Ничего подобного в России не происходило со времен попытки переворота в бывшем СССР в 1991 году. Полиция арестовала якобы за получение взятки министра экономического развития Алексея Улюкаева. Это произошло в офисе крупнейшей нефтяной компании «Роснефть», от которой Улюкаев якобы и требовал два миллиона долларов за то, что дал согласие на покупку компании «Башнефть».
Ян Жижка (Jan Žižka)
Ничего подобного в России не происходило со времен неудачной попытки переворота в бывшем Советском Союзе в 1991 году. Российская полиция арестовала якобы за получение взятки высокопоставленного государственного чиновника — министра экономического развития Алексея Улюкаева. Это произошло в офисе крупнейшей российской нефтяной компании «Роснефть», от которой Улюкаев якобы и требовал два миллиона долларов за то, что дал свое согласие на покупку ею добывающей компании «Башнефть».
Одно дело — судьба Алексея Улюкаева, и другое — судьба российской нефти. Снова встают вопросы: кому, собственно, принадлежит российская нефть? Кто контролирует российскую нефтяную отрасль? Ведь говорить о «пустяках» тут не приходится: Россия является одним из трех крупнейших производителей нефти вместе с Саудовской Аравией, а после начала американского сланцевого бума и с Соединенными Штатами.
Даже без всяких конспиративных теорий внимание привлекает, по понятным причинам, один факт: раньше Улюкаев занимал довольно непреклонную позицию в продаже акций «Башнефти» компании «Роснефть». Кстати, подобного мнения придерживались и некоторые другие экономисты, которые сомневались в необходимости создания в России буйно растущего «государственного капитализма».
Приватизация в государственные руки
О чем, собственно говоря, идет речь? Россияне объявили об очередной волне приватизации некоторых государственных компаний, и фирма «Башнефть» стала одной из первых на очереди. «Башнефть» относится к пяти — шести наиболее крупным нефтедобытчикам в России. В этом году свою долю (чуть более 50%, точнее 50,08%) в «Башнефти» продало федеральное правительство, тогда как 25-процентная доля Республики Башкортостан, как части Российской Федерации, не продавалась.
Однако результат «приватизации» оказался курьезным: компания снова оказалась в государственных руках. Приблизительно 50% акций компании купила другая контролируемая государством фирма «Роснефть», возглавляемая одной из наиболее влиятельных фигур в российской политике и бизнесе — Игорем Сечиным. Некоторые предполагают, что именно Сечина могла не устраивать прежняя негативная позиция Улюкаева по этой сделке.
«Приватизация» в государственные руки не российское изобретение. Подобные случаи были во время приватизации энергетических компаний в Польше. А во Франции, хоть там и не объявляли официально о приватизации, например, часть бизнеса контролируемой государством фирмы Arevа попала в руки другой компании с государственным участием — EDF.
Но что касается «Башнефти», то интересны и другие обстоятельства. Однажды эта фирма уже была в частном владении: в 2003 — 2004 годах. Постепенно под контроль ее взял предприниматель Владимир Евтушенков, вернее его финансовый холдинг «АФК Система». Но впоследствии Арбитражный суд Москвы принял решение о национализации компании.
Битва за имущество
Как видно на примере «Башнефти», ответить на основной вопрос, кому принадлежит российская нефть, в России может быть очень сложно. Возможных ответов несколько, и их соответствие реальности довольно быстро меняется. Дело в разделении власти между разными крылами в Кремле, в разделении полномочий и «имущества» между федеральным и местными правительствами, а также в вовлечении частных игроков и сохранении их собственности.
Кроме того, в игре участвуют иностранные инвесторы, которых текущая приватизация призвана стимулировать. И тут борьба ведется вокруг того, какие активы стратегически слишком важны, чтобы перейти к иностранным владельцам, а какие нет.
Фирму «Башнефть» долгое время контролировали «местные» органы власти Республики Башкортостан. Уже они решились на своего рода «приватизацию», которая привела в 2003 году к спорным результатам: нефтяную компанию получил Урал Рахимов, сын бывшего тогда президентом Муртазы Рахимова.
Арбитражный суд, однако, принял решение о новой национализации «Башнефти» уже позднее — в 2014 году, то есть через несколько лет после того, как фирму купил частный предприниматель Евтушенков (его иногда называют олигархом, близким Кремлю). При нем, судя по всему, компания в целом процветала и расширяла добычу в других российских регионах. Тем не менее суд постановил, что приватизация 2003 года была незаконной, поскольку местные власти занимались ею, не имея соответствующих полномочий и согласия федеральных органов.
Усиление московского центра
Примечательны и другие обстоятельства, касающиеся решения Арбитражного суда. Именно в тот период предприниматель Евтушенков на несколько месяцев оказался под домашним арестом из-за подозрений в отмывании денег. Впоследствии обвинение было снято.
Издание The Economist интерпретировало эти события так: якобы уже Евтушенков отказался от предложенной Игорем Сечиным продажи «Башнефти» компании «Роснефть». После Евтушенков оказался под домашним арестом, а его фирма перешла к государству.
Источник: inosmi.ru
«Роснефть» продала венесуэльские активы
—>
Обновлено 29 марта в 12:43
«Роснефть» объявила о прекращении деятельности в Венесуэле и продаже всех активов, связанных с этой страной. Их купила компания, на 100% принадлежащая правительству России, говорится в пресс-релизе. Вот как прокомментировал это сообщение пресс-секретарь «Роснефти» Михаил Леонтьев:
Михаил Леонтьев пресс-секретарь «Роснефти» «Мы публичная компания общемирового масштаба, мы должны предпринимать действия, защищающие интересы всех наших акционеров. Мы просто теперь можем проверить, насколько публичные обещания наших, так сказать, американских товарищей выполняются».
Продажу активов комментирует ведущий аналитик Фонда национальной энергобезопасности Игорь Юшков.
Игорь Юшков ведущий аналитик Фонда национальной энергобезопасности «Здесь стало понятно «Роснефти», что эти активы будут генерировать только убытки, что добыча останавливается в стране и по внутренним причинам, и по внешним. Две довольно крупные «дочки» «Роснефти» попали под санкции именно из-за покупки венесуэльской нефти.
И я думаю, что здесь стало понятно «Роснефти», что если она не откажется от подобной практики, то санкции распространятся на головную компанию. В мире огромный переизбыток предложения нефти. И если раньше смотрели на эту ситуацию, что нельзя против «Роснефти» как крупнейшей российской компании вводить санкции, потому что рынок этого не переварит, то теперь как раз он это переварит. Сейчас непонятно, какая сумма сделки, и неясен конечный покупатель, потому что конечный покупатель тоже может попасть под санкции, если решит вывозить эту венесуэльскую нефть».
Название госкомпании, которая выкупила у «Роснефти» венесуэльские активы, в пресс-релизе не приводится. По мнению старшего аналитика «БКС Премьер» Сергея Суверова, это «Роснефтегаз», который находится в федеральной собственности. Через эту компанию государству принадлежит чуть более половины акций «Роснефти». Теперь «Роснефтегаз» получает венесуэльские активы, а взамен отдает компании Роснефть ее собственные примерно 10% акций, которые поставит на баланс одного из дочерних обществ, считает Сергей Суверов.
В результате доля «Роснефтегаза» в капитале «Роснефти» сократится до чуть более 40%, и формально государство лишится так называемого математического контроля в «Роснефти», продолжает Сергей Суверов.
Сергей Суверов старший аналитик «БКС Премьер» «Роснефть» решила продать венесуэльские активы из-за больших политических рисков, связанных с санкциями. С учетом того, что «Роснефть» является публичной компанией, ее акции торгуются на Лондонской бирже, у «Роснефти» есть иностранные акционеры, решили минимизировать риски и теперь есть вариант, что санкции США могут быть смягчены или вообще сняты в отношении венесуэльского бизнеса.
Так как оплатой венесуэльских активов выступили акции «Роснефти», которые находились на балансе «Роснефтегаза», то вполне возможно, что именно «Роснефтегаз» становится владельцем венесуэльских активов. Но на самом деле «Роснефтегаз» все равно, даже несмотря на то, что его доля ушла ниже 50%, является ключевым акционером, и тем не менее роль государства в управлении «Роснефти» остается неизменная. Поэтому каких-либо изменений с точки зрения деятельности компании со стороны акционеров, наверное, не произойдет. Пакет, который передали «Роснефти», является квазиказначейским, и он может находиться на балансе у компании достаточно продолжительное время. Скорее всего, голосовать по этому пакету будет «Роснефтегаз», то есть контроль государства сохраняется, но не исключено, что через какое-то время — может быть, достаточно продолжительное — пакет может быть продан обратно «Роснефтегазу».
Как пишет РБК, исходя из текущей рыночной стоимости 9,6% акций «Роснефти», ее венесуэльский бизнес оценен в рамках сделки с правительством в 308 млрд рублей, или почти 4 млрд долларов по текущему курсу. Источник, знакомый с подготовкой сделки, сказал РБК, что «оценку активов проводила независимая международная компания». «Роснефть» вложила в проекты в Венесуэле 9 млрд долларов начиная с 2010 года, подсчитывало в прошлом году агентство Reuters.
Источник: www.bfm.ru