Принятие в ОАЭ новых законов о трастах создало благоприятные условия для бизнесменов, желающих защитить свой капитал от претензий третьих лиц и обеспечить его наследование в дальнейшем в интересах своей семьи. Дубай стал вторым из 7 эмиратов страны (после Абу-Даби), в котором создана современная правовая структура для оформления траста в ОАЭ. Новые законы о трастах и фондах (№14 эмирата Дубай от 2017 г. и №4 DIFC Free Zone от 2018 г.) существенно расширили возможности управления частным капиталом в рамках обычного и Шариатского законодательства. Воспользоваться этими законами могут и граждане других государств, открыв семейный траст во фри-зонах DMCC или DIFC.
Начать бизнес
Семейный трастовый фонд: что это и для чего он нужен
Трастовый фонд – это юридическая структура, призванная обеспечить хранение активов и имущества учредителя, управление ими, распределение дохода и самих активов между выгодополучателями. Он функционирует на основании договора, сторонами которого выступают:
Лихтенштейнский семейный фонд. Зачем его создают и какие от этого выгоды?
- учредитель (grantor), обладающий движимым и недвижимым имуществом, денежными средствами и другими активами, являющимися предметом траста;
- доверительный собственник, доверенное лицо или управляющий (trustee) – к нему переходят права собственности и управления активами учредителя;
- выгодополучатели, или бенефициары – лица, выбранные учредителем для получения доходов и активов фонда. Они имеют право требовать от управляющего надлежащего исполнения обязанностей, возложенных на него.
Семейный траст – это специальное образование с отдельной правосубъектностью, выгодополучателями в котором выступают члены семьи учредителя.
Для чего нужен семейный траст
Семейный трастовый фонд может создаваться для разных целей. Основные из них:
- гарантия финансового будущего семьи, распределение доходов и активов учредителя между наследниками, когда сам он станет недееспособным или после его смерти. Это делает трастовый фонд хорошей альтернативой завещанию, поскольку имущество переходит в собственность наследников сразу – без шестимесячного срока и дополнительных затрат;
- сохранение благосостояния семьи, защита активов от претензий бывших супругов, партнеров по бизнесу, кредиторов или государственных органов, поскольку при учреждении трастового фонда права собственности на предмет траста переходят от владельца активов к доверительному лицу;
- защита капитала от растраты наследниками, не умеющими правильно распоряжаться деньгами. В таких случаях договором предусматривают периодичность и количество выделения им денежных средств;
- соблюдение конфиденциальности информации о распределении имущества и активов после смерти учредителя. В отличие от наследования по завещанию или законодательству, эти сведения не подлежат публичной огласке.
Ещё раз о трастах. 3000 летний траст.
Семейный траст в ОАЭ, в Дубае
Благоприятные условия для работы семейных трастов и фондов, принадлежащих иностранным гражданам, созданы сегодня в Дубае. Зарегистрировать фонд в этом эмирате ОАЭ можно сразу в двух свободных экономических зонах – DIFC и DMCC.
Семейный трастовый фонд в DMCC и DIFC: особенности и преимущества
Регистрация траста в Дубае регулируется законом 14/2017, обязательным для всей территории этого эмирата. Кроме того, в Дубайском международном финансовом центре (DIFC FZ) действует дополнительно собственный закон о трастах 4/2018, что вносит некоторое отличие в процесс создания фонда в разных СЭЗ. Поэтому, выбирая юрисдикцию для его регистрации, нужно обязательно учитывать закон, который больше подходит для конкретных обстоятельств и целей создания траста.
К особенностям семейных трастовых фондов, зарегистрированных в Дубае, можно отнести:
- наличие правосубъектности, что делает их схожими с компаниями, не имеющими акционеров;
- невозможность вести коммерческую деятельность на усмотрение управляющего, кроме той, которая предусмотрена договором с учредителем для поддержания работы фонда и осуществления его целей;
- конфиденциальность информации об активах фонда и деятельности по управлению им;
- необязательность физического присутствия учредителя на территории СЭЗ. При этом управление фондом должно осуществляться лицом (физическим или юридическим), зарегистрированным в соответствующей фри-зоне.
Регистрация траста в оффшорной зоне Дубаи (DMCC или DIFC) имеет следующие преимущества:
- разрешение на стопроцентное владение иностранным гражданином или компанией;
- возможность создания траста с любым минимальным капиталом;
- полное освобождение от уплаты налогов;
- высокая степень защиты активов учредителя;
- высокий уровень анонимности.
Источник: dynasty-uae.com
Что такое трасты
Проникновение юридических концепций из Англо-Саксонской системы прецедентного права в Российскую систему писанного права явление довольно распространенное в последнее время. При этом, институт Траста пока еще остается непривычным и незнакомым, как я могу это наблюдать из общения со своими коллегами. И уж тем более, вижу полное отсутствие информированности, судя по вопросам клиентов.
Так же существует много популярных заблуждений на счет правовой природы Трастов.
«Ролекс – содержится в Трасте», — утверждают Швейцарцы. Но в действительности — это не траст. Просто Товариществу с Ограниченной Ответственностью придали определенную видимость траста. Ибо, в континентальном/ римском/ писанном праве вообще нет такой концепции — траст.
Или тоже доводилось слышать: «мы тебя заведем в наш траст» (типа, как в предприятие какое. Сделаем, мол, «акционером».)
Многие на вскидку смогут сказать: траст – это доверительное управление. Но на этом, пожалуй, и все.
Так что же такое траст в англо-саксонском/прецедентном/common law/общем праве?
Траст – это «смесь» Товарищества (чаще, Семейного, но не обязательно) с Ограниченной Ответственностью и Завещания. Т.е. имеем хозяйствующий субъект, который функционирует в интересах наследников от имени и по повелению наследодателя.
Или еще, мнемонически, — ПРИжизненное Завещание, в котором уже назначили Администратора – управлять имуществом в пользу наследников, а собственник имущества устранился от дел, но еще существует и воля его живет.
В буквальном же смысле слова: Траст – это договор. Смешанный, сложный, но договор.
«Я, такой-то, помещаю данное имущество в траст. Назначаю такого-то следить и управлять данным имуществом, а полученный доход направлять в пользу моих бенефициаров таким-то образом.»
Траст не надо регистрировать в гос органах как это делается для ЛЛС, Корпораций, ИП и подобное. Но он (хм… договор) может получить налоговый номер и быть субъектом хозяйственной деятельности. Практически же, налоговый номер нужен только при открытии счета в банке; и, понятно, при подаче налоговых отчетов. Кстати, если нет дохода, подача налоговых отчетов не обязательна.
«Хуже» того,… для составления Договора Траста даже не требуется нотариального заверения (желательно, но по законодательству не обязательно) или хотя бы соблюдения, присущих завещанию, формальностей: наличие двух свидетели, оглашение обоим, что данный документ есть последняя воля и прочее.
Регистрировать Траст не надо, но, на пример, американские Офисы Записей (Recordar Office, там где фиксируются собственники земли) при оформлении дома в траст – попросит копию договора Траста себе в папочку. Так же и банк, при открытии счета попросит копию. Но не более того. Это не public records и посторонние информацию о деталях траста не увидят в открытом доступе.
(хотя с банками тоже есть «лазейки», но об этом в следующих сериях)
Условия Создания.
Для правильного траста требуется имущество. Чтобы было что передавать. Нет имущества, нет траста.
Имущество может быть любым: движимым, недвижимым… осязаемым и неосязаемым.
Однако, есть т.н. pour-over («подлить попозже») трасты. Ситуация при которой трастор указывает уже существующий (!) траст как источник куда добавлять материальные ценности, которые появятся в будущем (т.е на сегодняшний день — имущества и нет, а то что появится позже добавят в указанное место и будут распоряжаться указанным образом). «Уже существующий» — это ключевое словосочетание. Т.е. в начале все же было имущество (реальное) под которое создали траст, а потом этот траст может выполнять функции pour-over траста для последующего имущества, которое может появиться в будущем.
Три обязательных участника (три роли):
Трастор (Trustor) – тот кто создал траст
Трастии (Trustee) – тот кто будет управлять им.
Бенефициар. – тут понятно.
Бенефициаром – должен быть живой человек, хотя совсем недавно появились Special Purpose Trust – «… Выделяю деньги в траст, крутить их на бирже, а на полученную прибыль — ухаживать за могилкой моей любимой умершей собачки.» Бенефициар – умершая собачка. И если трасти не будет должным образом исполнять свои обязанности – то кто призовет его к ответу? По ходу (по закону), родственники умершей собачки должны… Но они, как говорится: все понимают, но сказать не могут. И кто же тогда следит за такими трастами? — Прокурор района. Вот так.
Роли обязательных участников могут комбинироваться, т.е. дублироваться и даже «триплироваться». Один человек может создать траст в свою же пользу и сам им управлять. (((заманчиво, но есть и недостатки от такого варианта.)))
Виды.
Основных – два. Отзывной и Безотзывной.
Отзывной – т.е. Трастор (создатель) всегда может поменять условия, переназначить бенефициара, сменить управляющего и подобное. Хорошо, но… При таком трасте считается, что собственник не расстался до конца со своим имуществом, а удерживает за собой контроль над собственностью. И, доведись, появятся кредиторы,… Судья скажет: «А, отзывной? — Ну так отзывай траст – и отчисляй имущество в пользу тех, кому должен.»
В случае же с Безотзывным – уже все: назад ничего не вернуть. И трастор скажет: «Ваша Честь, а это уже не мое имущество, и даже не управляющего, это – ИХ (бенефициаров) имущество, пусть даже они еще и дети малолетние (или неродившиеся) и я, их отец, жив и никаких завещаний еще не вступало в силу.»
Честно говоря, Безотзывной тоже можно менять… Но с рядом условий: бенифициары должны быть согласны.
Казалось бы – безотзывной лучше. Но там есть другие минусы. Об чем в отдельной консультации по конкретному запросу.
Защита Имущества от Кредиторов с помощью Траста и не только.
Собственно, а для чего вообще нужны эти трасты? В чем их польза?
Трасты используют как правовой инструмент защиты от кредиторов, налогового планирования, облегченного порядка вступления в наследство, анонимизации участников, и некоторого прочего.
Чаще всего применяется схема — двойной степени защиты (bulletproof – пуленепробиваемый как тут называют).
Для этого делают двухуровневую же конструкцию: траст владеет ЛЛС. Траст обеспечивает анонимность(ибо на файле Секретаря Штата, где хранится информация об ЛЛС, все любопытствующие видят только название траста – как владельца ЛЛС. а не конкретные фамилии, еще и с адресами), а уже последующее ЛЛС позволяет проще заниматься бизнесом для повседневной деятельности.
Существует два «вида» таких правовых конструкций: офшорная и местная (в моем случае — американская).
Обычно офшорные Assets Protection План (План Защита Активов/Имущества) используют для ХРАНЕНИЯ денег. Звезда Голливуда, что-то там сэкономила на оптимизации налогов, плюс не хочет подвергать свои капиталу риску наложения взысканий со стороны возможных кредиторов. – короче, загоняет все на офшор и потихоньку черпает оттуда для собственных нужд.
Если для бизнеса, так чтобы регулярно проводить какие-то операции, подписывать контракты, делать переводы… — нужна нормальная американская юрисдикция и функционирующая бизнес-организация. Ибо уважающие себя банки контр-агентов зачастую просто не принимают деньги с непонятных офшоров, непонятных плательщиков, и/или вообще из подозрительных стран.
Тем более что, в Америке тоже можно отстроить достаточно хорошую юридическую конструкцию по защите капиталов и оптимизации налогов, которая практически так же будет выполнять свою работу как и офшорная. В известном для нас понимании этого термина. Налоговое планирование не есть налоговое уклонение.
Клиенты выбирают свой вид в зависимости от персональной ситуации. Кстати, часто… идут по пути комбинации обоих видов: и офшорный и американский план – это позволяет закрывать вопросы на все случаи жизни и иметь теперь уже 4 уровня защиты.
Основная сумма хранится в офшоре, в целях бизнеса необходимые средства переводятся на американское ЛЛС. Полученные с оборота деньги опять переводятся в офшор. Или контрагенты сразу переводят в офшорное ЛЛС, которым владеет офшорный траст.
В америке минимум денежный фигурирует для целей налогообложения. При необходимости иметь больше, так и больше подкинется… Траст американский защищает от кредиторов. В общем, свобода управления в зависимости от того как обстоятельства подскажут. «Зря пугают тем светом, оба света с дубьем. Врежут там — я на этом, врежут здесь — я на том.»
Ну, и некоторые дополнительные соображения в пользу чисто американского плана по защите активов (—v— подобного плана в других юрисдикциях)
1. Американская юрисдикция ровно на столько лучше киприотской или панамской, на сколько сама Америка лучше условного Кипра или Панамы.
Помним Кипр Март 12 го, помним Панамское Досье.
Есть мнение различных ведущих экономистов, что хозяева денег будут спасать доллар не за счет резидентов/экономики Америки, а за счет всего остального мира. Те, кто печатает деньги – не дадут этим деньгам сдуться за счет себя. Т.е. вот этими событиями (как на Кипре и Панаме) — они как бы дают понять: хэй, пипл… на свете нет безопасных мест, кроме Америки. Инвестировать (прятать) надо сюда!
Более того, оффшорные (т.е. находящиеся где-то ) денюжки местных бизнесменов — -покоя не дают американским фискальным органам. А когда деньги уже в Америке, в правильном трасте, то их и трогать не будут. Деньги-то уже здесь.
В Америке просто надо грамотно все оформлять. И все будет нормально. Тут надо играть по их правилам.
2. В Америке отстроить план по защите активов – будет все же дешевле чем за рубежом. (Я сейчас не про Кипр, а про реально хорошие офшорные трасты, которые даже под давлением Американского Правительства не прогибаются. В отличии от пресловутой Швейцарии, которая ничтоже сумняшеся слила свою легендарную банковскую тайну.)
В Америке план по защите активов — уже десятилетиями отработанный механизм.
3. Все интернет гиганты, основные брендовые гиганты… и прочие мега корпорации – делают-то все в Китае, а юрисдикцию имеют в США. (Как оптимизировать налоги – это уже вторая серия. Это потом расскажем. А вот поддерживать юрисдикцию американскую, для интернет и прочих гигантов – тут без вариантов. Тут их смутные сомнения не терзают.) Почему так?
Потому что:
— если ты нужен, то не всякий из за рубежа дотянется до Америки судить тебя тут.
— Если тебе кто-то нужен из значимых, то вот они мы — все тут. Все американцы, судимся на равных.
Шансы иностранной компании засудить американскую организационно -правовую бизнес формацию здесь же… в суде США,… ну как-то,… не очень. Как правило, американские госорганы игнорируют запросы из других юрисдикций относительно частного бизнеса (если это не касается вопросов, связанных с национальной безопасностью).
4. Американскую юрисдикцию боятся больше в странах, где американский бизнес представлен, чем любую иную. (был один клиент, которому надо было свои торговые сети обезличить, ну и защитить. На вопрос – почему Америка? «Потому что,— говорит, — отжимают все. Своих вообще не боятся.
Всякие страны даже средней руки (датчан и разных прочих шведов) – уже почти не боятся… А Америку все же стараются не трогать. Мол, шумиха будет… ГосДеп. Треп. Привлечение общественного внимания. А если отжимают в нахалку — зачем нужна шумиха и привлечение общественного внимания?»)
Если мы говорим, на пример, о Калифорнии, то для того, чтобы создать Калифорнийский траст – не обязательно быть резидентом Калифорнии. Помимо очевидных оснований (таки резидент, или в Калифорнии же находится имущество), существуют дополнительные критерии:
— Со-trustee (со- администратор траста, со-управляющий), который резидент Калифорнии, наделен функциями поддерживать необходимый документооборот, и подавать налоговую отчетность,
— а так же «… все или частичное управление трастом осуществляется в Калифорнии» – что легко выполнимо, так как в Плане по Защите имущества: траст идет в связке с бизнес-компанией, соответственно, — местная активность по управлению трастом будет иметь место быть.
И самое главное.
Стоимость — примерно от 1500 долларов США и выше в зависимости от степени индивидуальной подгонки. Расходов на годовое обслуживание нет. Налоги подаются, только если траст получал прибыль.
Источник: pravorub.ru
Семейный траст Шувалова
В начале 2012 года в ведущих западных деловых изданиях — The Wall Street Journal и The Financial Times — была опубликована серия статей, в которых, среди прочего, описывалась еще одна операция траста, бенефициаром которого является Ольга Шувалова.
Деньги от олигархов
Следует отметить, что скандал, который начал раскручиваться в декабре 2011 года после публикации американским Barron’s (приложение к The Wall Street Journal) схемы получения компанией Sevenkey, принадлежавшей трасту, оформленному на жену первого вице-премьера Игоря Шувалова Ольгу, 119 миллиона долларов от одной из структур Алишера Усманова, зарегистрированной на Кипре Gallagher Holdings. Переводы были проведены в июле 2007 года.
За три с небольшим года до этого, в апреле 2004 года, та же компания Sevenkey перевела усмановскому Gallagher Holdings 49,5 миллионов долларов. Еще в феврале 2004 года счет компании Sevenkey был пустым, и туда тремя траншами (27 февраля, 1 марта и 8 марта) поступило 50 миллионов долларов с латвийских счетов компании Unicast Technologies, контролировавшейся Романом Абрамовичем и его партнером Евгением Швидлером (бывшим главой «Сибнефти»).
Объяснение этих операций предлагается следующее. Еще до своего прихода в правительство Игорь Шувалов отвечал за юридическое сопровождение приватизации «Сибнефти», за что, помимо прочего, получил опцион на 0,5% акций компании. В 2004 году опцион был реализован, а деньги от продажи доли, причитавшейся Шувалову (50 миллионов долларов), были переведены на счет траста, оформленного на жену.
Что касается Усманова, то еще в 2003 году его заинтересовала оказавшаяся на грани банкротства англо-голландская металлургическая компания Corus Group, 13% акций которой он и приобрел в 2004 году в партнерстве с семейным трастом Шуваловых, который получил право на долю прибыли от сделки.
В начале 2012 года в ведущих западных деловых изданиях — The Wall Street Journal и The Financial Times — была опубликована серия статей, в которых, среди прочего, описывалась еще одна операция траста, бенефициаром которого является Ольга Шувалова.
Летом 2004 года дочка уже известной компании Sevenkey — оффшорная Regional Property Developments Ltd — положила на депозит дочернего банка «Альфа-Групп» в Голландии 17,7 миллиона долларов. Эти деньги были выданы в кредит компании Сулеймана Керимова «Нафта Москва» и вложены в бумаги Газпрома, кредит был погашен в декабре 2007 года. За это время акции Газпрома выросли почти в семь раз благодаря принятому правительством решению об объединении внешнего и внутреннего рынка акций монополии. По оценке FT, Sevenkey заработала на этом не менее 100 миллионов долларов.
В марте 2012 года проживающая в Нью-Йорке активистка-правозащитница Наталья Пелевина, организовавшая в США «Комитет за демократическую Россию», приехала в Москву и написала в Генпрокуратуру заявление, в котором потребовала проверить изложенные в Barron’s сведения о получении компанией Ольги Шуваловой денег от структур Алишера Усманова, Евгения Швидлера и Романа Абрамовича. К заявлению были проложены документы, подтверждающие и тот факт, что Sevenkey принадлежит Ольге Шуваловой, и перечисления денег, о которых говорится в статье.
Генпрокуратура в деятельности первого вице-премьера никаких нарушений российского законодательства не обнаружила, и Наталья Пелевина обратилась к Алексею Навальному, который 30 марта суммировал в своем блоге всю информацию о деятельности Шувалова. Параллельно в сети Facebook была создана группа «Шувалова на скамью подсудимых».
Официальная версия
На запрос Натальи Пелевиной Генпрокуратура поспешила заявить, что ничего противоправного в действиях Игоря Шувалова не обнаружила. Однако отделаться подобного рода формальной отпиской от публикаций в ведущих мировых деловых изданиях, ставящих под сомнение честность ключевого вице-премьера последних правительств, было невозможно.
Сам Шувалов придерживается следующей версии. До своего прихода в правительство в 1997 году он был успешным бизнесменом. Тогда-то и были заложены основы его состояния. Став чиновником, щепетильный юрист вышел из бизнеса и передал свои деньги трасту, который оформил на свою жену. Далеко не маленьких доходов своей семьи он не скрывает, исправно их декларирует. «Средства, которые я заработал, будучи предпринимателем, и которые находятся сейчас в доверительном управлении, являются основой моей независимости от различных групп влияния при принятии мной служебных решений», — цитирует заявление Шувалова газета «Ведомости».
Относительно конкретных сумм Шувалов общался с прессой преимущественно через своих помощников и представителей. Так, интернет-изданию Slon.ru помощник первого вице-премьера Александр Мачевский заявил: «Господин Шувалов не может иметь деловых отношений с господином Усмановым, так как является государственным служащим и, насколько я понимаю, в тех документах, которые публикуются по этому делу, фамилия Игоря Шувалова не значится … Госпожа Шувалова не является госслужащим. Вся ее деятельность указана в декларациях, которые ежегодно предоставляются ею как супругой первого вице-премьера в налоговые органы. Как мы уже отмечали в СМИ, средства семейного фонда Шуваловых управляются независимыми финансовыми институтами».
Нашлись у Шувалова и другие защитники. По словам пресс-секретаря Путина Дмитрия Пескова, информация о бизнесе семьи Шувалова не стала откровением для президента: «Путин с ней знаком в полной мере с того момента, как стали работать вместе … В случае с Шуваловым все абсолютно законно».
В другом своем комментарии Песков утверждает, что «первые импульсы носили явно заказной характер. Возможно, этим людям удалось бы достичь целей, если бы то, что они сделали публичным, не было известно работодателю».
Счел необходимым прокомментировать ситуацию и глава Администрации президента Ельцина Александр Волошин, который, среди прочего, пишет в своем блоге: «Шувалов — прямой, последовательный и принципиальный человек с прогрессивными взглядами — он всегда выступал за демонополизацию экономики, за приватизацию, за последовательное сокращение вмешательства государства в экономику и прозрачность госрегулирования, за усиление и развитие местного самоуправления … Что касается возможности конфликта интересов или использования инсайдерской информации при приобретении акций Газпрома, то скажу следующее. Не может считаться инсайдерской информацией то, что хорошо известно всем. И нельзя принимать участие в принятии уже давно принятого решения».
Если бы все ограничилось только этими объяснениями, можно было бы проникнуться искренней симпатией и уважением к принципиальному, честному и щепетильному чиновнику, который, подобно американским коллегам, собираясь на госслужбу, переводит деньги в траст, нанимает профессионального управляющего и спокойно занимается делами государства.
Но проблема в том, что Шувалов не согласовал свою версию с другими участниками процесса. Вот, например, Алишер Усманов, совершенно искренне стараясь помочь другу (своей дружбы оба не скрывают), рассказывает журналу Forbes о том, как искал деньги на покупку Corus Group: «Шувалов узнал о том, как я мучаюсь, не могу найти деньги, дал мне как друг. У него тогда как раз были деньги».
Минуточку, что значит «дал мне как друг»? А как же траст, жена, профессиональный управляющий? Значит, Шувалов все эти годы сам управлял основой своей «независимости от различных групп влияния при принятии служебных решений»? И потом, что значит «у него как раз были деньги»? Денег-то у него как раз и не было.
Они были у Швидлера с Абрамовичем. Был у Шувалова опцион на 0,5% акций «Сибнефти» (так, по крайней мере, утверждают участники операции на 50 миллионов долларов). Именно его и реализовал Шувалов. Сам, если верить его партнерам. «Мы не знали, зачем ему это нужно, просто исполнили обязательства», — рассказывает пресс-секретарь Абрамовича Джон Манн.
Все это выглядит неприятно и не слишком красиво, но пока еще не криминально. В конце концов, где какая-то англо-голландская металлургическая компания — и где российское правительство? Одно с другим никак не пересекается, а друга выручить — доброе дело. Все это так и было бы, если бы служебные обязанности Шувалова с бизнесом Усманова никак не пересекались.
Но в 2009 году, в разгар кризиса, Шувалов возглавлял комиссию по повышению устойчивости российской экономики и принимал решения о том, оказать или нет помощь кризисным предприятиям. Одним из просителей был и Усманов. В сентябре 2009 года комиссия под руководством Шувалова одобрила госгарантии его холдингу «Металлоинвест» на 30 млрд рублей. Вот и гадай теперь, что это было — забота о российской экономике, дружеский жест или собственный бизнес-интерес.
Да и с опционом на акции «Сибнефти» тоже все далеко не так однозначно. По крайней мере, юристы ЮКОСа, готовившие в начале 2003 года поглощение «Сибнефти» и тщательнейшим образом изучившие всю финансовую отчетность компании, никаких документов, подтверждающих право Шувалова на 0,5% акций компании, не обнаружили.
В случае если Шувалов сам управлял своими деньгами, его инвестиции в акции Газпрома выглядят несколько иначе, чем если их совершил профессиональный управляющий. Летом 2004 года, когда он через Керимова приобрел бумаги газового монополиста, в правительстве и Администрации президента активно обсуждали, как поступить с ЮКОСом, руководство которого уже сидело.
В то время в правительстве шла дискуссия о том, нужно ли объединять газовые и нефтяные активы. Возглавлявший Администрацию президента и совет директоров Газпрома нынешний премьер Дмитрий Медведев продвигал идею выращивания «нефтяного крыла» Газпрома путем присоединения к нему всех государственных нефтяных активов, включая «Роснефть», а также «Сибнефть», «Сургутнефтегаз» и добывающих активов ЮКОСа.
Против выступали президент «Роснефти» Сер гей Богданчиков и замглавы Администрации президента Игорь Сечин. Шувалов публично поддержал Медведева. В декабре 2004 года он, уже владея акциями Газпрома, вступил в яростную дискуссию по этому поводу с экс-министром экономики Германом Грефом. Греф тогда настаивал, что нельзя создавать нефтегазового монстра.
Шувалов говорил, что покупка нефтяных активов не помешает Газпрому сохранить эффективность. Влияли ли его публичные выступления на котировки Газпрома? Без сомнения.
Шувалов пока не сядет
«Дело Шувалова» радикально отличается от прочих коррупционных дел, которые раскручиваются с конца прошлого года в России. Прежде всего, потому что инициировано оно было не одной из кремлевских или правительственных группировок.
Информацию о деятельности компании Sevenkey обнародовал бывший партнер и адвокат Шувалова до 2007 года (этим объясняется, что последние из обнародованных документов относятся именно к 2007 году), а так же бывший адвокат ЮКОСа — Павел Ивлев. Вот как объясняет его мотивы журнал Forbes: «В октябре 2011 года в Чикаго проходило ежегодное заседание Американо-Российского делового совета . Шувалов был в отличном настроении и восхищался городом, в котором не был 20 лет.
Вдруг среди слушателей он увидел однокурсника, друга и юриста АЛМ Павла Ивлева, который был очень взволнован. Свой вопрос вице-премьеру Ивлев предварил коротким сообщением о том, что в России скончался «наш друг» Василий Алексанян. «Что вы лично собираетесь сделать для борьбы с пандемической коррупцией, которая распространилась по всей стране?» — завершил вопросом свою речь Ивлев. Шувалов не растерялся и долго рассказывал залу об особенностях «дела ЮКОСа», позиции российского правительства, борьбе с коррупцией. После публичной части мероприятия он подошел к Ивлеву и спросил: «Ты чего?». Тот ответил, что они теперь по разные стороны баррикад».
Зато с президентом Путиным, который, если верить Пескову, полностью в курсе всех деловых и финансовых обстоятельств первого вице-премьера, Шувалов по одну сторону баррикад.
Источник: sparkmann.livejournal.com