Почему рыба дороже мяса

Содержание

Тимоти Декстер родился 22 января 1747 года в городе Мадлен, штат Массачусетс. Сначала он работал фермером, а затем стал учеником кожемяки. Когда ему было двадцать, он положил в карман все свои сбережения, которые составляли всего-навсего девять долларов, и переехал в развитый город Ньюберипорт, где познакомился и женился на 31-летней зажиточной вдове

Элизабет Фротингем. Декстер представил себя блестящим бизнесменом. Тратя деньги своей жены, он делал то же, что и другие бизнесмены, — покупал акции. Не понимая, какие акции нужно покупать, он просто покупал дешевые. Их цена каким-то образом росла, и Декстер продавал их с прибылью для себя.

Конкуренты насмехались над полуграмотным Декстером и забавлялись тем, что давали ему бессмысленные советы. Один торговец сказал Декстеру, что островам Вест-Индии, где колонизация шла полным ходом, были очень нужны сковородки, рукавицы и Библии.

Не имея и мысли о том, что на этих островах очень знойно, Декстер воспользовался советом и купил больше чем 40 000 сковородок, 40 000 пар рукавиц и 40 000 Библий и отправил их туда на корабле. А затем ожидал, когда ему улыбнется удача.

Почему рыба лучше мяса | Подкаст

Декстеру невероятно повезло, потому что, когда его груз прибыл к островам Вест-Индии, там зарождалось религиозное движение, и его Библии купили с 100%-ой прибылью. Ему повезло еще больше, когда российские торговые корабли пожаловали к портам Вест-Индии и приказали своим агентам немедленно купить все рукавицы до последней пары. Сковородки лежали без дела на складе до тех пор, пока один изобретательный фермер не открыл, что из них можно сделать идеальные шумовки для перекладывания рыбы в цистерны. Так были проданы с прибылью все сковородки. Эти удивительные сделки принесли Декстеру состояние в 150 000 долларов, что сделало его невероятно богатым.

Другие торговцы города завидовали удаче Декстера и решили разорить его, уговорив вложить все свои деньги в уголь, а затем переправить его в Англию в город Ньюкасл. Неопытный Декстер не знал, что Ньюкасл — центр угледобывающей промышленности Англии. Поэтому он нанял десятки кораблей, наполнил их мягким углем из Вирджинии и отослал груз в Англию. Но вместо того, чтобы стать международным посмешищем, Декстер опять поймал удачу: из-за длительной забастовки в Ньюкасле шахты не работали, и был недостаток угля. Когда прибыли корабли Декстера, его уголь распродали за огромные деньги, что сделало его вдвое богаче.

Однажды у друга под окном квартиры расшумелись старушки. Митинг у них там проходил. Транспаранты, флаги — всё как положено. Недолго думая, друг выставил на подоконник огромные колонки и врубил звуки выстрелов из игры на всю улицу. Зрелище было неописуемое: бабули побросали транспаранты и ринулись ползком да в рассыпную.

И стыдно за него, и забавно всё это.

–Андрей, сегодня первое апреля а ты ни разу даже и не пошутил!? Пошути, а? Скучно что-то, настроение не первоапрельское. Ну пожалуйстааа!

И тут я вспомнил историю услышанную мною в детстве. Дело было так.

Почему рыба в Магадане дороже мяса

Годах в 60х–70х предыдущего века дедушка мой, Василий Андреевич, работал в колхозе на повозке

гужевой. Слыл в народе дед шутником знатным. Как то по весне, подъезжает значит он на стан полевой, который надо заметить в нескольких километрах от деревни находился, прив? з дояркам бидоны алюминевые под молоко и разгружает их с самым серь? знейшим видом.

–Дядя Вася! Здравствуй! Чего ты сегодня такой не вес? лый!? –спрашивают его т? тки, принимая фляги.

–Да некогда мне сегодня шутить, отстаньте – буркнул на них мой дедушка сдвинув брови.

Доярки же не унимаются и со смехом бегают вокруг повозки звеня бидонами.

–Дядь Вась, ну пошути над нами! Ну что тебе, трудно что-ли? Ведь самому же веселее будет! Нуу дяядь Вааась!

Дед же ни в какую.

–Мне ещё надо в лавку (магазин) успеть, пока муку высший сорт не разобрали, а то на Пасху куличи не из чего будет испечь!

А мука то высшего сорта, вещь в деревне дифицитная, в магазин если и завезут мигом разбирают. Вот бабы то и решили не упускать случая, побросали бидоны и на перегонки за пару километров по всеннему бездорожью в лавку деревенскую забег устроили. Коровы то подождут, а вот Зинка из магазина ждать то не станет!

Ну прибегают значит наши спринторши в магазин, все взмокшие, на сапогах по пуду грязи, и с л? ту вопрос к продавщице

–Зина, мука ещё не кончилась!?

–Какая мука? –с недоумением спросила Зина.

–Ну высший сорт же! Ну дядя Василий же сказал же!

Зииина, легла грудью на стол в порыве смеха!

– Нууу выыы и дууурыыы! Нашли кого слушать то! Дядя Вася вас обманул. Не было никакой муки.

Бабы, красные как раки, от бега и крайнего возмущения, поплелись на сорванную обеденную дойку. Навстречу им неспеша ковыляла кобылка, запряженная в повозку на которой восседал совсем не хмурый Василий Андреевич.

–Дядь Вась, да тебя да за такое да как так можно то (ну вы поняли же, что это в переводе на литературный русский с матного пишу)))

–Бабоньки! Вы же сами вокруг меня кружили и просили над вами пошутить! –ещё больше расплылся в улыбке мой дед.

DedPavel: Ночевал на даче с собакой. Тишина полная. Вдруг — стук в окно три раза! Собака не залаяла, за окном — лишь ярко освещенный снег, ни скрипа. Хрен тут уснешь! Вдруг собака потрясла головой, постучав медальоном на шее, и этот звук оказался тем «стуком в окно» )

анекдоты

свежие
лучшие / лучший
анекдоты дня
лучшие за неделю

картинки

свежие
лучшие / лучшая
лучшие за неделю

шутки

свежие
лучшие / лучшая
шутки дня
лучшие за неделю

Источник: anekdotov.net

Почему в России рыба дороже мяса: тайные течения

Какие там сыры — многие россияне уже не могут позволить себе купить рыбу, потому что она стоит дороже мяса. А те, кто может себе позволить и рыбку, и икру, часто покупают «кота в мешке» — продукты оказываются очень плохого качества. Мы попытались разобраться в причинах проблемы.

фото: Геннадий Черкасов

Нашу страну можно с уверенностью назвать самой богатой державой в мире по запасам рыбы. Россию омывают 14 морей, у нас насчитывается более 2 млн озер и столько же рек. Ежегодно мы добываем до 4,5 млн тонн морепродуктов. Теоретически этого хватает: на каждого жителя приходится более 22 кг рыбы в год. С этой статистикой не поспорит ни один диетолог: именно столько рыбы нужно человеческому организму ежегодно.

Но проблемы в отрасли все равно остаются. Поэтому треска, которую мы едим, стоит втрое дороже, чем могла бы, а зарубежная красная икра, которой нас пичкают розничные сети, по качеству серьезно уступает отечественной, которая далеко не всегда поступает на прилавки магазинов.

Рыбу в России любят не меньше, чем мясо. Это удачное дополнение к обеденному гарниру, неплохая закуска к пиву и отличный ингредиент различных салатов. Кроме того, рыба полезна. Она легко усваивается, в ней множество необходимых человеку аминокислот, а рыбий жир отталкивает от стенок кровеносных сосудов вредный холестерин, препятствуя их засорению.

Однако, приходя за рыбкой в магазин, можно натолкнуться на заоблачные цены. Например, увидеть стоимость заурядной трески в замороженном виде под 450 рублей, а в свежем — под 900 рублей. Это же дороже самого свежего и отборного мяса! А ведь многие помнят, что в советские времена треска считалась одним из самых рядовых морепродуктов. Почему же в самой рыбной стране мира цены на нее теперь такие высокие, что она стала по карману далеко не каждому и фактически превратилась в деликатес?

Самая популярная рыба в России — это бесспорно селедка, которой в год россияне поглощают до 400 тыс. тонн. На втором месте идет треска с объемом потребления в 300 тыс. тонн. Третье место занимает минтай, который из-за невысокой цены вплотную подобрался к другим призерам. За ними следуют тихоокеанские лососи — горбуша и кета.

Российские рыболовы в состоянии самостоятельно удовлетворять потребности страны в излюбленном и привычном населению продукте. Более того, если вся отечественная селедка идет на внутренний рынок, то до 60–70% от улова минтая наша страна даже экспортирует. Треска также в России преимущественно отечественная, хотя и существует небольшая доля импорта. Вылавливаемые в российских морях лосось, горбуша и кета вполне закрывают спрос внутреннего рынка. Хороший улов в 2016 году даже позволил эти сорта поставить на экспорт, хотя и в небольших объемах.

В целом, по данным Росстата и Минсельхоза, сейчас на внутреннем рынке России 78% рыбы — собственный продукт. Неофициальные данные ниже, но ненамного: независимые эксперты долю отечественного улова оценивают в 70%.

Причем эта доля в последние годы растет. Положительным фактором развития внутреннего рынка стал запрет, введенный нашей страной в отношении продукции ряда государств в ответ на западные санкции в 2014 году. До начала санкционного периода объем рыбного импорта в России достигал 1 млн тонн в год. В 2016 году этот показатель упал до 450 тыс. Россияне стали больше доверять отечественному продукту и с сомнением смотреть на зарубежные этикетки.

Однако в том, что касается ассортимента, не все так гладко. Под вопросом остается, например, любимая россиянами семга, импорт которой из ряда стран находится под санкциями. Полную потребность в этой рыбе именно в охлажденном виде, в котором многие привыкли подавать ее к столу, своими силами Россия закрыть не может.

Из 200 тыс. тонн охлажденной семги, потребляемых в нашей стране ежегодно, только 20 тыс. произведены отечественными предприятиями. «Российские компании начинают развивать производство семги. Но надо понимать, что это нельзя сделать за один день. Необходимо построить само хозяйство, вырастить рыбу, наладить инфраструктуру. На это требуются годы — не менее 5–6 лет», — отмечает эксперт рыбного рынка, экс-президент Всероссийской ассоциации рыбохозяйственных предприятий Александр Фомин.

Существуют любители и другой, более экзотической морепродукции. Эстеты, да и рядовые потребители, иной раз не против перекусить кальмарами и креветками. Чтобы удовлетворить их запросы, розничным сетям приходится обращаться к зарубежным рыболовам. Мощности российских рыболовецких хозяйств хватает на вылов всего 10 тыс. тонн креветки, тогда как потребность нашего населения — 50 тыс.

Ситуацию усугубляет тот факт, что ранее Россия импортировала креветку из Дании и Канады. По качеству эта креветка очень хорошая — высококачественная, экологически чистая. Но сейчас, когда эти страны находятся под санкциями, необходимые объемы приходится брать на рынках Азиатско-Тихоокеанского региона — в частности, во Вьетнаме и Таиланде.

Это креветки «тигровые», «банановые»… Как утверждают отраслевые специалисты, хотя они и крупнее, но по качеству хуже, так как выращиваются в сомнительной аквакультуре, неясно в какой воде и на каких кормах. Так что есть их не рекомендуется. Кроме того, учитывая, что плечо доставки длиннее, то, соответственно, их стоимость выше.

Похожая ситуация со скумбрией. Эту рыбу горячего или холодного копчения россияне ежегодного потребляют до 250 тыс. тонн. А добывается в наших морях всего 100 тыс., поэтому пока скумбрия также останется преимущественно импортной.

Впрочем, вероятно, со временем в этом сегменте положение нормализуется так же, как и на рынке шпрот. Тот недостаток балтийских шпрот, который образовался после принятия санкций, сейчас восполняют крымские рыболовы, и российские потребители не замечают разницы.

А вот у красной икры — особое место на российском рынке морепродуктов. По отношению к ней не введены ограничения. Поэтому часть икры, которую мы едим, поступает к нам фактически по импорту. «Надо сказать, что традиционным продуктом и даже деликатесом красная икра считается только в славянских странах. В большинстве западных государств считается кощунством поедать будущее потомство, пусть даже рыбы», — отмечает Александр Фомин.

В России, Белоруссии и на Украине, напротив, красная икра считается символом достатка. Поэтому спрос на красную икру растет, и импортеры этим пользуются, увеличивая предложение. Только в нашей стране ежегодный объем рынка производства красной икры достигает 40 тыс. тонн. Практически вся она (до 95%) идет на внутренний рынок. Но считать ее по-настоящему российской нельзя.

Около половины красной икры, представленной на нашем рынке, произведена из зарубежного продукта.

Причем между настоящей российской и псевдороссийской икрой много отличий. Стоит ли употреблять в пищу импортную икру — большой вопрос. До момента фасовки в банку зарубежные производители сначала икру морозят. Наши компании покупают мороженое сырье, перерабатывают его, засаливают и фасуют в банки.

Качество этой икры хуже: у нее более нежная пленка, и икра попросту разваливается на бутерброде. Кроме того, сокращается срок хранения.

Конечно, отечественные производители стараются так же активно продвигать свой продукт, но магазины иной раз отказываются приобретать икру, произведенную дальневосточными рыбаками, так как их продукция дороже. Продавцы предпочитают брать более дешевую икру, произведенную из импортного замороженного сырья, чтобы получить большую прибыль. Такой подход широко используется, в частности, в центральных регионах России.

Впрочем, в ближайшее время ситуация может поменяться. Евразийский экономический союз, членом которого является Россия, принял технический регламент, который вступит в силу в сентябре 2018 года. В нем прописаны крайне жесткие требования к производству икры. Так, если продукт производен из мороженого сырья, то производитель будет обязан указать это на маркировке. А если сырье не удовлетворяет требованиям российских стандартов, то икра будет и вовсе изъята из розничного оборота.

При всех положительных сдвигах в российской рыбной отрасли количество проблем все же остается немалым. В первую очередь это касается транспортировки и логистики. В России примерно 70% вылавливаемой рыбы (3 млн тонн) приходится на Дальний Восток. При этом большая часть населения проживает в европейской части страны.

Соответственно, процесс доставки товаров от поставщиков сырья до потребителей долог, сложен и не до конца отлажен. Речь идет о несовершенной приемке рыбы в портах, нехватке мощностей по переработке и хранению, а также специализированных хабов по перегрузке на наземный транспорт — в железнодорожные составы.

В Советском Союзе эта проблема решалась так. Селедку, лососей и другие виды солили и развозили в бочках по всей стране. Так как срок хранения такого продукта продолжительный, было неважно, в каких вагонах рыба перевозится, в каких условиях хранится, насколько задерживается ее сдача…

Но население стало более разборчивым и зачастую не покупает рыбу, не узнав подробностей ее изготовления. «Чтобы потребители видели на этикетках привлекательные для покупки нюансы, производители обрабатывают рыбу вблизи от места вылова — на ближайшем берегу или даже на рыболовных судах. Потом рыбу замораживают и отправляют в Центральную Россию», — разъясняет старший аналитик «Альпари» Анна Бодрова.

Здесь и начинаются проблемы. Транспортные составы для перевозки рыбы, а особенно рефрижераторы, после СССР не обновлялись. Их также не хватает. «Пока рыба доедет до розничного магазина, она может быть разморожена и заморожена неоднократно. А на прилавке ее выдают за свежую. Фактически же мы покупаем кота в мешке», — рассуждает Анна Бодрова.

Кроме того, по словам экспертов, продавцы не брезгуют обыкновенной ценовой манипуляцией. Так, килограмм минтая оптом на Дальнем Востоке стоит 65 рублей. В столичном магазине в рознице его цена — 180–200 рублей. То есть сам производитель получает лишь 30% от цены сбыта, которая выросла втрое.

В остальном мире картина обратная: 70% получает производитель, остальное — другие участники этой цепочки. «На российском же рынке конечная стоимость рыбы зачастую повышается необоснованно. Именно поэтому цена на обыкновенную треску в замороженном виде доходит до 450 рублей, а в якобы свежем — до 900 рублей», — полагает старший аналитик «Альпари».

Еще одна проблема российского рыболовного хозяйства — отсутствие стабильного, долговременного налогообложения. Как утверждают участники рынка, этот сектор постоянно лихорадит различными законодательными новшествами, которые не всегда понятно, как трактовать.

Например, был принят закон, по которому для стимулирования судостроения у всех производителей рыбы будут забирать до 20% квот на вылов и выделять их в дальнейшем тем компаниям, которые будут вкладывать средства в строительство судов. Идея, несомненно, заслуживает внимания. Она позволит дать толчок развитию судостроительной отрасли.

«Понятно, что крупные компании, которые могут себе позволить инвестировать в строительство судов, в дальнейшем выиграют. Однако ряд предприятий, особенно малого и среднего бизнеса, может быть поставлен на грань выживания», — считает Александр Фомин.

Кроме того, сейчас готовится закон об увеличении в 6–7 раз налога на водные биоресурсы. Если он будет принят, есть риск, что производственники учтут его в себестоимости продукции, что приведет к росту розничных цен и сокращению спроса.

В итоге российскому рыбаку будет легче пройти необходимые процедуры и продавать свой улов на зарубежном рынке, нежели оставаться на внутренних площадках, где необходимо предоставлять множество дополнительных бумаг проверяющим органам.

Но при всех проблемах в последние три года в России наблюдается постоянный рост вылова рыбы. В ближайшие 2–3 года объем вылова, как полагают представители отрасли, может быть доведен до 5 млн тонн. Это более 30 кг на каждого россиянина в год.

«Не надо забывать, что год назад на Госсовете Владимир Путин дал ряд поручений, чтобы устранить неурядицы в отрасли. Решить вопросы с логистикой, финансированием этого процесса. Проблемы доступности рыбы для рядового потребителя шаг за шагом решаются. ФАС регулярно мониторит цены и вносит предложения, как их удержать хотя бы в размере инфляции. В дальнейшем, думаю, будут готовиться предложения, которые сделают российскую рыбу не только доступной для российского потребителя, но и конкурентоспособной по всему миру», — отмечает Александр Фомин.

Источник: www.finomenov.ru