Зарплата, руб./месяц Зарплата моряков ВМФ, проходящих службу по контракту на надводных судах и подводных лодках, зависит от занимаемого ими воинского звания. Рядовой матрос получает 5 000 рублей, лейтенант 10 000, полковник 20 000-25 000. Оклад адмирала составляет около 27 000-30 000.15 мар. 2020 г.
Сколько получают моряки за рейс?
Это самая высокооплачиваемая должность на судне. Капитаны зарабатывают от 100 тысяч до нескольких миллионов рублей — зависит от типа судна, его вместимости, количества пойманной рыбы. Например, на моем судне капитан зарабатывает примерно 4 миллиона рублей за рейс.2 февр. 2022 г.
Сколько зарабатывают на судне?
В России средний оклад капитана нового судна, занимающегося рыбной ловлей, достигает 80 000-100 000 рублей, на химовозе — до 140 000. У других членов экипажа он начинается с 40 000-60 000. Работа на плавсредствах старой постройки оплачивается в 20 000-45 000. Зарплата на ледоколах достигает в 60 000-95 000.15 мар. 2020 г.
Сколько зарабатывают моряки!
Какая зарплата у шахтеров в России?
Средняя зарплата шахтёра составляет 42 000-43 000 рублей/1 мес. Это на 10 000 рублей больше, чем средняя з/п в стране. По мнению представителей этой профессии, их труд оценивается очень низко.4 февр. 2022 г.
Что нужно для того чтобы стать матросом?
Для того, чтобы стать лицом командного состава, необходимо получить образование в морском учебном заведении. Чтобы начать работу в море в должности рядового: матросом, мотористом или стюардом, достаточно пройти обучение на специальных курсах.10 мая 2021 г.
Источник: www.quepaw.com.ru
Зарплата моряков и матросов на судне дальнего плавания в России в 2022-2022 годах
Торговому флоту не хватает кадров, а морякам – знаний и желания работать в России
Уровень зарплат под российским триколором и под флагом иностранных держав для наших моряков отличается в разы, но и уровень образования отличается не в пользу отечественного. Почему морской флот испытывает острый кадровый голод, разбирался корреспондент VL.ru.
По данным Российского морского регистра судоходства, порт приписки Владивосток имеют 422 судна. Все они ходят в море под российским флагом. Местные работодатели на FarPost.ru предлагают капитанам от 70 до 600 тысяч рублей, старпомам – от 80 до 285 тысяч рублей, электромеханикам от 140 до 260 тысяч, мотористам в случае долгой вахты – 180 тысяч рублей.
Моряки уже не те
Однако FESCO, крюинги и частные судовладельцы говорят об остром дефиците кадров в торговом флоте, во многом потому что 50% выпускников МГУ им. адм. Г. И. Невельского и средних учебных заведений не связывают свою жизнь с морем.
«Я вспоминаю себя, нас, мальчишек, тогда толкало на поступление в мореходку. К чему мы стремились? Прямо скажем, мы были романтиками, не обсуждали денежные вопросы. Хотели стать моряками и капитанами. И конкурс в ДВВИМУ был дикий. Переживали со страшной силой.
ПЛЮСЫ РАБОТЫ В МОРЕ — зарплата, путешествия и…
В школьном аттестате у меня была только одна четвёрка и все пятёрки, иначе бы не приняли. Раньше нам все было интересно, возвращаясь с рейса, мы готовили фотографии, настраивались на встречу с друзьями и родными. Сейчас же для многих курсантов заграница уже не в диковинку, а сильные выпускники ставят перед собой цель уйти в море на хорошую зарплату, под удобный флаг», – рассказывает капитан дальнего плавания Пётр Осичанский.
«Посмотрите на фото 1982 года – юные выпускники-судоводители ДВВИМУ – многие из них капитаны под флагом японской MOL (Mitsui O.S.K. Lines, Ltd. – Прим. VL.ru) или на других иностранных судах.
У российских пароходств в 90-е годы разрушилась вся необходимая цепочка взаимодействия, они продали большую часть судов, исчезли международные линии Fesco New Zealand Line, Fesco India Line, Fesco Australian Line, соответственно дальневосточный флот потерял плавсостав. И что мы можем констатировать? В августе МГУ им. адм. Г. И. Невельского не смог набрать на курс 78 механиков, 60 штурманов, 12 капитанов.
Профессия потеряла свой лоск. В своё время мне, 17-летнему пацану, было интересно сходить в рейс в Кампучию, на Филиппины, в Папуа-Новую Гвинею, и, даже учитывая пресловутый «железный занавес» и прессинг помполита, мы выходили на берег и даже бывали в гостях у иностранцев», – делится воспоминаниями генеральный директор крюинговой компании «КОРСАР Марин» Александр Васильченко.
В ряду основных причин дефицита кадров называют снижающийся уровень подготовки курсантов. По мнению вице-президента Дальневосточной ассоциации морских капитанов Николая Чепцова, подготовка морских кадров идёт по нисходящей. Есть этому и объективные причины – слом системы школьного образования в нашей стране в целом. Ребята приходят из школ без должного знания химии, физики и математики.
Ещё одна причина – переход от советских стандартов подготовки моряков к международным. Международная конвенция о подготовке и дипломировании моряков и несении вахты (International STCW Convention) представляет собой минимальный допустимый набор знаний и умений, которыми должен обладать капитан, старпом, вахтенный помощник и другие члены экипажа. И каждая страна вправе повысить требования к комсоставу. Поэтому уровень нашего советского стандарта был гораздо выше международного.
Однако современные шаблоны подготовки курсантов в российских вузах заканчиваются на втором уровне – уровне эксплуатации, то есть подготовки вахтенных помощников. Третий уровень – управления судном, когда из стен морских университетов выходят старпомы, старшие и вторые механики, в нашей стране, и в Приморье в частности, по образовательным стандартам не дотягивает ни до международных вузов, ни тем более до советского уровня. Вместо положенных 1000 часов на программы третьего уровня выделено лишь 120 часов. В морском университете преподают в большинстве своём уже не «морские волки», а теоретики, что также идёт вразрез с Международной конвенцией.
Остро стоит и проблема подготовки специалистов рядового состава. Владивостокская мореходная школа (или как её называли – «шмонька») давно закрыта, хотя готовила специалистов вспомогательного состава высокого класса – матросов, мотористов, электриков.
«Дипломированные механики последних лет выпуска порой плачут в полном смысле слова, когда видят котёл в трюме судна, потому что впервые с ним сталкиваются. Выпускники порой не знают, из чего складывается поправка магнитного компаса. Такой утонет не только сам, но и кого-то потопит. Потому многие капитаны не рискуют брать вчерашних курсантов на работу даже мотористами», – с горечью говорит Николай Чепцов.
Практики недостаточно
Почему такое происходит? Ребятам банально негде проходить практику. Российские судоходные компании берут их часто для галочки, ещё чаще не оплачивая практику, либо вовсе отказывают в её прохождении.
Для курсантов первого-второго курса МГУ им. адм. Г. И. Невельского кругосветное путешествие – это незабываемый опыт. Курсант, который пересилил себя и смог подняться на мачту учебного фрегата «Надежда», по-настоящему оморячивается, приходит к осмысленному выбору профессии, а некоторые также осознанно уходят.
Но сегодня моряки должны иметь опыт перевозки серьёзных грузов, понимать, как работать с кранами и стрелами на рефрижераторах, контейнеровозах и газовозах. В то же время даже «Профессор Хлюстин» 1973 года постройки, на котором проходят практику курсанты МГУ им. адм. Г. И. Невельского, не прошло проверку и ждёт своего часа у прикола.
Александр Васильченко говорит, устроиться под флаг выпускникам тоже не просто. Курсанты проходят практику четыре месяца, а все международные пароходства требуют 6+1, а многим даже на выпуске не хватает знаний Международных правил предупреждения столкновений судов.
Если в советское время большая часть курсантов ДВВИМУ шла в море на судах ДВМП, то теперь крупнейшая российская судоходная компания вынуждена искать кадры на стороне. Она пытается привлечь на работу выпускников, тесно сотрудничает с вузами, обеспечивает лекторами и участвует в приёме госэкзаменов, начиная с третьего курса, приглашает на практику курсантов МГУ им. адм.
Г. И. Невельского. Большинство из них, получив плавательский ценз или необходимый стаж, после окончания вуза уходят под удобный флаг. Поэтому в последнее время FESCO тесно работает с Новосибирским университетом водного транспорта. Курсанты из Сибири готовы приехать к берегам Тихого океана, правда, дорогой перелёт для многих становится преградой. Российские судовладельцы авиабилеты не оплачивают.
Готовим кадры за рубеж
Зарубежные судоходные компании стараются напрямую искать плавсостав в МГУ им. адм. Г. И. Невельского, хотя там из 100 выпускников по их требованиям подходят 5-10 курсантов. Оформляя наших ребят на практику, начиная с третьего курса выплачивают от 250 до 500 долларов в месяц, оплачивают перелёт туда-обратно и обучают на современных судах.
Такое, например, практикует голландская Seatrade и японская Mitsui O.S.K. Lines. Активно себя ведут и норвежские судоходные компании. Первый контракт заключают как с юниором (дублёр третьего помощника), а дальше всё идёт по накатанной. В Приморском крае уже есть, что называется, взращенные зарубежной системой морского флота капитаны дальнего плавания.
Источник: rosstransasia.ru
Что ждёт калининградских моряков: мнение главы регионального профсоюза
На данный момент в местном профсоюзе состоят около 4,8 тысячи человек, всего моряков в области около 10-15 тысяч.
«Наши крюинги находятся в небольшом шоке, не знают, как им придётся делать визы для моряков. Пока многие просят россиян остаться на борту и продлить контракты. Возвращают их через Турцию, Азию и Испанию пока ещё».
Людмила Измалкова предполагает, что в дальнейшем возникнут проблемы с логистикой и получением виз: «Закроется Польша и Литва, шенгенские визы будем через Италию получать».
Обычно компании доставляют моряка после рейса до страны или порта, где он садился на борт. «Поскольку вся Европа закрыта, значит, это Азия и Южная Америка. Мне компании уже сказали, что выросли их затраты примерно на 40% в связи с этим. Но делать нечего, работают с тем, что есть», — говорит эксперт.
«Самый простой вариант — получение налички на борту»
С зарплатами у калининградцев пока не было проблем, но они могут возникнуть: «Будут искать способы решения. Самый простой вариант — это получение моряками налички на борту. То есть компании договариваются, агенты привозят, и всё выдаётся наличными. Такая практика уже была в предыдущие годы, когда что-то с банками было».
По мнению руководителя профсоюза, европейские компании, возможно, вообще откажутся от работы с российскими моряками: «Но у нас остаются американские, которые продолжают работать, Норвегия и Финляндия тоже работают».
По словам Измалковой, многие моряки задумываются о смене профессии, но в мире сохраняется дефицит высших должностей: «Никто не откажется от наших моряков, которые всегда были на хорошем счету в компаниях».
О проблемам на судах с украинско-российскими экипажами глава профсоюза не слышала: «Они работают в дружеской обстановке. Конечно, не исключены конфликты, люди всякие бывают. Но по большей части эта ситуация на работе и на коллективах моряков не сказывается».
Бывший председатель Калининградского отделения Российского профсоюза моряков Вадим Мамонтов считает, что сейчас положение намного серьёзнее, чем в 2014 году.
«Я помню ситуации, когда моряк не мог получить деньги, а компания говорила, что отправила. Оказывалось, у него был открыт счёт в банке, попавшем под санкции, платежи были арестованы. Сейчас намного серьёзнее. <. >Скорее всего русских будет очень мало на рынке труда, будет очень много украинцев. Сейчас ничего не поделаешь.
SWIFT отключён, у большинства моряков зарплаты приходили на ВТБ», — говорит Мамонтов.
Они сами чинят розетки, а ещё спасают мужей от пиратов и ждут их месяцами. «Клопс» послушал истории жён и дочерей калининградских моряков.
Источник: klops.ru
