоупотребления при привлечении к субсидиарной ответственности. Довольно часто заявление о привлечении к ответственности подаётся к номинальному директору в обход фактически контролирующих лиц. В силу наличия презумпций контроля и недейственности механизмов по их опровержению такое заявление удовлетворяется даже в отсутствие доказательств, что позволяет оградить от ответственности недобросовестного бенефициара.
Иные проблемы, связанны с конкуренцией дел о банкротствах должника и его контролирующего лица; действием старых (ст. 10Закона о банкротстве) и новых норм банкротного законодательства во времени (обратная сила закона), процессуальным статусом всех участвующих в деле лиц, правами и обязанностями солидарных должников, исполнения судебного акта и взыскания убытков при банкротстве, раскрытия информации и др.
Наконец, самой важной проблемой правовой регламентации института ответственности контролирующих лиц является отсутствие решения группы взаимосвязанных вопросов, в особенности неэффективности реабилитационных банкротных процедур. В настоящий момент отсутствует единый общепринятый подход к ответственности контролирующих лиц, поскольку данный институт нов не только для российского, но и для зарубежных правопорядков (там проблемы ограниченной ответственности участников по долгам компании разрешаются, прежде всего, доктриной снятия корпоративной вуали). В силу вышесказанного считаю, что начать нужно с решения важнейших системных и комплексных проблем и уже потом спускаться до частных проблем банкротного права и его институтов.
Таким образом, законодательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности строится на принципах самостоятельной ответственности, имущественной обособленности и широкой свободе усмотрения юридических лиц как особой конструкции гражданско-правового оборота. Данный институт является важным механизмом защиты и восстановления нарушенных прав кредиторов и других независимых участников оборота через пресечение незаконных и недобросовестных действий лиц, имеющих определяющее воздействие на должника.
В то же время недостаточная правовая регламентация института привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности несёт риск ее применения во всех случаях недостаточности имущества для покрытия долгов перед кредиторами, что полностью не соответствует концептуальной идеи юридического лица как самостоятельной и обособленной от своих учредителей и участников конструкции. В связи с этим требуется внесение ряда положений в законодательство РФ, а также приведение в единообразие правоприменительной практики системы арбитражных судов РФ.
- Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 № 14-ФЗ (ред. от 18.03.2019, с изм. от 28.04.2020) // Собрание законодательства РФ. — 1996. — № 5. — Ст. 410.
- Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ (ред. от 08.12.2020) «О несостоятельности (банкротстве)» // Собрание законодательства РФ. — 2002. — № 43. — Ст. 4190.
- Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением.контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» // Бюллетень Верховного Суда РФ. — 2018. — № 3.
- Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 16 декабря 2019 г. по делу № 303-ЭС19–15056 // СПС КонсультантПлюс.
- Гутников О. В. Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве: общие новеллы и недостатки правового регулирования // Предпринимательское право. — 2018. — № 1. — С 45–46.
- Егоров А. В., Усачева К. А. Доктрина «снятия корпоративного покрова» как инструмент распределения рисков между участниками корпорации и иными субъектами оборота // Вестник гражданского права. — 2014. — № 1. — С 98–100.
- Крупенич Е. А. Проблемы правовой регламентации субсидиарной и деликтной ответственности контролирующих должника лиц в процессе несостоятельности (банкротства) // Скиф. Вопросы студенческой науки. — 2020. — № 5–2 (45). — С. 320–325.
- Мифтахутдинов Р. Т. Эволюция института субсидиарной ответственности при банкротстве: причины и последствия правовой реформы // Закон. — 2018. — № 5. — С. 67–68.
- Немеров Г. В. Возможность привлечения к субсидиарной ответственности наследников контролирующего должника лица // Наука XXI века: актуальные направления развития. — 2020. — № 1–2. — С. 536–540.
Основные термины (генерируются автоматически): субсидиарная ответственность, Верховный суд РФ, контролирующий должник лица, лицо, наследственная масса, номинальный руководитель, процедура банкротства, банкротство, должник лиц, определяющее воздействие.
Источник: moluch.ru