Работа судмедэксперта, зарплата, как стать, различие от патологоанатома.
Судмедэксперт — это судебный медицинский эксперт. Занимается сбором улик, проведением исследований, помогающих раследовать уголовное дело, найти виновных в совершении преступления. Так же узнает причину убийства путем вскрытие трупа.
ОБУЧЕНИЕ
Для того, чтобы стать судмедэкспертом необходимо получить высшее образование по направлению « Судебная экспертиза ». Некоторые студенты в момент учебы устраиваются на подработку в качестве помощников для дальнейшего продвижения по карьерной лестнице. После окончания обучения и интернатуры, чтобы пойти именно в судмедэксперты, нужно поступить в школу криминалистики, где будет выдан сертификат, который даст возможность полноценно и легально работать. На все про всё уйдет примерно 7-8 лет.
Каждый судмедэксперт должен обладать определенными качествами: исполнительность, пунктуальность, скрупулезность действий, определенная циничность, уверенная психика, выдержка, хладнокровность.
Жизнь и смерть в одной профессии — о тяжелой работе судмедэксперта
РАБОТА И ОБЯЗАННОСТИ
Стресс и смерть являются постоянными попутчиками в работе. Поэтому существует ряд противопоказаний для работы по данному направлению. К работе НЕ допускаются люди: с психическими и неврологическими заболеваниями, имеющие инфекционные заболевания, страдающие от алкогольной или наркотической зависимости, имеющие судимость.
Судмедэксперт имеет достаточно большой круг обязанностей, которые выполняет каждый день: оказание квалифицированной судебно-медицинской экспертизы, где должны использоваться современные технологии и методы исследования, своевременная сдача отчетных документов, участие в работе по повышению квалификации сотрудников организации , и много что еще.
Заработная плата в России
В среднем по России работник в сфере судебной экспертизы зарабатывает ~21 тысячу рублей , что является недостаточной суммой заработка за трудоемкую и ответственную работу. Но чем больше город, тем больше открыто вакансий на эту специализацию. Так судмедэксперт из Москвы получает примерно 1 00 тысяч рублей за месяц кропотливой работы. Сотрудники этого направления имеют право на досрочный выход на пенсию, отработав 30 лет в городских организациях или 25 лет в деревнях, селах.
ПЛЮСЫ И МИНУСЫ
ПЛЮСЫ:
Профессия одиночек для многих это будет минусом, но есть люди, которым на работе не нужно общение.
Оклад . Судмедэксперт получает больше, чем обычный врач. Конечно, абсолютно положительная сторона специальности.
Сокращенный рабочий день . Как правило, судмедэксперты работают по ~6 часов в сутки. Это позволяет большую часть дня проводить, как вздумается, отдыхать, заниматься научной деятельностью и так далее.
Загадки . Каждое новое тело – это тайна, которую предстоит открыть
МИНУСЫ:
Вредность работы с трупами – это самый большой недостаток профессии. Нужно быть готовым к появлению болезней. Для начала есть шанс заразиться от трупа чем-либо: туберкулез, ВИЧ, иные вредные инфекционные и вирусные заболевания.
Зарплата в 200 тыс. врачу? | Чё там у врачей №5
Психологическая напряженность — судмедэксперт работает с телами людей, умерших насильственной смертью, а не мирной, как патологоанатом.
Социальные противоречия — судмедэксперт – необходимая профессия. Но далеко не каждый человек может принять и понять ее. Копаться в трупах – это не бумажки раскладывать и даже не преступников сажать.
Сокращенный рабочий день имеет свои недостатки — для начала причиной этого служит вредность. Работа с трупами может отразиться на здоровье – от сюда и сокращенный график.
Чем отличается патологоанатом от судмедэксперта?
Патологоанатом не исследуют насильственную смерть , патологоанатом исследуют трупы людей которые умерли в больнице , от з аболеваний или от старости, все остальные случаи внезапная смерть , убийство , насилие. Иногда судмедэксперты делают работу патологоанатом а патологоанатом не делает работу судмедэксперта . Патологоанатом подчиняется главному врачу больницы, судмедэксперт начальнику бюро.
Источник: dzen.ru
Как работает и сколько зарабатывает судмедэксперт в России
Монолог читательницы «Ножа», молодого российского судмедэксперта, о том, что действительно происходит в моргах, а что сценаристы американских процедуралов взяли с потолка.
У меня никогда не было ролевой модели судмедэксперта, да и особой любви к судебной медицине тоже. Просто специальность «медицинская биохимия», по которой я получила диплом, подразумевает, что после выпуска можно выбирать только из двух направлений: клиническая лабораторная диагностика и судебно-медицинская экспертиза. Первое казалось скучным, и я решила: стану судмедэкспертом, почему бы и нет. Окончила интернатуру и устроилась на работу в бюро судебно-медицинской экспертизы.
Сейчас я работаю в отделе экспертизы трупов. Я вскрываю тела и выдаю заключение о том, когда и от чего умер человек. Каким орудием была нанесена смертельная травма и как именно это произошло — устанавливают судмедэксперты физико-технического отдела и правоохранительные органы.
Моя любимая часть работы — выезд на место происшествия: у каждого эксперта есть смены с выездными дежурствами. На место приезжаю я, следователь и иногда участковый. Следователь главный, он может привлекать и других специалистов, если этого требует дело.
Отличие российских реалий от голливудских процедурных шоу — в том, что у нас нет бригады из пяти человек, мы со следователем справляемся вдвоем: я осматриваю обстановку, я же делаю фотоснимки, прежде чем приступить к осмотру тела.
Мой первый выезд был на висельника. Трагикомическая история. Пара средних лет сняла квартиру на сутки, а на утро дама обнаружила своего спутника висящим на балконе. Асфиксия — наиболее частая причина самоубийства, этот способ обычно выбирают мужчины средних лет. Причины разные — кто-то не может смириться с тем, что болен, а кому-то просто жизнь не мила.
Случаются и дамы-самоубийцы. Помню, одна женщина повесилась на дверной ручке, оставив записку: «Вася, ты мне надоел». Есть и не совсем классические случаи — например, 4 часа утра, приезжаем и видим: висит мужчина в женском нижнем белье и капроновых колготках.
Осмотр предусматривает ряд манипуляций, самая отвратительная из них — измерение температуры в прямой кишке с помощью термометра (у тех же висельников всегда случается непроизвольная дефекация). Термометрия — это необходимая процедура, она помогает нам определиться с давностью наступления смерти. В сериалах вы не увидите, как эксперт засовывает кому-то в задницу градусник, он вводит острый игольчатый датчик через прокол кожи в печень. В России такой способ тоже применятся, но многие эксперты согласны, что не совсем удобен на месте происшествия, плюс термометрия прямой кишки более точный и научно обоснованный метод.
Так вот, однажды, еще в период обучения в интернатуре, мы с моим куратором отправились на вызов: кто-то обнаружил бомжа без признаков жизни.
Мой куратор поручил мне важное задание — вставить градусник трупу в то самое место. Я начала его выполнять, и тут бомж закричал, оказался живенький.
Не люблю я выезжать на детей и гнилые трупы. Конечно, с такой работой уже начинается профессиональная деформация, но дети до сих пор не оставляют меня равнодушной, особенно тяжело было в первое время. Вообще экспертизы детей — самые сложные для любого эксперта, не только в эмоциональном плане, но и в профессиональном: очень большой объем работы.
К примеру, если привозят труп младенца, то эксперту предстоит установить: новорожденность, живорожденность, доношенность и жизнеспособность младенца, продолжительность внутриутробной жизни и признаки ухода. Это огромный ряд критериев, которые нужно описать и обосновать. С гнилыми все ясно: степень гнилостных изменений бывает разной, но когда она выражена, труп зеленый, все отслаивается и осмотр, мягко говоря, не очень приятен.
После осмотра составляется протокол, затем следователь ставит перед экспертом вопросы, на которые тот должен ответить в своем заключении. Вопреки стереотипу об умных детективах с опытом и гениальным чутьем, реальные следователи бывают разные, в том числе и не особо дружащие с логикой. К примеру, человек очевидно задушен, но следователь ставит вопрос: «Могла ли смерть наступить в результате отправления ядами?».
На судах эксперты присутствуют довольно часто, если требует суд или об этом ходатайствует адвокат. Обычно это происходит в случаях с насильственными смертями.
Сериалы вроде CSI, «Кости» и прочие подобные — это восхитительные сказки, по отношению не только к российской реальности, но и к судебной медицине в целом.
К примеру, их герои называют давность наступления смерти — 2 часа 15 минут, осмотрев только глазницы. В реальности подобную точность невозможно установить, тем более, на месте. В худших образцах жанра извлекают уже скелетированный труп из озера и определяют давность смерти в 4 дня.
Еще в подобных сериалах любят делать из судмедэксперта мастера на все руки: он и вскрывает, и гистологию смотрит, да еще и убийцу успевает искать. Нонсенс. Это не наша работа, более того — делать этого мы не имеем права. Наша главная задача — установить причину наступления смерти, механизм и характер образования повреждений. Все, мы ни с кем не беседуем и не преследуем потенциальных преступников.
Возьмем тот же сериал «Следствие по телу» (Body of proof), там миленькая женщина-судмедэксперт вскрывает труп без шапочки. Сценаристы не понимают, что это могло бы отразиться на работе. Некоторые считают, что герой сериала «Декстер» — судебно-медицинский эксперт, на самом деле он просто эксперт-криминалист. Но я с завистью смотрю на прекрасно оснащенные помещения, секционные столы и инструменты своих «коллег» в сериалах.
Что в фильмах достаточно точно отражает реальность, так это практика поиска преступника по биоматериалу. Если на месте происшествия найдена, например, слюна или сперма, и есть возможность сравнить ее с образцом подозреваемого, то так и делается. В России тоже. Сейчас еще распространена тенденция поднимать давние уголовные дела с сохранившемся биоматериалом и расследовать их.
В нашем бюро ставка — 9 тысяч рублей. В эту сумму входит выполняемая норма в 9 экспертиз, далее идет оплачиваемая переработка, доплаты за вредность, бальзамацию, дежурства.
В итоге, моя месячная зарплата составляет 20–25 тысяч. Конечно, в Москве иной порядок цифр. Если эксперт опытный (стаж более 5 лет), с квалификацией, то и доверяют ему приличное количество экспертиз различной сложности, соответственно, и зарплата больше. Ну и конечно, важны хорошие отношения с начальством. Судебная медицина — специальность узкая, если не приживешься в своем региональном бюро, то придется менять место жительства.
Особых перспектив профессионального роста нет, ты либо эксперт, либо заведующий отделом, а в идеале — начальник судебного бюро. Добиться этого весьма сложно, особенно в нашей стране, специальность, повторюсь, очень узкая и без влиятельных знакомых не обойтись. В научном плане тоже весьма туго, ведь чтобы о чем-то писать, нужно проводить исследование, а для этого необходимо финансирование. В период обучения в интернатуре у меня была небольшая научная работа, которая так и осталась только на бумаге, реализовать ее не получилось.
Больше всего в моей работе мне нравится график — работаю с 8 до 16 часов. В первую половину дня вскрываю, во вторую пишу заключения. У некоторых экспертов вскрытие занимает 20–30 минут, но я все еще начинающий специалист, поэтому вскрываю дольше и осторожнее, около часа.
В отличие от паталогоанатомов, мы всегда вскрываем три полости: грудная, брюшная и голова. Разрез — это выбор эксперта, но чаще всего мы используем обычный поперечный разрез (по Вирхову), там все очень просто: разрез начинается на передней поверхности шеи на 1–2 см ниже подбородка и идет вниз, обходя пупок слева и доходя до лобкового сочленения.
Далее эксперт отделяет кожно-мышечный лоскут и начинается самое интересное. Ребра рассекаем реберным ножом по хрящу, я иногда использую еще и молоток, потому что не всегда хватает сил рассечь ребра плавным движением. Видела, что в некоторых бюро используют пилу, но это, прямо скажем, для ювелиров. После этого захватываем язык и выделяем органокомплекс.
Для меня это очень трудоемко, потому что секционные столы высокие, и я не всегда вижу, что делаю, приходится на ощупь подрезать диафрагму, иначе органокомплекс не вытянуть. Изучаем и описываем мы все, вплоть до содержимого желудка и яичек.
Y-образный разрез, который обычно демонстрируется в кино, используют, если родственники желают сохранить зону декольте или того требует экспертиза. У этого способа много сторонников, но мне нравится поперечный — он проще и меньше ниток расходуется. Самое крутое вскрытие — по Медведеву: отсепаровка кожи лица и шеи.
На вскрытиях меня никогда не тошнит, разве что если труп — гнилушка. Помню, когда в первый раз вскрывала гнилой труп, чуть не проблевалась прямо в секционной, это жуткое зрелище.
Развенчаю еще один миф: никто не изымает органы трупов для продажи, они — бесполезный материал. Перед тем, как попасть на секционный стол, труп чаще всего проводит ночь в холодильнике, а это время, которое имеет огромное значение для трансплантации.
Все, что мы изымаем во время вскрытия — отправляется обратно в труп и уходит в лучший мир.
Не нравится мне в моей работе незащищенность эксперта. В некоторых регионах есть разделения на «грязный» и «чистый» морг: в первом вскрывают инфицированные трупы (ВИЧ, туберкулез и т.д.), во втором все — остальные. В нашем бюро такого понятия нет, у нас общая секционная, где существует колоссальный риск подхватить какую-нибудь заразу. Каких-то особых средств защиты нет, наша форма — это так называемый хирургический костюм: шапочка, медицинская маска, перчатки и одноразовый фартук, который только в теории рассчитан на один раз, на практике денег не хватает и приходится его использовать повторно.
Еще есть физическая и моральная нагрузка, особенно напрягает физическая. К примеру, я девушка миниатюрная, мой рост не достигает 160 см, соответственно, и вес небольшой, а трупы бывают крупные, и если не справляюсь сама, то приходится просить санитаров помочь поднять, уложить труп. Вскрытие требует хорошей физической подготовки. Знаю, что в некоторых бюро эксперты исследуют уже извлеченный санитарами органокоплекс, у нас же все эти манипуляции выполняет эксперт.
После вскрытия наступает этап бальзамации. Бальзамируем мы классическим способом, используя формалин. Формалин очень токсичен, особенно для молодых дам, а в секционной он присутствует везде, в процессе вскрытия мы изымаем кусочки органов и помещаем в баночки, которые наполнены этим веществом. Со временем я планирую перевестись в судебно-биохимическое отделение, это безопаснее и есть перспективы развития в научном направлении.
И снова о неоправданных стереотипах: первый, который связывает нас с патологоанатомами — что время вскрытия мы пожираем бургеры. Ничего такого. Также морг не находится в подвальном помещении, где царит мрак — это бы противоречило санитарным нормам. Наша секционная очень просторная и светлая, а благодаря нашим санитарам всегда чистенькая.
Пришел работать — работай, а для обеда есть специально отведенное помещение, да и у каждого эксперта есть кабинет. Конечно, в процессе работы мы можем разговаривать, шутить, обсуждать отвлеченные темы. Есть у нас эксперт, который любит распевать новинки отечественной попсы во время вскрытия.
И да, судебно-медицинский эксперт — не патологоанатом, это совершенно разные специальности.
Еще культивируется такой образ, мол, судмедэксперты — это угрюмые и сплошь зависимые от алкоголя люди. Это, конечно, неправда. Встречаются и такие индивидуумы, но это уже человеческий фактор, а не профессия. Я, например, не питаю особой страсти к алкоголю, но мне нравится выпить немного пива или вина с друзьями после трудовой недели.
Моя проблема в том, что когда молодые люди узнают, кем я работаю, то прекращают общение. Вот это по-настоящему грустно.
Детективных историй с воровством трупов или случаев, когда эксперту угрожают преступники с тем, чтобы он исказил данные и отмазал виновного, на моей практике не было. Был только случай у коллеги из биологического отдела — результат экспертизы по установлению группы крови не удовлетворил следователя, и он довольно жестко прессовал эксперта, чтобы получить то заключение, которое поможет ему быстро закрыть дело.
В судебной медицине очень много женщин. К примеру, в биологическом, химическом, биохимическом и отделе экспертизы живых лиц трудятся в основном они. В танатологии (экспертиза трупов) большая часть работников мужчины, но женщины тоже есть. Молодежи не очень много, отработав несколько лет, многие бросают судебную медицину и уходят в другие специальности.
Как совершить идеальное убийство? Помнить о принципе «нет тела — нет дела».
Если хотите совершить идеальное преступление, то первый совет — не оставляйте свой биологический материал, ну а второй — используйте логику. Был у нас такой случай: женщина обнаружена собутыльниками в квартире, предположительная причина смерти — отравление этиловым спиртом и суррогатами (это то, что установил эксперт на месте происшествия).
Но в процессе вскрытия он обнаружил колото-резаные раны, которые должны были повлечь за собой обильную кровопотерю. При этом одежда трупа и место происшествия были без следов крови. Соответственно, собутыльники убили жертву, переодели, стерли все следы и вызвали полицию. На что они наделись — загадка.
Большинство убийц использует ножи, кирпичи и огнестрельное оружие. Чаще всего орудия убийства оставляют на месте происшествия. Помните, что убийство — это еще и очень грязное дело, из которого вряд ли получится выйти без потерь.
Теоретически самым надежным способом избавится от человека, чтобы потом не приходилось прятать труп, является отравление. Есть множество ядов неисследованной природы и те, которые быстро выводятся из организма, распадаясь в организме на неспецифические продукты, а вызванная ими патология может напоминать последствия болезней, вызванных естественными причинами. Ничего конкретного называть не буду, это все-таки уголовная ответственность, хотя в сети можно найти все, что душе угодно.
Источник: knife.media
Сколько зарабатывает судмедэксперт в России: последние данные по Москве и регионам
Судмедэксперты зарабатывают в среднем 40-50 тысяч рублей в месяц. Однако в Москве доход может составить 80-100 тысяч и даже выше. Спрос на специалистов стабильно высокий, поэтому профессионал с опытом всегда найдет себе работу. Начинающие сотрудники могут претендовать на небольшие зарплаты. Но по мере наработки опыта доход будет увеличиваться, к тому же после 30 лет стажа работники уходят на досрочную пенсию.
Сколько зарабатывает судмедэксперт в России
Зарплата судмедэксперта колеблется в широких пределах от 20 до 100 тысяч. рублей в месяц. Она во многом зависит от таких факторов:
- регион;
- профессиональный опыт работника;
- организация, в которой работает – государственная, муниципальная или частная.
Самую большую зарплату можно получать в Москве. Здесь даже начинающему специалисту с минимальным опытом или без такового готовы платить 50 тысяч рублей в месяц, а сотрудник с опытом получает более 100 тысяч.
Если говорить о Санкт-Петербурге, то здесь зарплата опытного работника составляет 50-60 тысяч рублей. Аналогичную сумму можно заработать в Еврейской автономной области. В остальных регионах зарплата может составлять 30-40 и даже 20 тысяч рублей, поскольку после окончания обучения муниципальные организации не готовы платить слишком много.
Как стать судмедэкспертом
Для того необходимо пройти несколько этапов:
- Получить высшее медицинское образование по специальности «Педиатрия» либо «Лечебное дело».
- Пройти аккредитационный лист, сдать соответствующие тесты и внутренний экзамен.
- Пройти собеседование перед специальной комиссией, в состав которой входят доктора наук и профессоры.
- Обязательно отработать минимум год в муниципальной поликлинике либо амбулатории.
- Отучиться в ординатуре в течение 2 лет (специальность так и называется – «Судебная медицина»).
По мере этих этапов будущий специалист получает квалификационные баллы, которые подтверждают его профессиональные навыки. Он проводит сложные манипуляции, принимает участие в конференциях, семинарах и практических занятиях, а также публикует научные статьи.
После поступления на работу судмедэксперт постепенно получает профессиональные категории:
- Вторая – стаж минимум 3 года.
- Первая – стаж минимум 7 лет.
- Высшая – стаж минимум 10 лет.
Насколько востребованы судмедэксперты
Профессия судмедэксперта до сих пор относится к категории редких, поскольку специалистов на рынке недостаточно. Текучка в этой сфере практически отсутствует, а найти профессионала с большим опытом далеко не всегда просто, особенно в регионах.
Наибольшая потребность в специалистах зафиксирована в Волгоградской области – здесь остаются незанятыми около 9,7% вакансий. Также высокий спрос предъявляют в Московской области (7,7%) и Хакасии (7,7%).
Поэтому судмедэксперт может постепенно повышать свою квалификацию и, соответственно, зарплату. К тому же он имеет право на досрочный выход на пенсию после достижения профессионального стажа 30 лет в городской местности или 25 лет в сельской.
Источник: intellectis.ru
«К этому невозможно привыкнуть». Как устроена работа судмедэксперта
Лучшие финансовые лайфхаки в нашем Telegram-канале. Без спама и назойливых новостей. Подписывайтесь, чтобы ничего не пропустить.
«Разве кто-то считает врача-гинеколога сексуально озабоченным? Вот и мы не садисты. Просто выполняем свою работу», — говорит судебно-медицинский эксперт Рамиль Аскаров. Большинство людей имеют представления об этой профессии по криминальной хронике и детективным фильмам/сериалам. Финтолк выяснил, как на самом деле работают судмедэксперты, что за люди выбирают эту профессию и сколько зарабатывают.
Рамиль Аскаров — судебно-медицинский эксперт, живет и работает в Астрахани.
Чем занят судмедэксперт
Судебно-медицинский эксперт — это врач, который работает со всеми видами смерти. Его основная задача — определить причину, давность наступления смерти и наличие у погибшего человека повреждений. Мы работаем с правоохранительными органами: полицией и следственным комитетом.
Но судебно-медицинские эксперты не только проводят вскрытия трупов. Я работал в отделе потерпевших и обвиняемых, осматривал людей на наличие повреждений, фиксировал побои и следы изнасилований. Мы также выезжаем на место происшествия в составе следственно-оперативной группы, принимаем участие в следственных экспериментах, нас вызывают на судебные заседания.
О зарплатах судебно-медицинских экспертов
В Астрахани уровень зарплат судмедэкспертов составляет 200 % от средней заработной платы по региону. Это около 50 000-60 000 рублей в месяц. Есть оклад — 23 800 рублей и надбавки за непрерывный стаж, категорию. Также отдельно оплачиваются дежурства — выезды на место происшествия с сотрудниками полиции или следственного комитета.
Возможность в нашей профессии повысить заработок — это найти работу в другом регионе, где другие надбавки и коэффициенты.
Каждые пять лет мы, как и все врачи, проходим курсы повышения квалификации, у нас есть сертификат на пять лет, каждые пять лет уровень либо подтверждается, либо повышается.
Вскрытие покажет
Основанием для исследования является направление или постановление из полиции или следственного комитета. В документе указаны паспортные данные, ФИО, дата рождения человека, а также вопросы, на которые должен будет ответить судебно-медицинский эксперт. Наша задача — не вскрыть труп, а ответить на поставленные вопросы.
Чаще всего мы отвечаем на вопросы:
- какова причина смерти,
- когда наступила смерть,
- имеются ли повреждения,
- связаны ли они с наступлением смерти,
- чем и как они были причинены.
Обязательно нужно исследовать полость черепа, грудную и брюшную полости. Органы извлекают, взвешивают, измеряют и описывают. Другие части тела эксперт исследует на свое усмотрение при необходимости.
Несмотря на то что мы сотрудничаем с правоохранительными органами, судебно-медицинские эксперты подчиняются минздраву.
Определить причину смерти удается далеко не всегда. Если тело пролежало долго, начинается процесс гниения, органы меняются, определить причину смерти часто уже не представляется возможным. У мумифицированных, скелетированных трупов органы отсутствуют.
Чем труп свежее, тем проще работать.
Сложно установить причину смерти, если труп расчленен. В моей практике был случай, когда от тела было только туловище. Определить причину смерти невозможно, так как отсутствует голова, в которой могут быть повреждения головного мозга.
Среднее вскрытие длится полтора-два часа. Есть сложные случаи: например, тела после ДТП со множеством переломов. Тогда нужно исследовать и позвоночник, и кости скелета.
Во время вскрытия с экспертом работает лаборант, который записывает заключение эксперта. После этого в тело возвращаются все органы, мы ничего себе не оставляем. Берем небольшие образцы для исследования — сантиметр на сантиметр. Образцы хранятся в течение двух лет. Это нужно в случае, если понадобится дополнительная экспертиза.
Потом тело зашивают, моют от крови и грязи и передают родственникам. «Невостребованные тела» (те, кто не был опознан или у кого нет родственников) хоронит государство.
Обычный рабочий день судмедэксперта
У нас шестидневная рабочая неделя. Работа начинается в 9 утра и заканчивается в 5 часов вечера. Есть еще дежурства, когда мы выезжаем на место происшествия.
По утрам проводится планерка, на которой собираются все врачи-эксперты, заведующий и дежурный, который докладывает о количестве тел, рассказывает о возможных обстоятельствах наступления смерти. Затем заведующий распределяет трупы по экспертам, оформляется необходимая документация, и эксперт приступает к работе.
Мы примерно знаем объем работы утром, но тела могут поступать и в течение дня. Количество предсказать сложно: их может быть 11, 6 или 32.
Основная наша работа — именно бумажная. После вскрытия в течение месяца мы должны предоставить акт или заключение. Судебно-медицинские эксперты несут уголовную ответственность по статье 307 УК РФ «Заведомо ложное показание». Если эксперт в чем-то сомневается, он может указать предварительную причину смерти, а после более глубокого исследования — уточнить. Например, если есть признаки отравления, проверяем кровь, мочу и органы.
Я учился в Астраханской медицинской академии. С детства хотел быть врачом. На втором курсе пришел на студенческий научный кружок на кафедру судебной медицины, мне понравилось. Вскоре стал старостой кружка, потом устроился санитаром в бюро судебно-медицинской экспертизы, прошел интернатуру и так и остался. Работаю уже 11 лет.
Наша работа не для каждого. И к ней невозможно привыкнуть. Часто спрашивают: «А как долго вы привыкали к запаху, виду. » Я никогда не привыкал, пришел, и мне было интересно. У нас были интерны, ординаторы и санитары, которые пробовали, а через несколько дней уходили и больше не возвращались.
Работа не вызывает у меня отвращения. Если бы вызывала — зачем этим вообще заниматься? У нас есть спецодежда, специальная маска, благодаря которым можно работать с любыми телами.
Поверьте мне, запахи в перевязочной гнойной хирургии гораздо хуже, чем у нас.
Тело — как головоломка
Мне нравится то, чем я занимаюсь. Каждое тело — это как разгадывание головоломки. Появляется интерес узнать, что, где и как.
Пожалуй, самые сложные случаи — это смерть детей. Мы все родители.
Но есть профессиональная деформация. Да, мы сочувствуем, но это работа. Нельзя воспринимать всё близко к сердцу. Иначе это ни к чему хорошему не приведет. Думаю, так в любой профессии. Мы же не считаем врача-гинеколога сексуально озабоченным.
Так же и мы не садисты, мы просто выполняем свою работу.
За годы работы у меня появилась дурная привычка — когда встречаю человека, то начинаю его автоматически осматривать на наличие повреждений. На автомате замечаю рубцы, синяки и ссадины.
Еще теперь я воспринимаю смерть спокойно, как что-то неизбежное.
Источник: fintolk.pro