Под национализацией понимается обращение в собственность государства имущества, находящегося у граждан и юридических лиц (ст. 235 ГК). Национализация является исключительной мерой по прекращению частной собственности и трансформации ее в государственную.
Однако в ГК не указаны основания национализации, которые, как правило, определяются государственными интересами и не зависят от воли собственника имущества. Следует указать, что в РФ нет специального законодательства о национализации. Многочисленные законопроекты по тем или иным причинам были отклонены Государственной Думой или Правительством РФ.
Так, один из последних проектов ФЗ «Об обращении имущества, находящегося в собственности граждан и юридических лиц, в собственность Российской Федерации (национализации)», имевший ряд существенных недостатков, снят с рассмотрения 11 мая 2005 г. в связи с отзывом его авторами [1] . В настоящее же время существует чуть ли не единственный закон, который допускает возможность национализации имущества. Так, в соответствии со ст. 13 ФЗ от 8 января 1998 г. № 10-ФЗ «О государственном регулировании развития авиации» (РГ. 1998. 14 янв.) государство вправе национализировать любое имущество в целях обеспечения интересов в области развития авиации.
Национализация в цивилизованном обществе становится средством государственного регулирования, которое призвано обеспечить интересы всего общества за счет имущества отдельных лиц. Поэтому обычно она проводится в тех редких случаях, когда становится необходимым обеспечить интересы всего общества [2] . Национализации подлежат преимущественно пострадавшие от различного рода кризисов, ставшие нерентабельными отрасли и производства, которые требуют долгосрочных вложений. К широкой практике национализации отдельных фабрик или отраслей промышленности прибегли многие европейские государства после Второй мировой войны.
В ГК специально оговаривается, что национализация возможна только на основании специального закона с возмещением стоимости имущества и других убытков в порядке, установленном ст. 306 ГК. Однако ссылка на ст. 306 ГК, по мнению некоторых правоведов, не полностью соответствует положениям ст. 35 Конституции.
В данной статье устанавливается, что принудительное изъятие имущества для государственных нужд может быть произведено только при условии предварительного и равноценного его возмещения. По общему правилу положения Конституции имеют приоритет перед другими законами и непосредственное применение. Таким образом, в случае принятия федерального закона о национализации определенного имущества в нем необходимо определить порядок предварительного и равноценного возмещения стоимости национализированного имущества [3] .
Национализации присущи следующие черты. Во-первых, ее проведение возможно только на основании закона. Во-вторых, выплата равноценного и справедливого возмещения есть необходимое условие всякой национализации по современному российскому законодательству. Без соблюдения этого условия нельзя признать национализацию законной.
В-третьих, объектом национализации является право частной собственности, причем, как правило, не просто на имущество, а на имущественные комплексы, предприятия в смысле ст. 132 ГК. Если при этом в процессе обмена акций, долей или паев хозяйственных обществ на государственные облигации не происходит перехода частной собственности на имущественный комплекс в собственности государства, поэтому такой обмен нельзя расценить как разновидность национализации [4] . В-четвертых, результатом национализации является возникновение права собственности у государства. В-пятых, национализация никак не связана с правонарушением.
Указанные особенности позволяют отличить национализацию от смежных категорий. На практике наибольшие трудности вызывает разграничение национализации от конфискации и реквизиции.
Следует подчеркнуть, что принудительное изъятие у собственника принадлежащего ему имущества допустимо только в тех случаях, которые прямо указаны в п. 2 ст. 235 ГК. Перечень таких случаев является исчерпывающим.
Реквизиция — это предусмотренное законом принудительное изъятие у частного собственника имущества по решению государственных органов в неотложных общественных интересах и с обязательной компенсацией (ст. 242 ГК) [5] . Реквизиция проводится только в обстоятельствах, которые носят чрезвычайный характер: стихийные бедствия, аварии, эпидемии, эпизоотии и т.п. Подобное изъятие может производиться исключительно в интересах общества. Право собственности на реквизированное имущество обременено правом требования со стороны бывшего собственника о возврате этого имущества после окончания действия оснований реквизиции. А при национализации бывший собственник не наделен подобным правами.
Конфискация, в отличие от национализации, представляет собой санкцию, применяемую к частному собственнику в установленном законом порядке за совершение им правонарушения (ст. 243 ГК). Такая санкция может быть применена к частному собственнику за совершение уголовного преступления либо иного правонарушения.
Единственным случаем конфискации за гражданское правонарушение является предусмотренное ст. 169 ГК правило, устанавливающее возможность безвозмездного изъятия имущества в доход государства в случае умышленного совершения сделки с целью, противной основам правопорядка и нравственности.
Отличие от национализации заключается в том, что такое изъятие в большинстве случаев осуществляется на основании решения суда. Административный же порядок конфискации может предусматриваться законом. Например, при изъятии предметов контрабанды таможенными органами, незаконных орудий охоты органами охраны природы и т.д. Однако и в данном случае изъятие может быть обжаловано в суд.
Следует заметить, что названными случаями изъятие имущества не исчерпывается, равно как нет ясных критериев для отнесения или неотнесения их к национализации. Решение вопросов, связанных с принудительным изъятием имущества, возможно в давно ожидаемом федеральном законе о приватизации.
- [1] В законопроекте не решался вопрос о его соотношении с нормами Конституции, в частности со ст. 35, которая не предусматривает возможность лишениясобственника имущества без решения суда. К числу прочих недостатков проекта следует отнести и нечеткость в определении критериев национализации,и отсутствие у собственника права на возмещение убытков в случае прекращения процедуры национализации, а также права на обращение в суд в томслучае, если государственный орган уклоняется от подписания соглашенияо размере компенсации, определяемого на основании независимой оценки,и т.д. См. подробнее: Ивлиев Д. И вновь о национализации // эж-ЮРИСТ.2003. № 14.
- [2] См.: Дорофеева Ю.А. Национализация: аспект международного частного права.Самара, 2000. С. 5.
- [3] См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации / Под ред.Т.Е. Абовой, М.М. Богуславского и др. М., 2005.
- [4] См.: Белов В.А. Национализация в российском гражданском праве: история исовременность // Законодательство. 1999. № 2, 3.
- [5] Помимо ГК отношения по реквизиции имущества регулируются Сводным законом РСФСР от 28 марта 1927 г. «О реквизиции и конфискации имущества»(СУ РСФСР. 1927. № 38. Ст. 248).
Источник: studref.com
Национализация: угроза или спасение?
Кризис активизировал действия российского государства по скрытой и открытой национализации проблемных предприятий. Но является ли такая стратегия правильной? Дадут ли подобные меры ожидаемый положительный эффект? И есть у них альтернативы?
Одним из наиболее популярных антикризисных лекарств в большинстве индустриальных стран становится полная или частичная национализация важнейших банков и предприятий. В США и Великобритании под контроль государства перешли уже целые отрасли экономики. Правительство Барака Обамы намерено получить даже 60% акций такого автомобильного гиганта как «General Motors». Правда, Барак Обама пояснил, что «не собирается управлять» GM, и подчеркнул, что национализация концерна носит временный характер. Однако понятие «временно» весьма растяжимо.
В России государство и раньше не прочь было вмешаться в дела частных предприятий. С кризисом же для национализации появился вполне благовидный повод. Сегодня предложения о передаче государству компаний, приостановивших деятельность и задолжавших рабочим, вызывает полное одобрение со стороны последних. Эксперты же относятся к усилению роли государства в экономике весьма скептически. Разберемся подробнее в этом вопросе.
1. Государство не должно поддерживать убыточные предприятия. «Санация несостоятельных предприятий предусматривает их активную национализацию», — соглашается экономист Сергей Кораблин. Однако он подчеркивает, что при равномерном распределении денежных потоков помощь оказывается не только жизнеспособным предприятиям, но и банкротам, спровоцировавшим кризис, а это противоречит экономической логике, принципам конкуренции и общественной морали.
Не зря правительство, например, Китая, на деле доказавшее свое умение управлять экономикой в условиях кризиса, вместо выделения субсидий умирающим предприятиям предпочитает создавать условия для того, чтобы они стали более прибыльными: понижать налоги и повышать внутренний спрос.
Национализация невыгодна государству, поскольку требует огромных затрат и не дает никаких гарантий возрождения предприятия. Заместитель генерального директора по стратегическому развитию ОАО «Холдинговая компания «АК БАРС»» Ринат Уразаев сомневается в эффективности подобных решений. «Государство вообще самый неэффективный собственник. Допустим, предприятие не может выжить, потому что его продукцию никто не покупает. Но если завод будет передан государству, оно что, потом будет скупать его продукцию?», — скептически замечает он.
«С 2001 по 2007 годы по объему добавленной стоимости нефтянка выросла на 49%, а газовый сектор, где отсутствует конкурентная среда, снизился на 5%. Остальная экономика, где много частного капитала, выросла на 64%», — такие данные приводит руководитель Экономической экспертной группы Евсей Гурвич.
Национализация предприятий «может прикончить наше государство, по крайней мере, его экономику. Потому что государство — неэффективный управленец, оно доказало это уже один раз по полной программе. Это шаг назад, шаг к потере конкурентоспособности», — уверен председатель совета директоров ОАО «Диалог Консалтинг» Александр Таркаев.
По его мнению, для здоровья экономики надо создать условия, при которых предприятие могло бы легко появиться и «легко умереть, если оно не справляется с работой». При таком подходе у убыточного предприятия возникает шанс обрести нового, более умелого владельца и управляющего. «Смерть предприятия это — не смерть его активов. Станки не проваливаются сквозь землю, ни здания, ни работники; просто приходят более эффективные люди, которые могут использовать все это гораздо лучше», — поясняет бизнесмен.
2. Национализация в российском варианте нарушает Конституцию и снижает инвестиционный потенциал страны. «Любая национализация означает нарушение ранее принятых договоренностей. У нас ее понимают так: отнять предприятие за неэффективное управление. Поэтому я категорически против национализации, так как она рушит основы Конституции и рыночной экономики, снижает инновационный потенциал страны», — заявляет председатель совета директоров казанской Группы Предприятий Безопасности «Контр» Ильдус Янышев. «Национализация возможна лишь только через проведение процедуры банкротства, когда имущество должника переходит в собственность его кредиторов», — уверен бизнесмен.
3. Национализация способствует коррупции и непрозрачности. Консолидация с участием государства чаще всего происходит в непрозрачном пространстве. Никто не считает нужным подробно информировать бизнес-сообщество о нюансах перемещения собственности из рук в руки.
При этом представители власти не говорят и о том, когда и как госкомпании начнут выходить из капитала частных игроков. И будет ли оно делать это вообще.
Национализированная собственность становится инструментом манипуляций. Через некоторое время ее втихомолку передадут другим владельцам, уверен Член Общественной палаты Российской Федерации Николай Сванидзе. «Потому что государство крайне неэффективный собственник и самый коррумпированный собственник.
Чем больше у государства собственности, тем более коррумпирована система. Поэтому долго держать ее в своём распоряжении, разоримся все. Государство не этого может. Поэтому собственность раздадут другим. К тому времени, может, уже и кризис закончится», — поясняет тележурналист.
Президент, премьер-министр и правительственные чиновники многократно заявляли, что о национализации экономики речь не идет, приоритет по-прежнему отдается частной инициативе. Но из прямых мер поддержки, которые предполагали власти (кредитование, госгарантии, субсидии и вхождение в капитал), реально заработала лишь последняя. Проникновение госкапитала в российскую экономику кажется пока не очень значительным. Зато настораживают методы отъема собственности в случае интереса к конкретному предприятию.
«За время кризиса в оборонке появилось три крупных примера национализации с элементами экспроприации, когда оказывалось силовое давление на владельцев НПО «Сатурн», Уфимского моторостроительного ПО и Амурского судостроительного завода, — говорит эксперт Центра анализа стратегий и технологий Константин Макиенко. Два случая на счету «Оборонпрома», а фактически бесплатный переход в госсобственность Амурского завода — личная заслуга Владимира Путина. Премьер публично обвинил Концерн средне- и малотоннажного кораблестроения в неэффективном хозяйствовании, приведшем к трагедии (во время испытаний атомной подводной лодки «Нерпа» в ноябре 2008 года погибло 20 человек), за что тот и лишился актива. «Но так ли неэффективны были менеджмент и собственник, — удивляется Константин Макиенко, — если в труднейших условиях завод выполнил заказ, изготовив подлодку? Да и авария произошла не по его вине».
4. Национализация — популистская мера и выгодна скорее власти, чем государству и рабочим. «Если вы хотите помогать — помогайте людям, не спасайте предприятия, эта истина давным-давно известная, — заявляет бывший министр экономики, научный руководитель ВШЭ Евгений Ясин. — «Пожалуйста, выясните, сколько денег должны эти предприятия своим работникам.
Постарайтесь сделать так, чтобы там было или банкротство или другой способ, чтобы деньги были заплачены. В крайнем случае, эти выплаты должно взять на себя государство, органы социальной защиты. Есть пособие по безработице. Вот с моей точки зрения это нормальный выход», — добавляет экономист.
Он поясняет, что при национализации предприятий государству предстоят гораздо большие расходы, поскольку ему придется платить не только рабочим, но и тем, кто управляет предприятиями, а также тем, кто поставляет на эти заводы сырье и т.д. и т.п. «Платите людям. Если вы хотите, чтобы люди сами для себя что-то сделали, то вы подумайте о том, чтобы привлечь их к малому предпринимательству, открыть какие-то перспективы. Это же проще всего», — предлагает Евгений Ясин.
«С точки зрения поддержки градообразующих предприятий гораздо эффективней дать денег непосредственно уволенным работникам и вложиться в их переобучение», — согласна руководитель проекта БСС «Система Главбух» Елена Авилова. Затраты бюджета при этом будут на порядок ниже, при этом эти деньги создадут спрос, то есть простимулируют экономику. Если же финансировать предприятие вместо финансирования населения, то срок «срабатывания» этих инвестиций настолько далёк, что это наверняка окажется экономически неэффективно, — добавляет она.
Обеспечить выплату зарплат рабочим поможет не национализация, а грамотное использование законов, уверен председатель совета директоров ОАО «Диалог Консалтинг» Александр Таркаев. В качестве примера он приводит ситуацию, сложившуюся в городе Пикалево, в Ленинградской области. «Мы все время забываем, что у нас есть закон.
Особенно обидно, когда этим грешат руководители правительства. Сначала они забыли о том, что есть закон, когда не включили соответствующие рычаги давления на компанию, как только она начала безобразничать с оплатой труда. Во-вторых, есть ответственность руководителей. Есть ответственность головных организаций и организаций владельцев за решения, принимаемые дочерними компаниями. Почему для этого нужен выход народа на улицу и демонстративный визит премьер-министра с требованием решить все вмиг?», — недоумевает бизнесмен.
«У нас по стране сотни, тысячи проблемных предприятий, — напоминает политик Владимир Милов, — мы не сможем, просто у страны нет ни ресурсов, ни возможностей, это и неправильно было бы, каждый раз в таких проблемных ситуациях бросаться и предлагать такие радикальные решения как национализация. Ну, это достаточно смешное действие. Вот я в своем Живом Журнале сравнил это с тем, что, вот, если бы пришли новости о том, что к Земле приближается астероид, депутаты от «Единой России» сразу предложили бы принять закон о запрете сближения астероидов с планетой Земля. Ну, действительно, смешно, нельзя решать серьезные системные проблемы такими популистскими наскоками», — считает политик.
Источник: kapital-rus.ru
Глава СК предложил национализировать главные секторы экономики России
Глава Следственного комитета (СК) России Александр Бастрыкин, выступая на Петербургском международном юридическом форуме, предложил национализировать главные секторы экономики страны. Об этом сообщает РИА Новости.
«Мы говорим по сути об экономической безопасности в условиях войны… А дальше — следующая ступень — давайте пойдем по пути национализации основных отраслей нашей экономики», — цитирует Бастрыкина информационное агентство.
Глава СК также предложил ранее вернуть в качестве наказания за уголовные преступления конфискацию имущества, которая была отменена в 2003 году. По мнению Бастрыкина, «отсутствие такой меры наказания иногда делает бессмысленными расследование и судебные приговоры». Он уже обратился к Министерству юстиции России просьбой рассмотреть это предложение.
Ранее Александр Бастрыкин заявил, что корпорации, выполняя оборонзаказ, допускают факты коррупции и воровства. «Мошеннические схемы реализуются даже в сфере оборонной промышленности. (. ) Дальше уже просто ехать некуда», — заявил глава СК.
Источник: lenta.ru