Страна встала перед удивительной проблемой: повсеместно исчезают врачи. По данным министра здравоохранения Вероники Скворцовой, у нас не хватает 40 тысяч врачей и более 270 тысяч среднего медицинского персонала.
По страницам газеты «Правда», Мария Панова
2013-11-06 15:39
Но эти цифры, как и всё в устах нынешней власти, лукавые. Если учесть, что большинство медработников нынче трудятся на полторы, две, а то и три ставки, то министерскую цифру можно с уверенностью увеличить вдвое и даже втрое, и мы не ошибёмся в определении размера чёрной дыры кадрового дефицита. Теперь представим, что измотанные эскулапы решат не рисковать своим и чужим здоровьем (а порой и жизнью) и отрабатывать лишь положенные по Трудовому кодексу часы, а пенсионеры в белых халатах, число коих скоро приблизится к половине общей численности медиков, захотят уйти на заслуженный отдых. Нет, этого лучше себе даже и не представлять…
Если вбольших областных и краевых центрах не хватает врачей, то что уж говорить о селе. Ситуация, по-видимому, стала настолько нетерпимой, что наше правительство два года назад решило озаботиться ею. А как привыкли российские власти решать все проблемы? Правильно: залить деньгами.
90 врачей пополнят в этом году штат районных больниц по программе «Земский доктор»
В конце концов, если шелестом виртуальных купюр, например, можно прельстить женщину рожать, то почему бы таким же образом не заманить молодого врача на село. Сказано — сделано. В 2011 году с введением программы «Земский доктор» в Федеральный закон «Об обязательном медицинском страховании» были внесены изменения, согласно которым врачи в возрасте до 35 лет, решившие поработать пять лет в сельской местности, вознаграждаются за сей энтузиазм одним миллионом рублей.
Таким образом, согласно статистике минздрава, в течение 2012 года по всей стране стать земским доктором захотели худо-бедно 5173 врача различных специальностей. Больше всего прибавилось докторов в Краснодарский край — 649 человек (при нехватке более 8 тысяч врачей и 17 тысяч медработников среднего звена), в Республику Башкортостан — 610 человек (всего потребность во врачах — более 2 тысяч, только в узких специалистах — 400) и в Ставропольский край — 259 человек (кадровая дыра — 5 тысяч докторов).
И хотя регионы бодро отрапортовали о результатах реализации программы за 2012 год, минздрав оценил их, мягко говоря, кисло. В 2013 году решено было её продлить и распространить не только на сельскую местность, но и на рабочие посёлки. Правда, явно пожадничали: выделили порядка трёх миллиардов рублей. Всякий освоивший арифметику в начальной школе в состоянии подсчитать, что этих денег хватит от силы на три тысячи медиков-подвижников — и это на всю страну.
К удивлению властей, думавших, что ради миллиона российский человек готов не то что в деревню, но на край света отправиться, молодые врачи реагируют на все призывы и умасливания вяло.
Интересно, что, рапортуя о притоке кадров в село, власти стеснительно умалчивают об оттоке. Директор ТФОМС Тамбовской области Тамара Фролова проговорилась «Российской газете», что область получила 27 врачей, выплатила компенсацию, но в итоге только семеро из них остались на селе. Дошло до того, что в некоторых регионах, по рассказам самих медиков, врачи-добровольцы, приехав к месту своей будущей работы, предпочитают вернуть миллион и давай бог ноги. В чём же дело?
Программу «Земский доктор/Земский фельдшер» расширят
Замысел, исходивший из мудрых голов в высоких кабинетах, предполагал, что миллион, полученный молодым земским врачом, будет потрачен на покупку жилья. Но счастливый «миллионер» по прибытии на своё новое место жительства обнаруживал, что приобретать-то и нечего: брошенные дома развалены, крепкие — заняты, новые не строятся. Приходится снимать жильё, на что уходит практически вся докторская зарплата (молодой врач получает в среднем тысяч шесть — семь).
Муниципального жилья не допросишься. В лучшем случае местная администрация может предложить «на время» приют в общаге с прогнившими полами, удобствами на улице и соседями по коридору, плохо говорящими по-русски и имеющими смутное представление о какой-либо гигиене и культуре быта. В худшем — и этого не имеется.
Так же, как и многого другого — дорог, инфраструктуры, работы для супруга (ведь часто приезжают уже семейные пары). Стоит ли удивляться, что в нынешнее село не едут не только доктора, но и учителя, агрономы, инженеры, зоотехники. А куда ехать? Где работать? Сельхозпредприятия-то разорены, поля заросли.
В итоге получились полный пшик и ерунда. Прежде всего сама программа имеет в виду, что из выпускников медвузов ровно ноль процентов по собственному желанию поедет на село, поэтому делает ставку лишь на корыстные побуждения молодёжи. Однако некоторые желающие всё-таки и раньше находились. Например, деревенские ребята, получив медобразование, возвращались совершенно бесплатно в свои родные деревни. Таким образом, эти сельские врачи получают по миллиону, и мы можем за них порадоваться, однако в подобном случае программа не играет столь уж существенной стимулирующей роли.
Зато программа оказалась привлекательной для людей авантюрного склада. Они решили сыграть с властями в игру «кто кого быстрее обманет». Рассказывают о случаях, когда молодой врач, чтобы получить заветный миллион, увольняется из своей больнички и устраивается в соседнее село, буквально через дорогу. Можно жить в городе и пойти работать в пригород. В крайнем случае, можно пять лет потерпеть в деревне, а «лимон» вложить в приобретение жилья в городе.
Особенно наглядно действие программы «Земский доктор» можно наблюдать, например, в Улан-Удэ, который уже второй год стремительно теряет специалистов, разбежавшихся по соседним сёлам. По информации ИА «Байкал-Daily», только больницу скорой медицинской помощи столицы Бурятии покинул практически каждый десятый врач. И это при том, что больница и так испытывает дефицит медиков. Понятно, такая ситуация продлится от силы пять лет, а потом начнётся обратный отток медкадров из сёл, ведь они успешно уже решают свои жилищные проблемы в Улан-Удэ.
С другой стороны, и власти не дремлют, измышляя, как бы докторишкам не дать зажиреть. То тут, то там по стране идут судебные разбирательства из-за нежелания чиновников отдавать приехавшим врачам полагающийся им миллион.
Растёт напряжение и среди самих врачей. Работавшие в полной нищете сельские врачи зачастую не испытывают особо нежных чувств к вновь прибывшему пополнению миллионеров. В одной из областей 26-летний врач был обвинён в мошенничестве, которое заключалось в том, что он подал в областное министерство здравоохранения подложные документы, в которых было указано, что он начал трудовую деятельность в больнице в 2012 году.
На самом же деле он начал работать в 2010-м, то есть в «доисторические» времена, когда замечательная программа ещё не начала действовать. Получается полная ерунда: молодой врач действительно проработал в сельской больнице два года, но миллион, в отличие от новоприбывших, он не получит. Опять же есть городские доктора, которые и решились бы стать земскими, но им уже за 35 лет, и значит, ничего им не полагается. Таким образом, широко разрекламированная программа скисает прямо на глазах. И всё идёт своим привычным чередом: село продолжает разваливаться, врачи бегут, чиновники думу думают, зарплата им капает.
В руках нынешних правителей все программы и нацпроекты (вы ещё помните такие?) неуклонно превращаются в полный ноль. Стоит ли удивляться, ведь, по большому счёту, все они призваны не улучшать жизнь в России, а лишь имитировать бурную деятельность.
Источник: kprf.ru
Как в регионах сочиняют медицинские программы
Мурманская область почти не смогла привлечь врачей в рамках «Земского доктора», но инициировала принятие новой федеральной программы «Арктический доктор». Минздрав отказал в поддержке, и мурманчанам придется реализовать ее самим, без денег из центра.
Губернатор и статистика
С июля Мурманская область в гордом одиночестве начнет реализацию программы «Арктический доктор», призванной остановить отток медиков с Севера. Еще в 2014 г. в стране была запущена другая, федеральная программа «Земский доктор», но региональные власти уверяют, что она им не подходит из-за преобладания на Кольском полуострове городского населения. Три самых крупных города области – Мурманск, Апатиты и Североморск с населением более 50 тыс. каждый – под действие федеральной программы не подпадают.
Обеспеченность региона врачами, по словам губернатора Марины Ковтун, 59%. Однако недавно она заявила, что дефицит врачей в медорганизациях трех крупнейших городов области составляет 75%. По данным регионального Минздрава, нехватка кадров заметнее всего в отдаленных малых городах и районах с низкой плотностью населения. То есть губернатор утверждает, что врачей не хватает в больших городах, а ее подчиненные сообщают о противоположном.
Полпредство в СЗФО сообщило: в регионе работают 3670 врачей, к началу марта не хватало 541 специалиста, т.е. всего 12,8%. За полгода нехватка врачей сократилась на 95 человек.
В последние 15 лет обеспеченность врачами существенно не менялась: они покидают регион, как и остальные жители. За 2002–2017 гг. население Мурманской области сократилось на 15%, число врачей – на 15,7%.
Как и в большинстве других регионов, ощутимо не хватает врачей скорой медицинской помощи, фтизиатров, инфекционистов, детских хирургов и эндокринологов. А вот обеспеченность анестезиологами-реаниматологами, сердечно-сосудистыми хирургами, рентгенологами в последние годы даже улучшилась. Во всяком случае, в Мурманской области ситуация с врачами точно не хуже, чем у других. В Воркуте дефицит кадров достигает 456 человек при укомплектованности 38,2% и коэффициенте совместительства 2,45!
По два, но в рассрочку
Разработку «арктической» программы власти начали два года назад. Но предложение принять ее было высказано специалистами и законодателями региона еще в 2012 г., сообщил депутат Мурманской областной думы Олег Минин. А его коллега Александр Макаревич называет еще более раннюю дату – 2007 г. Ничего нового с тех пор не придумано.
«Мы обозначили главную проблему регионального здравоохранения – растущий дефицит медицинских кадров, – говорит Александр Макаревич, – и предлагали пути ее решения: целевой набор в мединституты, предоставление жилья, выплата “подъемных”. Но прежние губернаторы, а поначалу и Марина Ковтун отрицали остроту проблемы».
«Арктический доктор» предусматривает выплаты врачам, прибывающим в регион, в размере 2 млн руб. (против 1 млн по программе «Земский доктор»). Но деньги будут выплачиваться поэтапно: 0,5 млн – при устройстве на работу, столько же спустя год и еще 1 млн руб. по истечении пяти лет. Кроме того, врачам предложат льготную ипотеку (с погашением 20% от суммы первоначального взноса).
Правительство региона намерено привлекать не выпускников медвузов, а сложившихся специалистов с опытом, чтобы те не надумали покинуть северные края. Региональному Минздраву поставлена задача непременно найти врачей со стажем от 10 лет, первой или высшей категории квалификации. Так что к февралю из 30 соискателей отказано 25.
На свои
Мурманчане надеялись на софинансирование программы Москвой. В ноябре губернатор попыталась заручиться согласием президента, но услышала: «Дорабатывайте это с Минфином, с Минздравом. Постараюсь вас поддержать». Иными словами, программа недоработанная. Согласие двух ведомств было непременным условием ее запуска на федеральном уровне, и оно не получено.
Да и как принять программу для нескольких городов, разбросанных по разным федеральным округам? Например, в СЗФО шесть таких точек в трех регионах – Мурманск, Апатиты, Североморск, Архангельск, Северодвинск и Воркута.
Отвечая порталу Medvestnik.ru, помощник полпреда в СЗФО Александра Беглова Евгений Карпичев высказался осторожно и сослался на мнение не самого Беглова, а его подчиненных. «Аппарат полномочного представителя поддерживает необходимость принятия дополнительных мер для привлечения медицинских кадров в учреждения на территории Арктической зоны, – написал он. – Однако требуется оценка их социально-экономической эффективности, определение механизмов реализации и источников финансирования со стороны профильных министерств и ведомств». Последняя фраза в оригинале выделена жирным шрифтом.
Марина Ковтун, не дождавшись благосклонности центра, готова запустить программу своими силами. Затраты региона в течение 10 лет составят 1,2 млрд руб., хотя поначалу он был готов взять на себя 0,5 млрд. В 2018 г. планирруется потратить 35 млн руб., по словам губернатора, на привлечение 10 специалистов. На самом деле такой суммы хватит на «подъемные» 70 врачам, а для 10 можно было бы купить квартиры. Цифры не стыкуются, а объяснения этому не прозвучало.
Подводные камни
Сегодня на Севере реализуется та же программа, что и в остальной стране. Но за все время действия «Земского доктора» в Мурманской области на вакантные места устроено всего 39 врачей. Для сравнения: в Омской области – почти 400, в Дагестане – около 900 и в арктическом ЯНАО – 125.
Переезд в сельскую местность не означает, что врачу автоматически выплатят обещанный миллион. Надо пройти всю цепочку согласований на месте и в региональном Минздраве. А прежде – убедиться, что твое рабочее место попадает в местные перечни, определяющие, кому выплачивать деньги, а в ком сельская медицина как бы не нуждается, хотя врачебная должность существует.
В интернет-сообществе «Земский доктор» приводятся случаи, когда врач прибывает на место, ему предлагают сразу приступить к работе и лишь затем оформить документы для выплаты , но спустя месяцы из областного центра приходит отказ. А от беременных часто требуют вернуть выплаты. Каждый клерк толкует правила и законы на свой лад. Юристы полагают, что с «Арктическим доктором» выйдет то же самое.
Регионы и без программы оказывают поддержку приезжающим врачам кто какую может. Та же Мурманская область единовременно выплачивает 500 тыс. рублей медработникам в возрасте до 55 лет («Арктический доктор» ограничивает предельный возраст участников 50 годами) и ежеквартально 15 тыс. рублей на покрытие расходов по коммунальным услугам и проживанию. В Республике Коми врачам наиболее дефицитных специальностей выплачивают при трудоустройстве по 100 тыс. рублей, в Красноярском крае возмещают расходы на оплату найма жилья, а новым специалистам, в том числе прибывшим после учебы целевикам, в течение пяти лет прибавляют к зарплате половину минимального оклада.
«Нет условий жизни»
Но на самом деле врачи едут в Заполярье прежде всего за зарплатой. В Мурманской области она одна из самых высоких на Северо-Западе – в среднем 72,7 тыс. руб. с учетом северных надбавок и совместительства (в Псковской области – 39,7 тыс.). Выше только в Петербурге и НАО.
Всего через несколько месяцев работы 2 миллиона покажутся переехавшему в Мурманск врачу не слишком большой суммой: это 20–30 месячных зарплат, да и те в рассрочку. Врач со стажем и квалификационной категорией может заработать сравнимые деньги, не обременяя себя многолетними обязательствами.
«Такая мера, как поэтапная выплата 2 млн руб. привлеченным врачам, была бы актуальна для края», – считают в Минздраве Красноярского края. «Выплаты в 1 млн не задерживают специалистов, особенно на селе, где нет городских условий жизни», – добавляют в Департаменте здравоохранения НАО. Это общий ход чиновной мысли: если улучшить условия жизни и работы трудно, так хоть деньгами привлечь.
Ненецкая окружная больница предложила Собранию депутатов НАО распространить программу «Земский доктор» на округ с арктическим коэффициентом 2,6, т.е. выплачивать 2,6 млн рублей для сельских учреждений. Но здесь не свели все к деньгам. «Мы предложили предоставлять служебное жилье или компенсации за его съем, чтобы люди, приезжая на Север, могли зарабатывать и строить жилье где-то в другом регионе, – говорит главврач Ненецкой окружной больницы Андрей Дедов. – Только в Нарьян-Маре 86 сотрудников больницы стоят в очереди на служебное жилье».
Вероятно, они бы уехали, если б не зарплата. В окружной больнице, в соответствии с майскими указами Президента РФ, она приближается к 150 тыс. рублей. Результат: в последние три года, несмотря ни на что, оттока кадров не происходит, наоборот, идет приток. О том же свидетельствуют и мурманские цифры!
«Броуновское движение»
Но проблема глубже. Председатель Мурманской областной организации профсоюза работников здравоохранения Ольга Суна говорит: «Уже были иски: прибывшие в Мурманск доктора переходили из поликлиники в поликлинику в поисках учреждения, где к ним будут относиться как к людям, и от них требовали вернуть выплаты. Приезжающие отрабатывают три года, используют подъемные как первый взнос для строительства жилья в средней полосе, и все. Они не закрепляются».
Оптимизация сети учреждений в регионе продолжалась несколько лет, вызывая недовольство населения. Не только специализированная, но часто и первичная помощь выглядела все менее доступной. Едва ли в каком-нибудь еще регионе Северо-Запада за эти годы прошло столько митингов по этому поводу. Региональному Минздраву не дается общение с жителями, им почти не пытались объяснить, что и зачем делается, как будут работать учреждения. Врачи понимали не больше пациентов – и тоже выходили на акции протеста.
Еще несколько лет назад Александр Макаревич и его коллеги в облдуме называли реорганизацию медицинской сети неразумной. «Создание межмуниципальных медицинских центров и реорганизацию сети лечебных учреждений должны были предварять их оснащение современным оборудованием, специализированным автотранспортом, принятие экстренных мер по решению проблемы кадров. Нужно было учитывать расстояние между городами, привести в порядок дороги. Но, похоже, об этом мало кто думал, принимая решение о доставке пациентов, к примеру, из Ковдора в Мончегорск, за 170 км», – говорит депутат.
«Оптимизация у нас носила не просто хаотичный характер, но напоминала броуновское движение, – считает директор Мурманского многопрофильного центра им. Н.И. Пирогова ФМБА России Олег Минин. – Создавать концепцию реорганизации должны научные учреждения, а не региональное министерство. Заставлять людей, занимающихся вопросами оперативного управления, вырабатывать научный подход – это как идти в мебельный за колбасой. Результат будет предсказуемый».
«Никакого хаоса у нас нет, – парирует Марина Ковтун. – Идет плановая реорганизация, сокращение административно-хозяйственного аппарата».
Приравнять к силовикам
Ректор ПСПбГМУ им. И. П. Павлова Сергей Багненко уверен: «Думать, что люди, получившие университетское образование и мечтающие о профессиональной карьере, навсегда останутся в арктическом регионе, особенно в сельской местности, не приходится». Отработав по договору или распределению, большинство уедет в другие регионы. А их сменят следующие.
«Нужно предоставлять служебное жилье, но современное: двухкомнатную квартиру с теплым туалетом, интернетом, телевидением, давать врачам возможность по ипотеке построить дом там, куда они собираются вернуться, чтобы продолжать профессиональную карьеру и углублять специализацию, – говорит Сергей Багненко. – Им не нужны приватизированные дома, выделение земельных участков для строительства. Может быть, необходима федеральная программа по строительству служебного жилья.
К этому надо относиться как к вахте : придут следующие и тоже отработают. Более того, я думаю, что “свежий” доктор с университетским образованием в малом населенном пункте полезнее, чем тот, кто прожил там 20 лет, никуда не уезжая. В Ленинградской области это уже поняли. Еще недавно там раздавали землю, а сейчас – только служебное жилье. Его строят вместе с ФАПом, врачебной амбулаторией, это успешный опыт».
Олег Минин добавляет: врачу нужен тот же соцпакет, который получают силовики при условии 12-летней выслуги, с правом выхода на пенсию и свободного трудоустройства. «Тогда врач, уезжая на Север, будет заинтересован в самосовершенствовании, ведь в 37 лет лечебная карьера не закончена, наоборот. Через 12 лет добросовестной работы доктор сможет приобрести профессиональные навыки, позволяющие конкурировать в борьбе за рабочее место в регионах Центральной России», – считает он. Но профессиональный рост врача возможен при условии, что базовые виды медицинской помощи оставлены на местах, а не только сосредоточены в крупных центрах – иначе совершенствоваться негде.
Такая позиция расходится с точкой зрения управленцев, которые хотят решить проблему раз и навсегда. «Мы не согласны, что нужно выплачивать ипотеку в том регионе, куда врачи потом хотят уехать, – говорит Марина Ковтун. – Мы не будем тратить областные деньги для отъезда этих врачей. Мы надеемся, что они здесь останутся».
Арктические альтернативы
Нужна ли вообще программа привлечения докторов в Арктику? Да, но другая, – полагает Олег Минин. Он указывает на общие проблемы северных регионов: низкую численность населения, климат, вызывающий предрасположенность к ряду заболеваний, и кочевой образ жизни коренных народов Севера.
Из-за отсутствия транспортной инфраструктуры стационарная медпомощь там часто недоступна, затруднены профилактическая работа и диспансеризация, а с врачебными кадрами беда. К тому же правовые нормы регионов не согласованы между собой, деятельность ТФОМС регулируется по-разному, различаются подушевые нормативы. «На мой взгляд, есть лишь один способ решить все эти проблемы разом: вывести сеть лечебных учреждений из системы субъектового подчинения, а также подчинения Минобороны (такие учреждения тоже есть в приполярных областях), – резюмирует Олег Минин, – и создать федеральную сеть. Целесообразно строить ее на базе ФМБА, которое отвечает за объемы оказания медпомощи проживающим или работающим в условиях экстремального биологического, физического, химического воздействия».
А какова все-таки позиция федерального Минздрава? Вероника Скворцова ответила на вопрос портала Medvestnik.ru: «Мы будем поддерживать ту программу, которая уже показала свою эффективность: “Земский доктор”. Мурманская область, как и труднодоступные области Дальнего Востока и Сибири, просто должна входить в эту программу и выбирать для себя врачей.
В целом она уже привела на село и в малые населенные пункты 29 тысяч специалистов. Есть регионы, которые просят у нас 100% заявленных средств, а набирают на 110%. И мы им эти деньги дополнительно даем. А есть регионы, которым мы даем 100% средств, а они выбирают 70%, а потом говорят: “Давайте усилим программу”. Так вы еще не реализовали ту, которая идет сейчас!
Надо работать по программам, которые уже есть».
Источник: medvestnik.ru
Врачам обещают деньги за переезд в села, но добиваться их приходится в суде. 6 вопросов главе минздрава
В области сложился дефицит медицинских работников. Особенно остро этот вопрос стоит в отдаленных сельских территориях. Проблему должны решать в том числе государственные программы «Земский доктор» и «Земский фельдшер», в рамках которых специалисты на пять лет переезжают на работу в села и получают за это от 500 тысяч до полутора миллионов рублей. Однако периодически медикам приходится выбивать законные выплаты у минздрава через суд. 66.RU обращается к министру здравоохранения Андрею Карлову с просьбой объяснить, почему так происходит.
Дефицит кадров
В Свердловской области — дефицит кадров в медицинской сфере. Как рассказывал «Ъ-Урал» председатель областной организации профсоюза работников здравоохранения РФ Сергей Угринов, особенно не хватает хирургов, анестезиологов, акушеров-гинекологов и других узких специалистов.
По его данным, в среднем в городах области не хватает от 20% до 40% врачей, в некоторых больницах эта цифра достигает 60%. Особенно остро стоит вопрос дефицита медперсонала в отдаленных сельских территориях. Так, например, в августе 2021 года губернатор Евгений Куйвашев отметил, что в центральной городской больнице Североуральска для полного укомплектования штата не хватает 123 сотрудников, в том числе 49 врачей. Как рассказывал в интервью ОТВ министр здравоохранения Свердловской области Андрей Карлов, в каждом городе области жители просят его: «дайте нам врачей, фельдшеров, медицинских сестер».
Деньги за переезд
- «Земский доктор», по которой врачам полагается компенсация от 1 до 1,5 млн рублей. Договор заключается на пять лет. Если врач не отработал этот срок полностью, он должен вернуть переплаченную ему сумму. Так, например, если он отработал три года, то он должен будет вернуть 400 тыс. рублей.
- «Земский фельдшер». При заключении соглашения на работу в сельской местности фельдшер получит единовременную компенсационную выплату от 500 до 750 тыс. рублей, которую можно получить в срок не позднее 30 дней после заключения соглашения.
Главные требования к специалистам по этим программам:
- наличие среднего профессионального или высшего медицинского образования;
- гражданство РФ;
- переезд и работа в сельской местности в региональном медицинском учреждении;
- заключение договора на пять лет.
В министерстве здравоохранения Свердловской области сообщают, что выплаты по этим программам предоставляются врачам, фельдшерам, акушерам и медицинским сестрам фельдшерско-акушерских пунктов, которые переехали на работу в сельские населенные пункты, поселки городского типа либо города с населением до 50 тыс. человек.
На сайте Минздрава РФ опубликована информация о том, что за 10 лет работы этих программ в сельскую местность и малочисленные города Среднего Урала переехал 1031 медик. Например, в Североуральск за последние годы переехали десять фельдшеров и семь врачей — они работают в районной больнице. В Гаринском городском округе в труднодоступном селе Андрюшино, где проживает менее 300 жителей, в 2021 году наконец-то появился свой фельдшер. В новый, установленный летом 2021 года, модульный ФАП из Серова приехал медик Сергей Шадрин по программе «Земский фельдшер».
Суды с минздравом
Но иногда медработникам не выплачивают положенные по программе деньги, и им приходится добиваться их через суд. Вот несколько примеров:
- В июне 2019 года Ольга С. окончила медицинский колледж и устроилась в ГБУЗ СО «Верхнесалдинская центральная больница» по программе «Земский доктор» фельдшером скорой помощи. Ольга подала заявление в региональный минздрав на получение компенсации в размере 500 тыс. рублей, а также 35 тыс. рублей — выплата единовременного пособия на обзаведение хозяйством. Но в декабре в министерстве заявили что для заключения договора ей необходимо пройти переподготовку по направлению «скорая неотложная помощь». Пройдя ее, Ольга вновь обратилась к чиновникам за выплатой, и ей снова отказали. Тогда она подала заявление в Ленинский суд. Он признал незаконным отказ минздрава в выплатах и обязал ведомство заключить договоры о предоставлении единовременной компенсационной выплаты и единовременного пособия на обзаведение хозяйством в размере 500 тыс. и 35 тыс. рублей.
- В июле 2020 года трое фельдшеров устроились по программе в скорую помощь «Тавдинской центральной районной больницы». После трудоустройства медики обратились за выплатами в 500 тыс. рублей, но региональный минздрав им отказал. Как установили в прокуратуре Свердловской области, медработники соответствовали требованиям программы, оснований для отказа в предоставлении выплат не было. Прокурор направил в Тавдинский районный суд исковое заявление о возложении на региональное министерство обязанности заключить с медицинскими работниками договоры о предоставлении единовременной компенсационной выплаты. Суд исковые требования удовлетворил.
- Фельдшер скорой помощи переехал в Верхнюю Туру в ноябре 2020 года. Но минздрав отказал ему в выплате положенной компенсации. Тогда медик обратился в прокуратуру Кушвы. Ведомство установило, что «оснований для отказа в предоставлении выплаты не имелось», и направило иск в суд. В итоге минздрав обязали заключить с фельдшером договор о предоставлении выплаты и перечислить ее. Министерство пыталось обжаловать это решение, но безуспешно. Сейчас компенсацию фельдшеру уже выплатили.
- В феврале 2020 года врач Центра медицины катастроф Татьяна Богавиева начала работать анестезиологом-реаниматологом в Белоярской центральной районной больнице (ЦРБ). Но получить положенные ей 1,5 млн рублей оказалось не так просто — по мнению минздрава, анестезиолог-реаниматолог «не относится к числу тех медработников, которые оказывают первую помощь». В марте 2021 года женщина обратилась в Ленинский суд. Инстанция частично удовлетворила ее требования, обязав министерство выплатить 1,5 млн рублей, а Белоярскую больницу — компенсировать 20 тыс. рублей за моральный вред. Минздрав Свердловской области пытался обжаловать это решение.
В итоге в январе 2022 года областной суд вынес решение, по которому минздрав обязан выплатить анестезиологу Татьяне Богавиевой 1,5 млн рублей в рамках программы «Земский доктор».
Новость по теме
Суд обязал минздрав выплатить врачу из Екатеринбурга 1,5 млн рублей за переезд в Белоярский
Открытые вопросу министру здравоохранения Свердловской области Андрею Карлову
Андрей Александрович, в связи с повторяющимися случаями отказов медработникам в положенных им выплатах мы просим вас ответить на несколько вопросов. Эти же вопросы мы отправили вам через вашу пресс-службу. Ответы обещаем опубликовать без редактуры.
- За десять лет в программах «Земский доктор» и «Земский фельдшер» приняли участие чуть больше тысячи медицинских работников из Свердловской области (население региона — 4,26 млн человек). Для сравнения — в Краснодарском крае (население — 5,68 млн человек) к концу 2020 года минздрав отчитывался о более чем трех тысячах участников программ, которые стартовали в тот же год, что и на Среднем Урале. Как вы оцениваете такие результаты?
- Скольким медикам минздрав Свердловской области отказал в получении выплаты по программам «Земский врач» и «Земский фельдшер»? Почему специалистам, которые соответствуют требованиям, отказываются платить?
- За время действия программы было несколько случаев, когда медикам отказывали в выплате, и получить ее специалисты смогли только через суд. Анализирует ли минздрав эти кейсы, чтобы в будущем не повторялись ситуации, в которых медику неправомерно отказывают в выплатах?
- Не боитесь ли вы, что ситуации, когда медикам приходится месяцами через суд добиваться положенных им выплат, снизят доверие к программам и врачи станут реже в них участвовать?
- Сколько медицинских работников сейчас не хватает в сельских населенных пунктах, поселках городского типа и городах с населением до 50 тыс. человек? В каких специалистах больницы нуждаются больше всего?
- В 2020 году в регионе не хватало 678 врачей, в 2021 году — уже 800. Особенно остро дефицит кадров ощущается на севере региона. Какие еще меры планирует предпринять минздрав, чтобы сократить дефицит медработников и сколько времени на это понадобится?
Источник: 66.ru