Лидер группы The Matrixx и бывший вокалист «Агаты Кристи» Глеб Самойлов получил от ирландских коллег авторский гонорар за перепетую композицию «Я буду там» с альбома «Позорная звезда», который был выпущен в 1992 году.
Песня Глеба Самойлова, которую переименовали в «Loosen the noose», в 2016 году вышла на альбоме Science Agrees ирландского проекта «D.A.R.K». Композицию исполнила солистка культовой группы «The Cranberries» Долорес О’Риордан, скончавшаяся в январе 2018 года.
Глеб Самойлов услышал свою музыку случайно, после чего связался с музыкантами с просьбой выплатить авторский гонорар.
Спустя четверть века после ее записи Глеб Самойлов неожиданно услышал свою мелодию в исполнении Долорес О’Риордан, солистки известной ирландской группы «The Cranberries». Песня была выпущена на сингле проекта «D.A.R.K.», с которым тогда сотрудничала Долорес, имела английский текст и называлась «Loosen the noose». Как выяснил Глеб, одним из участников проекта оказался некий Олег Корецкий, который и предложил коллегам знакомую с российской юности мелодию. Глеб связался с менеджментом «D.A.R.K.» и отправил им оригинальную версию. Ирландцы выплатили авторский гонорар, а в титрах альбома «Science Agrees» (2016) указали, что финальную песню написал Gleb Samoylov сообщил историограф уральского рока Дмитрий Карасюк.
Глеб Самойлов – Агата Кристи, отношения с братом, жизнь сейчас | E1.RU
Эту информацию подтвердил саксофонист и клавишник, участник золотого состава группы «Nautilus Pompilius» Алексей Могилевский.
Очень рад и горд за Глеба! — отметил музыкант.
Отметим, что в прошлом году Глеб Самойлов отсудил у своего брата Вадима несколько миллионов рублей за проведенные в 2015 году ностальгические концерты в Москве и Санкт-Петербурге. В настоящее время оба музыканта гастролируют с концертами, состоящими из хитов «Агаты Кристи».
Источник: tagilcity.ru
Глеб Самойлов: «Брат втаптывал в грязь мою репутацию»
4 августа 1970 года родился экс-участник «Агаты Кристи» Глеб Самойлов, ныне выступающий с группой The Matrixx.
В интервью АиФ.ru музыкант рассказал о том, почему подал в суд на родного брата Вадима и что явилось причиной их непростых отношений, а также почему не отмечает праздники, какие свои достижения считает главными, когда бывает счастлив и что его привлекает в музыке композитора Алексея Рыбникова.
Владимир Полупанов, АиФ.ru: На ваших афишах сегодня написано «Глеб Самойлов и группа The Matrixx». Означает ли раздельное написание, что The Matrixx — всего лишь аккомпанирующий тебе состав?
Глеб Самойлов: Это нормальный коммерческий ход, когда на афише фигурирует имя какой-то известной фигуры и название группы.
— В этом году группе The Matrixx исполнятся 10 лет. По этому поводу 10 апреля должен был состояться юбилейный концерт в ДК им. Горбунова. Но, видимо, он, как и все массовые мероприятия, отменяется. Будете ли вы как-то еще отмечать юбилей?
— Весь этот год, так или иначе, посвящён тому, что нам 10 лет.
Статья по теме
— Как ты вообще относишься к юбилейным мероприятиям и празднованию круглых дат?
— Точно так же как к награждению премией в пенсионерской номинации «За вклад в развитие музыки» группам, которые уже давно перестали сущестWowать.
— Есть праздники, которые ты отмечаешь?
— Нет таких. Ни религиозных, ни светских. В детстве Новый год праздновал. А сейчас ничего не отмечаю.
— В Краснодаре не так давно вы выступали в сопровождении симфонического оркестра. С чем это связано? С тем, что и рамки группы The Matrixx стали тебе тесны?
— Мы один раз попробовали. Но это был не самый удачный опыт. Заказчик изначально хотел, чтобы это были только песни «Агаты Кристи». И я подумал, а почему бы и нет. Если бы не я, то это бы сделала противоположная сторона (брат Вадим Самойлов — ред.). Поэтому согласился.
И подошел к этому делу со всей ответственностью. Приезжал на дом к нашему оркестровщику, и мы вместе расписывали партитуры, хотя я не очень в этом деле силен. Постепенно мы расширили программу, добавили туда песни The Matrixx.
— Ты говорил, что один из твоих любимых композиторов — Алексей Рыбников. Он правда прекрасный мелодист. Были ли у тебя попытки ему подражать?
— Были попытки не подражать, а скорее передать похожее настроение, эмоции, которые есть в музыке Рыбникова.
— Как ты вообще относишься к музыке так называемых «советских композиторов»?
— Поскольку я все-таки полгода учился в Свердловском музыкальном училище с древней историей, откуда вышли почти все свердловские ВИА (в том числе там учился создатель «Песняров» Владимир Мулявин). В училище был культ западного эстрадно-джазового исполнения. Я думаю, что советские эстрадники так или иначе все равно опирались на западную музыкальную культуру.
— В 2015 году, отвечая на вопрос, что из наследия Агаты Кристи продолжаешь петь, ты ответил: «Ковер-вертолет» и «Опиум». Почему именно эти песни?
— Началось все с того, что меня уговорили дать ответный ход (на юбилейный концерт «Агаты Кристи», который сделал старший брат Глеба Вадим — ред.). Свою программу я назвал «Темная сторона». Я взял именно те песни, где полностью мои стихи и мои чувства, и сделал их по-своему. Получились совсем другие произведения. Я спел их не так, как исполнял эти песни Вадик.
Случайно как-то оказался на записи одной телепрограммы и услышал, как Вадик поет «Серое небо». Ну. это невозможно было слушать.
Поэтому я перепел некоторые песни и осознал, что они зажили именно той жизнью, которую я хотел дать им изначально до того, как они были реализованы в «Агате Кристи».
— Тебя тошнит от воспоминаний о том времени, когда ты был в «Агате Кристе», вы были безумно популярны?
— Я не думаю на эту тему, честное слово. Других проблем сейчас хватает. Поэтому живу тем, что у меня сейчас.
— Какие свои песни, написанные за последние 10 лет, ты считаешь главными достижениями?
— Я не песни отдельные считаю достижениями, а то, что, пусть и с опозданием, но воплотил свою детскую мечту — создал свою группу. У меня всегда было желание иметь свою группу. Когда мы еще писали альбом «Декаданс», я записал свой первый сольный альбом, который по содержанию и форме похож на то, чем я занимаюсь сейчас помимо The Matrixx.
Это некое музыкальное действие, связанное одним персонажем. У меня есть страничка в фейсбуке, куда я это все выкладываю. При желании можно найти и послушать.
— С некоторых пор деньги на запись своих альбомов вы собираете с помощью краудфандинга. Фанаты по-прежнему охотно жертвуют вам деньги?
— Они нам очень помогают. Сегодня звукозаписывающие компании не вкладывают средства в запись альбомов групп, которые не на пике популярности.
— Почему ты запрещаешь петь свои пени брату Вадиму? Какие у вас сегодня отношения?
— Никаких. У каждого из нас своя правда. Вадик может свою историю рассказать, я свою. Есть мое видеобращение на YouTube, где все очень подробно рассказано. Если коротко, то Вадик уговорил меня дать совместный концерт. Сказал, что ему очень нужны деньги, не могу ли я войти в его положение. Предоплата составляла 5 млн рублей.
Было сказано, что это малая часть того, что мы заработаем. Вадик позвонил мне и спросил: «Тебе сейчас очень нужны 4 млн? Могу я их взять? Отдам после концерта». Я ответил: «Сейчас не очень нуждаюсь в деньгах, можешь пока взять.
Отдашь, когда будет возможность». Проходит питерский концерт, после которого я не получаю гонорар. Проходит концерт в Москве, и я тоже не получаю никаких денег. Три месяца Вадик молчит. Я пишу ему смски.
Как я понял, он не собирался изначально отдавать мне деньги и долго меня игнорировал.
Лишь после того, как я стал угрожать ему, что сделаю эту историю публичной, Вадик и его директор решили подписать со мной соглашение, в котором все мои финансовые претензии были признаны справедливыми. Была указана конкретная сумма, которую мне должен Вадим Рудольфович Самойлов, с указанием сроков — как и сколько он будет отдавать. Сроки не соблюдались.
Суммы, которые мне передавались, были не те, что были указаны в документах. Вместо 500 тысяч ежемесячно — 250, потом через месяц ещё 100 тыс. и т. д. Потом Вадик стал нести в интервью какую-то чушь про меня, называл меня неадекватным. Утверждал, что деньги мне были выплачены. Но я их пропил. В общем, втаптывал в грязь мою репутацию долгое время. Также устроил травлю моей жены в интернете.
Потом я узнал, что он поет на политически ангажированных мероприятиях песни, к авторству которых не имеет отношения.
Поэтому сначала я запретил ему исполнять эти песни. Причем тут мои песни? А потом уже подал иск в суд, чтобы отсудить деньги. Два раза суд выносил решение, что Вадик обязан выплатить мне деньги. В третий раз я в суд не пошел, поэтому даже не знаю, чем все закончилось.
Не интересовался. Как сказал мне адвокат, все было так подстроено, что якобы Вадик на момент вынесения предыдущего приговора был нищим. И ему нечем отдавать мне долг. Во такие хитросплетения.
— Помню, вы с Вадиком рассказывали мне о том, как ваши безумные фанатки ездили за вами по всей стране и даже ночевали в трансформаторных будках. Время таких фанаток ушло?
— Почему же ушло? Они и сейчас есть. После выхода альбома The Matrixx «Здравствуй» количество молодых фанаток увеличилось в разы.
— Что тебе нравится из новой музыки?
— На протяжении всей свои жизни я что-то узнаю уже постфактум. Могу наткнуться на артиста, который когда-то гремел, а я его не слышал. Но каких-то ярких новых открытий, от которых бы сносило голову, не припомню за последнее время.
Статья по теме
— Ты сказал, что с Ильей Кормильцевым вас свело то, что вы «оба искали людей, которыми движет нечто большее, чем просто потребность выжить». Таких людей становится больше или меньше?
— Мои отчаянные поиски таких людей начались в начале нулевых. И я их тогда находил в газете «Завтра» — леворадикалов, праворадикалов. На одной странице газеты могла быть напечатана статья Солженицына, на другой полосе материал его яростного оппонента. Газета «Завтра» пыталась стать объективным зеркалом русской оппозиции.
У нас был костяк: сын Александра Проханова Андрей Фефелов, который сейчас занимает пост главного редактора газеты «Завтра», актер Андрей Смирнов, Илья Кормильцев. Кстати, недавно мы встречались с Андреем Фефеловым, навестили вдову писателя Юрия Мамлеева. Немногие даже знают, что был такой писатель, написавший самый страшный роман на русском языке «Шатуны».
Потом наши дороги с частью этих людей разошлись. Начались метаморфозы с тем человеком, из-за которого я в свое время оказался на митинге оппозиции на Проспекте Сахарова. Политика нас развела, но дружить мы не перестали.
А Илья Кольмильцев занимал такую же позицию, как и я — надо оставаться самим собой, не быть ангажированным кем-то, не вставать под чьи-то знамена. Издательство «Ультра. Культура», главным редактором которого был Илья, печатало всё, что хоть как-то было связано с вызовом этому миру.
— Редко вижу фото, где бы ты улыбался. С чем это связано?
— Я такой человек. Но смеюсь я чаще, чем улыбаюсь. А вообще, я по жизни спокойный.
— Что делает тебя счастливым? И как часто ты сегодня бываешь счастлив?
— Счастливым я бываю тогда, когда понимаю, что еще способен сам себя удивлять. Такое бывает. Но не часто.
Источник: aif.ru
Глеб Самойлов из «Агаты Кристи» живёт на съёмной квартире и выпрашивает деньги у фанатов. Как он довёл себя до такой жизни?
Глеб Самойлов из «Агаты Кристи» живёт на съёмной квартире и выпрашивает деньги у фанатов. Как он довёл себя до такой жизни?
Легенды русского рока живут не так роскошно, как рэперы.
«Агата Кристи» – одна из самых странных групп в истории русского рока. Легенды свердловского рок-клуба, они начинали с практически неслушабельного арт-рока про гномов-каннибалов, а потом заценили пластинку Disintegration и мутировали в русскую версию The Cure, только с кислотно-синтезаторным звуком. Братьев Самойловых годами бросало от выдержанных, стильно-готических хитов вроде «Ковра-вертолёта» и «Чёрной луны» до уморительно стыдных лубочных строк вроде «А я буду пиратом-гадом, всех поставлю раком-задом». Но они всё равно оставались видными людьми в жанре.
Этот печальный эпизод – не единственный позор Глеба Самойлова за 2021 год. В июне появился фрагмент видео с выступления, где бывший лидер «Агаты Кристи» не мог ни петь, ни стоять.
Но всё равно Глеб Самойлов в начале десятых годов смотрелся достаточно бодро. СМИ активно обсуждали его отношения со скандальной звездой независимого кино Валерий Гай Германикой, а The Matrixx ещё приглашали на телевидение, несмотря на довольно протестные тексты.
Фраза «Мы будем жить всегда – на сайте ФСБ» звучала в эфире НТВ, куда Самойлов с группой пришёл, чтобы сразиться с «Ранетками». Да, это была программа «Музыкальный ринг», которую вели Михаил Боярский и Тимур Родригез – такое уж странное было время.
Старшенький из «Агаты Кристи» давно говорил, что пока Глеб писал песни и был полностью погружён в творчество, он постоянно занимался организационными вопросами. Это можно объяснить правильным разделением труда, а можно просто разными характерами. Глядя на то, как вели себя Самойловы после распада «Агаты», можно только удивиться тому, как они уживались все эти двадцать лет.
Вадим Самойлов с начала нулевых дружит с Владиславом Сурковым, работал с молодыми группами на «Селигере», был доверенным лицом Владимира Путина на выборах 2012 года, а после 2014 года пел для ополченцев на Донбассе. И, конечно, поругался со многими видными людьми в жанре – например, с критиком Артемием Троицким или Михаилом Козыревым, годами продвигавшим «Агату Кристи» на «Нашем Радио».
К тому моменту у Глеба Самойлова была уже довольно плохая репутация среди организаторов концертов. После тяжёлого разрыва с Гай Германикой он стал чаще обычного выходить на сцену пьяным, а иногда и просто срывал собственные выступления. Плюс его явно раздражало, что конфликт с братом обсуждают в тысячу раз сильнее, чем его новые песни.
Сам Глеб сейчас объясняет свои неудачи в том числе реюнионом «Агаты Кристи». В том же последнем интервью он говорит, что группа The Matrixx так и не оправилась после короткого воссоединения Самойловых, а если бы он плотнее занимался сольным творчеством, то всё могло бы сложиться по-другому.
Что будет с Глебом Самойловым дальше?
В интервью он сказал, что у него нет друзей, а ещё произнёс ещё несколько невероятно грустных фраз: «Я сейчас, по большому счёту, выживаю», «Надежда, к сожалению, не умирает последней. Она может умереть гораздо раньше, чем вы». Буквально единственное, что внушает оптимизм – тот факт, что ближе к концу Самойлов немного пришёл в себя и начал более-менее связно излагать мысли.
Можно предположить, что рано или поздно он заявится на ностальгическое интервью в проект побольше, но даже там Глеб Рудольфович станет только очередным символом смерти русского рока. У него нет карьеры, нет надежды и нет репутации. И, как мы теперь выяснили, нет средств к сущестWowанию.
Куда пропали деньги – интересный вопрос. Очевидно, что Самойлов не смог распорядиться славой так же грамотно, как старший брат, но он и вряд ли спустил всё на тусовки и алкоголь. Глеб и раньше говорил, что никогда не откладывал деньги и всегда жил сегодняшним днём. А цепочка неудач в середине десятых привела его к тому состоянию, в котором мы видим его сейчас.
Зато младшего Самойлова точно запомнят трушным рокером, не вступившим, в отличие от брата, ни в одну партию. Сможет ли он зарабатывать? Если пандемийных органичений станет меньше, то наверняка. Правда, выглядеть это скорее всего будет не как концерты «Агаты Кристи» в золотые времена, а как те самые пьяные перформансы уже современного Глеба.
Его августовская беседа с журналисткой Е1 рискует стать самым грустным интервью года, пусть его и не посмотрит то же количество людей, которое скучало на «вДуде» с Усачевым. История падения и безнадёги Глеба Самойлова надолго станет грандиозной иллюстрацией абсурда русской рок-сцены, где живые легенды выглядят хуже, чем мертвецы.
Источник: click-or-die.ru