ФСИН рассказала о высоких зарплатах российских заключенных
Зарплаты осужденных граждан России, которые работают в принудительном порядке, в отдельных случаях превышают 220 тысяч рублей. Об этом проинформировала пресс-служба ФСИН.
- Какие зарплаты получают заключенные в России в 2021 году
- Труд заключенных активно использует российский бизнес
- Эксперты назвали зарплаты заключенных «фантастическими»
По данным ФСИН, представители отечественного бизнеса в последнее время проявляют все больше интереса к труду заключенных. В 11-ти субъектах нашей страны создали уже свыше 700 рабочих мест для осужденных лиц, сообщили сотрудники пресс-службы ведомства.
Какие зарплаты получают заключенные в России в 2021 году
Начальник пресс-бюро ФСИН Кристина Паньшина сообщила, что размер средней заработной платы гражданина, отбывающего наказание и осуществляющего принудительные работы, в несколько раз выше, чем зарплата лица, приговоренного к лишению свободы. Речь идет о сумме примерно в 20 000 рублей. В ряде регионов России зарплаты осужденных превышают средние оклады по субъекту, сообщила Паньшина.
Как и кем зеки работают на зоне
«Имеются примеры получения осужденными заработной платы в размере 224 тысяч рублей (Белгородская область), 102 тысяч (Новгородская область), 94 тысяч (Приморский край) и 80 тысяч (Волгоградская область)», — констатировала официальный представитель ФСИН.
Труд заключенных активно использует российский бизнес
Представители российского бизнеса начали активно прибегать к труду осужденных в прошлом году, когда появилась возможность создавать исправительные центры в организациях.
В пресс-бюро ФСИН уточнили, что в настоящее время на территориях 76 субъектов РФ функционируют уже 117 центров, и рассчитаны они на 8,7 тысячи граждан.
Эксперты назвали зарплаты заключенных «фантастическими»
Независимые эксперты заявили, что озвученные ФСИН суммы иначе как фантастическими не назовешь.
«Будь это распространенной практикой, люди побежали бы садиться в тюрьму, раз там можно так основательно поправить свое материальное положение», — подчеркнул вице-президент российского подразделения Международного комитета защиты прав человека Иван Мельников.
Эксперт заявил, что заключенные, находящиеся в следственных изоляторах и колониях, зарабатывают, как правило, в пределах семи тысяч рублей в месяц. По словам Ивана Мельникова, зарплаты лиц, работающих в исправительных центрах при бизнес-структурах, могут достигать и 15 тысяч, однако, чаще всего их оклады все же не выше, чем МРОТ.
«Трехзначные цифры могут быть только в двух случаях: ФСИН считает зарплаты не за месяц, а, например, за год, или это единичные эпизоды. Я лично за свою работу ни разу не видел заключенного, который получал бы порядка 200 тысяч рублей», — подытожил Иван Мельников.
Источник: pronedra.ru
Как ТЕБЕ заработать В ТЮРЬМЕ?
Несвободная экономическая зона: Как работают и сколько получают в местах лишения свободы
«Чем я целый день занят? Думаю, как денег заработать: что-нибудь произвести и продать», — рассказал «КП» начальник колонии особого режима. И так у большинства «граждан начальников». Нынешняя Федеральная служба исполнения наказания по разнообразию ассортимента может поспорить с «Ашаном».
Исправительные колонии выпускают около 100 тыс. разных товаров: от офисной мебели до женских сапог, от закатанных в банки маринованных огурцов до бордюрного камня. Ознакомиться можно прямо на сайте ФСИН в разделе «Каталог продукции». Указанный против каждого изделия номер учреждения дает представление о тех, чьими руками это сделано. Например, «тумбы прикроватные» сколочены ворами-рецидивистами из калининградской тюрьмы, а «макаронные изделия» — первоходами архангельской колонии общего режима.
Бизнесмен на зоне
Бюджеты Фото: Дмитрий ПОЛУХИН
— Все зависит от администрации колонии. Если начальство хочет развивать бизнес, то ищет инвесторов, добывает оборудование, находит рынки сбыта, — рассказали «КП» в Общественном совете при ФСИН. — А если руководство пассивно, то дальше небольшого швейного производства дело не пойдет.
В большинстве зон частным предпринимателям рады. И самим бизнесменам заключенные работники нередко милее свободных.
Коммерсант из Хакасии в колонии строгого режима наладил производство унт.
— У нас в районе трезвые мужики только в зоне остались, — жалуется бизнесмен. — Стоит выдать человеку зарплату, как он уходит в недельный запой. Или берешь новичка, учишь ремеслу, а он через месяц увольняется. Зекам же пить не положено да и делать им особо нечего. А на производстве унт и деньги можно заработать, и время занять.
Да и если взять в бригаду рецидивистов, которым еще сидеть и сидеть, то и вложения в обучение многократно окупятся.
Коммерсант за каждую пару изготовленных унт переводит деньги на счет колонии, а зарплату зекам начисляет администрация.
— Как я понимаю, работники получают совсем мало. Поэтому я их раз в месяц лично премирую — сигареты подгоняю, консервы. На зоне эти вещи сильно ценятся, — рассказал предприниматель.
Топ-5 тюремных товаров Фото: Дмитрий ПОЛУХИН
Унты в итоге ему обходятся дороже, чем если бы нанял свободных при местном уровне зарплат. Но деваться некуда.
А зек-предприниматель — просто подарок для зоны. Такой даже за решеткой пытается замутить какой-нибудь бизнес. Подобный фокус провернул промоутер Касболат Байкулов, севший на восемь лет за хранение наркотиков. До ареста парень занимался организацией гламурных вечеринок. Заодно небольшими партиями выпускал модную сувенирную одежду для знакомых тусовщиков.
В заключении у Касболата был смартфон — за взятку пронес охранник. Сначала экс-промоутер просто продолжал вести блог в Еwiееer. А потом подумал, почему бы не применить свой медиаресурс в коммерческих целях.
— В зоне было швейное производство. Я там не работал, но решил им воспользоваться: производить и благодаря аудитории в соцсетях как-то сбывать. Мне показалось, это прикольная идея, — рассказал освободившийся недавно по УДО Байкулов.
Касболат по телефону договорился со знакомыми на воле, что они разместят в зоне заказ на 150 футболок. Бывший промоутер сам разработал их дизайн. Он же придумал к каждой футболке пришить порядковый номер, как на тюремной робе, — от 1 до 150. О том, что за заказчиками стоит Касоблат и что он же сам через соцсети будет продавать футболки по 15 тыс. руб. за штуку, никто в зоне не знал.
— Чтобы продавать так дорого, нужно высокое качество. Там ребята, которые по 10 — 15 лет сидят, только тем и занимаются, что шьют. Они могут даже на убогих машинках качество выдавать. Там, где оборудование надо было докупить, я докупил, — рассказал Байкулов.
В итоге Касболат на футболках заработал больше 2 млн. руб.! Администрация колонии так и не поняла размаха дела. А одежда быстро разошлась — эксклюзивную коллекцию разобрали знакомые диджеи и музыканты.
Забавно, но отношение власти к бизнесменам как к дойным коровам что на воле, что в зоне одинаковое.
— В Ульяновской области сейчас сидит предприниматель Александр Бобров. На свободе он делал репелленты от комаров, а потом кто-то нашел в их составе якобы наркотические вещества, — рассказал «КП» член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Андрей Бабушкин. — Администрация колонии-поселения № 5, когда узнала о заключенном-предпринимателе, предложила ему заняться совместным хлебным бизнесом.
Бобров согласился. Колония предоставила Александру помещение, а коммерсант на свои деньги купил оборудование для хлебопекарни. Десять необходимых работников нашлись среди осужденных.
— Пекарня готова, но администрация исправительного учреждения уже несколько месяцев тянет с началом работы, — говорит Бабушкин. — Один зам. руководителя колонии требует с Боброва 100 тыс. руб. Без взятки не дает коммерсанту печь хлеб. Бобров давать деньги отказывается — один раз поддастся, так еще десять «голодных» прибегут.
Сейчас ФСИН и Совет при президенте по правам человека разбираются в этой истории.
Палочное производство
Более половины работ — 51,7% — заключенные выполняют под государственные и муниципальные заказы или для нужд самого ФСИН.
— Большинство контрактов система наказаний получает без конкурса в рамках гособоронзаказа, — рассказал Андрей Бабушкин. — Шьют форму полиции, делают ботинки военным.
Забавно, но даже спецсредства для усмирения (считай, самих себя) — резиновые палки — тоже производят осужденные.
Работа звездных заключенных Фото: Дмитрий ПОЛУХИН
Труд зеков фактически бесплатный. По официальной информации Минюста, средняя зарплата заключенного: 229,4 руб. в день, или 5 тыс. руб. в месяц.
При этом правозащитники из Общественного совета при ФСИН и Совете при президенте по правам человека уверены, что сведения о зарплате завышены в разы.
5 тыс. руб. — это средняя зарплата при условии выполнения нормы. Реально норму мало кто выполняет, поэтому получает 1 — 3 тыс. руб., а то и меньше. Но чтоб не портить статистику, пишут, что зек трудится по два часа в день и поэтому получает только 25% от оклада.
О том, как на самом деле, можно понять, заглянув, например, в журнал выдачи колюще-режущих предметов (документ строгой отчетности): там стоит время, когда работник получил инструменты и когда сдал. И видно, что осужденный на самом деле работал 8 — 10 часов — не ходил же он с пилой просто так весь день. Никакие комиссии Минтруда колонии не проверяют — у их администраций масса возможностей химичить с бумагами.
Конечно, есть исключения. Например, на территории образцово- показательной костромской ИК-1 (строгого режима) есть завод трансформаторов — предприятие даже иностранные заказы выполняет. На производстве оборудования занято больше 200 человек — у них там оклады не меньше чем у остальных жителей Костромы.
Работа за УДО
Почему же народ за решеткой соглашается пахать практически бесплатно?
Кого-то принуждают: отказников ждет штрафной изолятор. Но многие соглашаются добровольно. Ведь даже тысяча рублей может скрасить жизнь — купить в ларьке сигарет, чая, конфет.
— Без поддержки с воли или из общака выжить в нашей тюрьме невозможно. В первую очередь из-за плохого питания. Даже 72 руб. реально на еду не тратятся, ибо воровство повсеместное — и крупное, и по мелочи, — считает глава правозащитной организации «Русь сидящая» Ольга Романова.
Но самое главное, труд в зоне считается основным средством и критерием исправления — отказавшийся работать не может рассчитывать на условно-досрочное освобождение.
Немало случаев, когда из зоны выходили высококлассными кузнецами, резчиками по дереву, даже иконописцами. Но в целом, по данным Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества, только 5% после освобождения устраиваются по той же специальности, что работали в заключении.
Принуждение без воспитания
До революции каторжников в России использовали просто как дешевую рабочую силу — царский минюст рассматривал принудительный труд лишь как наказание. При советской власти стирание в лагерную пыль на стройках коммунизма уже называлось перевоспитанием.
«В соответствии с Уголовно- исполнительным кодексом РФ общественно полезный труд является одним из основных средств исправления», — заявили «КП» в пресс-службе ФСИН.
Но согласно статистике занятость за решеткой не сильно способствует исправлению. По данным Лаборатории исследования рынка труда ВШЭ, через год после освобождения только 30% бывших заключенных находят работу. 70% людей остаются без заработков, «что создает условия для рецидивов преступности».
Возможно, если б осужденные в колониях пахали не за УДО, а за деньги, то положение изменилось — люди привыкали воспринимать работу как источник дохода. Рабский же труд, как известно, на мировосприятии отражается не лучшим образом.
Занятость Фото: Дмитрий ПОЛУХИН
ТРУДОВЫЕ МАСТИ
Мультики исправления
Тележурналист Александр Любимов, известный по программе «Взгляд», 7 лет назад открыл в пермской женской колонии студию мультфильмов. Сначала услуги художников-аниматоров Любимов заказывал в Китае. Но качество не устраивало. Зону выбрал из чисто прагматических соображений: дешевле девушек за решеткой обучить 3D-графике, чем связываться с профессиональными аниматорами.
Заключенные работали над фантастическим мультсериалом «Тайна Диона», который показывали в передаче «Спокойной ночи, малыши!». Аниматорам платили примерно в 30 раз больше, чем работающим в той же колонии швеям. Но через два года эксперимент пришлось свернуть по причине «возбуждения социальной розни»: зечки-швеи возненавидели зечек-мультипликаторов.
БАЛАНДА
Между ежиком и осликом
Три года назад на питание одного зека ФСИН тратила 86 руб. в день. Сегодня — 72 руб. А к 2019 году планирует сократить расходы аж до 64 руб. Для сравнения: на ежика в Московском зоопарке тратят 90 руб. Но в ведомстве уверяют: паек вовсе не урезается. Просто все больше продуктов делают в самих зонах.
ФСИН постепенно переходит если не на самоокупаемость, то на самообеспечение — осужденные пасут коров, вскапывают грядки и пекут хлеб. Вот денег на еду и требуется меньше.
Расходы Фото: Дмитрий ПОЛУХИН
Возрастная категория сайта 18 +
Сетевое издание (сайт) зарегистрировано Роскомнадзором, свидетельство Эл № ФС77-80505 от 15 марта 2021 г.
ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР — НОСОВА ОЛЕСЯ ВЯЧЕСЛАВОВНА.
ШЕФ-РЕДАКТОР САЙТА — КАНСКИЙ ВИКТОР ФЕДОРОВИЧ.
АВТОР СОВРЕМЕННОЙ ВЕРСИИ ИЗДАНИЯ — СУНГОРКИН ВЛАДИМИР НИКОЛАЕВИЧ.
Сообщения и комментарии читателей сайта размещаются без предварительного редактирования. Редакция оставляет за собой право удалить их с сайта или отредактировать, если указанные сообщения и комментарии являются злоупотреблением свободой массовой информации или нарушением иных требований закона.
АО «ИД «Комсомольская правда». ИНН: 7714037217 ОГРН: 1027739295781 127015, Москва, Новодмитровская д. 2Б, Тел. +7 (495) 777-02-82.
Исключительные права на материалы, размещённые на интернет-сайте www.kp.ru, в соответствии с законодательством Российской Федерации об охране результатов интеллектуальной деятельности принадлежат АО «Издательский дом «Комсомольская правда», и не подлежат использованию другими лицами в какой бы то ни было форме без письменного разрешения правообладателя.
Источник: www.kp.ru
«Хоть стой, хоть падай»
Зарплата заключенного в России может превышать 200 тыс. руб. в месяц — такие данные приводит Федеральная служба исполнения наказаний. Там, правда, пояснили, что речь идет о единичных случаях. Кроме того, больше получают не обычные осужденные, а приговоренные к принудительным работам. Как известно, ФСИН активно предлагает задействовать своих подопечных на больших стройках и других важных объектах вместо мигрантов. Политический обозреватель “Ъ FM” Дмитрий Дризе считает, что агрессивная информационная кампания исправительного ведомства рискует сослужить ей дурную службу.
Выйти из полноэкранного режима
Развернуть на весь экран
Фото: Эмин Джафаров, Коммерсантъ
Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН) претендует на лидерство в российской информационной повестке. Только что была «горячая тема» положения рядовых зеков в тюрьмах и колониях, в частности, во Владимирской области. Но вот широко обсуждается возрождение российского капиталистического ГУЛАГа или, как сейчас модно говорить, ГУЛАГа-лайт. Не успела общественность переварить все эти новации, ФСИН, видимо, решил пойти дальше. Было принято решение «ошарашить» сограждан новыми шокирующими новостями из своих многочисленных подразделений.
На строительство БАМа направят «допкадры»
В издании «Известия» вышла статья о зарплатах осужденных, в частности, по такой разновидности наказания как принудительные работы — в среднем это 20-25 тыс. руб. В принципе неплохо, но как выясняется, это лишь разминка. Далее, как говорится, хоть стой, хоть падай. ФСИН сообщает следующие подробности — 224 тыс. руб. получил заключенный в Белгородской области, 102 тыс. — в Новгородской, 94 тыс. — в Приморском крае и 80 тыс. — в Волгоградской области.
После неоднозначной реакции читателей ведомство выступило с пояснениями, что, мол, речь идет о единичных случаях и о тех, кто приговорен к принудительным работам.
Зарплата таких категорий выше, чем обычных зеков. И это не общая практика, а просто гражданин много работал сверхурочно, за что, естественно, получил положенные выплаты.
Желание исправительного ведомства стать мощной госкорпорацией с безграничным бюджетом, привлекая заключенных на передовые стройки, понять можно. Однако вот такие откровения способны серьезно навредить этому мегапроекту. Во-первых, в стране достаточно много как бывших отсидевших, так и ныне находящихся в местах не столь отдаленных. Трудно припомнить, чтобы кто-нибудь хвастался большими доходами. 20 тыс. руб. — это и для вольного-то неплохо, не говоря уж о лишенном свободы.
Заключенных могут отправить на стройку
Во-вторых, возникает, естественный вопрос: если государство или бизнес-подрядчики готовы столько платить рабочему, зачем тогда мигранты и тем более зеки? Бросьте клич, отбоя не будет от желающих, пешком придут на стройки новой России. Собственно, это и есть самый простой способ заполучить рабочую силу — платить жалование. И ФСИН тогда, извините, ни к чему. В-третьих, опять в голову лезут нехорошие мысли.
Что же получается, за решеткой, пусть даже с ограничением свободы, лучше, чем на воле? Это уже что-то из Оруэлла — антиутопия.
И от этого сразу становится как-то не по себе. Быть несвободным в материальном плане получается выгоднее.
Как глава ФСИН предложил использовать осужденных вместо трудовых мигрантов
Но, нет, это лишь ощущения. А в сухом остатке проект под условным названием «Заключенные вместо мигрантов» фактически одобрен. Дальнейшее развитие событий спрогнозировать нетрудно, скоро мы увидим по федеральному телевидению первое образцово-показательное общежитие зеков-строителей, хорошее питание, довольных заключенных.
Главное, чтобы экономический эффект получился соответствующим, а то провалится проект. Кому тогда отвечать? Например, во времена настоящего ГУЛАГа за это строго спрашивали.
- Дмитрий Дризе подписаться отписаться
- Точка зрения: Дмитрий Дризе подписаться отписаться
Источник: www.kommersant.ru
На работу без конвоя – сколько зарабатывают осужденные
Триста осужденных, приговоренных судом к принудительным работам, живут в трех исправительных центрах Новосибирска. Одни трудятся на заводах, другие отрабатывают наказание, приводя в порядок город. Мы провели один рабочий день с оступившимися и узнали, сколько зарабатывают осужденные, какие требования предъявляют спецконтингенту работодатели и почему в исправительном центре лучше, чем в колонии.
С 2017 года в России введен в действие новый вид уголовного наказания – принудительные работы, которые назначаются как альтернатива лишению свободы за совершение преступления небольшой или средней тяжести. Осужденные к принудительным работам отбывают наказание в специализированных исправительных центрах, проживают в общежитиях. В одном из таких центров побывали корреспонденты VN.ru.
Главное отличие от колонии – более мягкий режим. Отбывающие здесь наказание имеют возможность трудоустроиться и получать зарплату, распоряжаясь ею по своему усмотрению, общаться с семьей, пользоваться телефонами и компьютерами. Но при нарушениях и неподобающем поведении в центре человек может вновь оказаться за колючей проволокой.
Естественно, попадаются и такие, кто выпивает на работе или не соблюдает установленный режим. Но большая часть все же не горит желанием возвращаться на зону и соблюдает установленные правила. Осужденные могут быть задействованы на любых видах работ: от работы на компьютере и уборке территорий до стройки. Отказаться от предложенной работы они не имеют права, разве что по состоянию здоровья.
Будни осужденных: от подъема до отбоя
Утро в УФИЦ (участок, функционирующий как исправительный центр) начинается в 6 часов. После подъема осужденные идут на зарядку, после проверки и завтрака расходятся по работам до самого вечера. Вечером готовят ужин, в 22.00 ложатся спать. Работают по 8 часов пять дней в неделю – с понедельника по пятницу.
Осужденные к принудительным работам в обязательном порядке ночуют в стенах центра. Здесь несколько спален – мужских и женских. Кровати, тумбочки, шкафы – все, как в студенческом общежитии. За соблюдением режима осужденных круглосуточно следят 32 камеры.
На входе и выходе из учреждения сканируют отпечатки пальцев. Специальная программа фиксирует, кто и во сколько прибыл. Вернуться полагается до 20.00. На входе следят и за состоянием осужденных – пьяных отправляют на медосвидетельствование, а после в суд, который возвращает любителей горячительных напитков в учреждения с колючей проволокой.
В исправительном центре есть и послабления: разрешено пользоваться мобильными телефонами и компьютерами, смотреть телевизор, читать книги, играть в шахматы или заниматься спортом в свободное время. А на выходные работников могут выпустить за пределы УФИЦ к семье, в кино или по магазинам. Почти все осужденные в центре – молодые люди, «загремевшие» за решетку из-за наркотиков.
Здесь они свободно общаются между собой, помогают в быту и даже создают семьи. 
«Молодость дает о себе знать. Они такие же простые люди: влюбляются, женятся. Это как в институтском общежитии – семейный быт все равно присутствует. Они «семейничают»: вместе едят, готовят, покупают продукты.
Мужчины допоздна работают, а женщины пораньше пришли, приготовили ужин. Это очень удобно, так проще жить», – говорит врио начальника изолированного участка, функционирующего как исправительный центр при исправительной колонии №8, лейтенант внутренней службы Елена Синиковская.
«В колонии совсем другая атмосфера»
Днем в исправительном центре тихо и пусто. Почти все живущие здесь осужденные отправились на работу – кто на стройку, кто на лесопилку, кто убирать город. Остаются в стенах учреждения лишь те, кто отрабатывает наказание в самом центре. Вячеслав Зверев приехал в исправительный центр из колонии-поселения, получив послабление.
Работает здесь же: поддерживает порядок, строит, красит, убирает территорию. По выходным и праздникам мужчина видится с семьей.
В Новосибирске его ждут жена и двое детей – старшему 4 года, младшему не исполнилось и трех месяцев. «По профессии я военнослужащий, служил по контракту, – рассказывает Вячеслав. – Плюсов много: это адаптация для осужденных, атмосфера у нас здесь семейная. Если у кого-то чего-то нет, делимся. По выходным играем в шахматы и волейбол, соревнуемся, кто лучший. В колонии совсем другая атмосфера: закрытое пространство, ходишь в робе. А здесь обычная одежда, и мы ничем не отличаемся от других».
Кроме наведения порядка на территории исправительного центра Вячеслав подключается и к уборке города, когда зовут. «Порядок надо поддерживать везде, даже в городе. Зимой помогали чистить снег, потому что у многих родственники ходили и жаловались, что дороги плохие. Если многие будут делать даже маленький вклад в благоустройство города, то и город станет чище», – считает осужденный. Ему осталось отбывать наказание еще год, после чего мужчина вернется к жене и детям уже насовсем.
Осужденные вместо гастарбайтеров
Гастарбайтеры нынче не могут приезжать на заработки в Россию из-за коронавируса, а потребность в кадрах у бизнеса осталась. Вот и приходят на помощь осужденные из исправительных центров. На заводе ЖБИ с осужденными сотрудничают уже 10 лет. Одни отбывают наказание и уходят, другие остаются работать здесь и после срока. Сейчас здесь трудятся 12 осужденных.
Когда есть потребность, штат работников увеличивают. «Мигранты тоже работают, но с ними неприятная ситуация с пандемией и границами, – рассказывает начальник производства завода ЖБИ-4 Сергей Коровкин. – Если осужденные заменят мигрантов, я буду только приветствовать это. Во-первых, нет языкового барьера, во-вторых, обучаемость гораздо лучше и дисциплина на уровне.
Они хорошее подспорье». Осужденный Владимир Жуйков уже несколько месяцев работает стропальщиком на ЖБИ-4. Он прибыл в центр из колонии строгого режима, где отбывал наказание за кражу. Навыки стропальщика получил еще в колонии, где заготавливал лес, поэтому опытного мужчину сразу пригласили трудиться на завод.
Говорит, криминальное прошлое позади, сейчас он занимается разгрузкой и погрузкой бетонных свай и плит из цехов, загружает огромные блоки в кузов машин. Отбывать наказание предстоит еще год, после чего Владимир планирует остаться трудиться здесь же, на заводе ЖБИ-4. «Администрация завода к нам хорошо относится, и товарищи в бригаде имееются.
Нас здесь кормят обедом: и первое, и второе, и салат. Доставляют на работу и с работы. Денег хватает и на еду, и чтобы одеться, – говорит Владимир Жуйков. – Плюсы в том, что ты человек бесконвойный, более свободный. Это такой момент адаптации. Режим послаблен, ты можешь потихоньку вливаться в социум».
Сколько зарабатывают осужденные
Два новых центра за полгода
Из 12 тысяч осужденных в Новосибирской области лишь 300 человек приговорены судом к принудительным работам. Их может быть и больше, но нет помещений. В регионе работают лишь три исправительных центра, в которых проживают люди, попавшие под смягчение приговора. На деле около 2500 осужденных можно вывести в одночасье на этот вид режима.
И у бизнеса есть запрос в привлечении к работе осужденных, и сами они горят желанием сменить колонии на исправительный центр с более мягким режимом, но существующие мощности УФИЦ пока что не позволяют принять больше. «Мы проводим большую работу с администрацией области, с Росимуществом по выделению зданий, чтобы можно было открыть центры. Бизнес вкладывает денежные средства для того, чтобы заменить мигрантов на наших осужденных.
Если есть заинтересованность и работодатель готов вложить деньги в открытие исправительного центра, мы готовы выйти с инициативой, открыть в любой точке нашей области исправительный центр под ведение работ на объектах предпринимателей, – рассказывает начальник ГУФСИН России по Новосибирской области Андрей Попето. – Пока этим направлением в основном интересуются компании, которые связаны со строительным бизнесом. Одна из мебельных фабрик вышла с предложением заменить мигрантов на категорию осужденных». Но уже в этом году в области планируют открыть еще два исправительных центра на 200 человек. Один появится летом, другой планируют запустить осенью.
Источник: vn.ru