Демонстративный отказ от выплат, как показывает история, приносит любой стране больше вреда, чем пользы даже со всеми поправками на обстоятельства. Классический тому пример — решение Советской России не возвращать имперские долги. Выигрыш оказался крайне сомнительным и крайне негативно повлиял на историю страны в среднесрочной перспективе.
В России было пять дефолтов: в 1839, 1885, 1918, 1991 и 1998 годах. В 1839 году возникла гиперинфляция в результате денежной реформы. В 1885 году произошел развал экономики из-за роста военных расходов в связи с русско-турецкой войной. В 1991 году российское правительство объявило дефолт после развала СССР. В 1998 году разразился рублевый кризис.
А вот в 1918 году советское правительство отказалось от выплаты царских долгов. Этот отказ означал уход от западного капитализма.
Давайте этот момент вспомним подробности …
Вообще ДЕФОЛТ – нарушение платежных обязательств заемщика перед кредитором, неспособность производить своевременные выплаты по долговым обязательствам или выполнять иные условия договора займа.
Черный август. Дефолт.
В широком смысле слова этим термином обозначают любые виды отказа от долговых обязательств (т.е. он является синонимом понятию «банкротство»), но как правило его используют более узко, имея в виду отказ центрального правительства или муниципальных властей от своих долгов.
А для начала вспомним историю . История невозврата долгов cуверенными государствами уходит корнями в глубокую древность и почти сливается с историей государственного бюджета. Дело в том, что внутренние и внешние займы являются одним из универсальных источников доходов государства. Однако у правительства (в отличие от частного заемщика) всегда есть соблазн отказаться от выплаты долга, не опасаясь наказания: государство само является высшим гарантом выполнения любых обязательств, а потому оно не накажет самого себя. От частого применения дефолта удерживает то, что раз обманутые кредиторы больше уже не будут давать займы правительству, которое не выполняет своих обещаний.
Дефолты возникали по разным причинам – от чисто экономических, когда заемщик действительно был не в состоянии производить платежи, до политических, когда сильный не платил слабому либо когда новое правительство отказывалось признавать долги, сделанные предшествующим руководством.
Классическим примером государственного дефолта является история с английским королем Эдуардом III, который в 1327 отказался платить по долгам своего предшественника итальянским банкирам. Не всегда неуплата долга проходила для царственных особ безболезненно.
Так, французский король Иоанн II Добрый, попавший во время Столетней войны в 1356 в плен к англичанам, был отпущен ими для сбора выкупа, но затем оказался вынужден из-за неуплаты части суммы вернуться в английский плен, где и умер. Испанский императорКарл V, будучи не в силах уплатить долги, передал на время права на эксплуатацию Венесуэлы своим немецким банкирам – Фуггерам. Его сын Филипп II за время своего правления трижды приостанавливал уплату государственных долгов. Одним словом, во времена «мрачного средневековья» аккуратная расплата царствующих особ по долгам была скорее исключением, чем правилом.
Деньги исчезают в полночь. Кто виновен в дефолте. Девянoстые (90-е)
В новое время кредитно-денежные отношения «обросли» нормативными актами на межгосударственном уровне, поэтому «платежная дисциплина» правительств заметно возросла. Но и эта эпоха богата случаями невозврата государственных долгов, причем со стороны отнюдь не самых бедных стран.
Так, Оливеру Кромвелю в 1650-е были крайне необходимы деньги на завоевание Ирландии. Он занимал их у лондонских богачей, а также у протестантов во всей Европе. Расплачиваться с кредиторами, а также с солдатами и офицерами собственной армии, Кромвель собирался землей, конфискованной у ирландских католиков.
Земель на всех, конечно, не хватило, и Кромвель «забыл» рассчитаться с иностранцами. Еще чаще отказывалось от своих долгов французское правительство: в 16–19 вв. Франция объявляла дефолт фактически каждые 30 лет.
После победы капиталистического строя правительства стали объявлять дефолт гораздо реже, поскольку неплатежеспособность правительства подрывала авторитет национального бизнеса. Когда же от своих долговых обязательств перед банками развитых стран отказывались правительства стран периферии, то это нередко становилось предлогом для колониальных войн. Так, после отказа от долгов правительства Мексики правительство Наполеона III начало в 1850-е настоящую войну против этого государства. Другой известный дефолт 19 в. – дефолт, объявленный правительством Египта в 1875, после которого зонаСуэцкого канала оказалась фактически аннексированной европейскими державами.
В начале 1918 года пришедшие к власти в Петербурге и Москве большевики оказались перед дилеммой. С одной стороны, идеологическая позиция требовала как «мира без аннексий и контрибуций», так и непризнания долгов перед капиталистической системой, а финансово-экономическая ситуация в революционной стране была тяжелой. С другой стороны, портить отношения с Антантой, не укрепив свою позицию внутри страны, было чревато. В итоге большевистское правительство все-таки решило рискнуть, и 3 февраля был издан декрет об аннулировании всего внутреннего и внешнего государственного долга. К последнему относились почти 18,5 миллиарда рублей золотом, из которых больше половины пришлось на набранные во время Первой Мировой.
Ленин и Троцкий на праздновании второй годовщины Октябрьской революции Фото: Mary Evans Picture Library / Global Look
Реакция Антанты оказалась предсказуемой. Особенно с учетом того, что спустя месяц большевики подписали сепаратный мир с Германией и Австро-Венгрией. С Советской Россией прервали все экономические сношения, а союзники сделали ставку на белых. Помощь была ограниченной, однако серьезные проблемы у Советского правительства возникли. Итогом была тяжелейшая и разрушительная для страны гражданская война и массовый голод.
Россия оказалась в блокаде, из которой нужно было как-то выходить. Тем более что и бывшие союзники поняли, что коммунистический режим установлен надолго и, значит, следует искать с ним точки соприкосновения. Наибольшие усилия в этом направлении прилагала Великобритания под руководством премьера Дэвида Ллойд-Джорджа, которая уже успела заключить с Москвой торговый договор. В конечном итоге все участники войны впервые договорились встретиться на конференции в Генуе, на которую должны были прибыть и российские представители.
Политики на конференции в Генуе Фото: Scherl / Global Look
Конференция открылась 10 апреля 1922 года. Советскую делегацию в Генуе возглавлял народный комиссар по иностранным делам Георгий Чичерин, то есть представительство было максимально серьезным. Но разговор оказался жестким. Сразу после того как зашел разговор о возврате долгов, советская сторона выставила встречные требования: компенсация в размере 39 миллиардов рублей за причиненный в ходе гражданской войны ущерб. Кроме того, советские представители отказались вернуть иностранную собственность, национализированную в ходе революции.
Тактика советской стороны заключалась в том, чтобы договориться с разными странами по отдельности. Скажем, Великобритания и Италия, потерявшие в России не так уж и много, были готовы к сотрудничеству. Но были и Франция с Бельгией, категорически недовольные слишком мягким обращением с большевиками. Бескомпромиссная позиция французского премьера Раймона Пуанкаре также сыграла свою роль в неготовности участников договариваться по-настоящему. Великобритания, сильнейший на тот момент игрок в Европе, была готова уступить Франции взамен на ее уступки по Германии, которая на тот момент была более приоритетной целью дипломатии для экс-Антанты.
Кроме того, цели советской стороны были довольно двусмысленными. Инструкции советских партийных органов предписывали делегации Чичерина «в действительности за кулисами переговоров возможно более рассорить буржуазные государства…, преследуя и реальные интересы, то есть создав возможность отдельных соглашений с отдельными государствами и после срыва Генуэзской конференции». При таком настрое не стоит удивляться, что нормального диалога так и не получилось.
В итоге переговоры завершились ничем. Разговор было предложено продолжить спустя несколько месяцев в Гааге, но и там выработать какую-то общую позицию не удалось. Вместо этого советские дипломаты поехали в Рапалло, где смогли уладить все спорные вопросы с Германией. Москва повторила отказ от немецких репараций, но одновременно утвердила за собой конфискованную во время и после войны собственность Германии и ее граждан. Таким образом, именно Берлин стал главным партнером СССР на ближайшие десять лет.
Дэвид Ллойд Джордж Фото: Scherl / Global Look
Хотя это было существенно лучше, чем ничего, успехи молодого советского государства на почве финансово-экономической дипломатии были скромными. Веймарская Германия с ее запредельной гиперинфляцией была столь же нищей, сколь и Россия, и ждать от нее помощи на восстановление хозяйства было бы странно. А в 1933-м году к власти пришли нацисты, и Советский Союз оказался в изоляции.
Со временем политические отношения с бывшей Антантой до известной степени уладились, страны Запада в течение 20-х годов признавали СССР одна за одной. Однако вопрос отказа от погашения кредитов висел дамокловым мечом над экономическими связями. Самой большой проблемой стала невозможность перекредитоваться, а также выйти на западные, в первую очередь американские финансовые рынки, хотя советские структуры время от времени выпускали облигации на английских и американских биржах и даже кредитовались под экспорт. Однако все это были не те суммы, на которые можно было рассчитывать при более благосклонном отношении государств-кредиторов.
Скажем, в 1933 году СССР поднял вопрос о кредите в США в размере миллиарда долларов. Эта сумма составляла примерно одну пятую всех затрат по планам индустриализации. Американцы, поколебавшись, сказали «нет». Неудачными оказались попытки кредитоваться и в других странах.
Если бы СССР изначально обладал хорошей кредитной историей, то вероятность получения этих и даже больших сумм была бы куда большей. Возможность занять средства за рубежом в условиях такого дорогого удовольствия как индустриализация была бы для советской власти исключительным подспорьем. С доступом к мировому кредитному рынку государство действовало бы более уверенно и, вероятно, не пыталось бы использовать такой спорный способ изъятия товаров у населения как коллективизация. Последняя, проведенная в спешке и крайне непрофессионально, нанесла тяжелейший удар по советскому сельскому хозяйству (скажем, поголовье крупного рогатого скота не удавалось восстановить в течение нескольких десятилетий).
Слева направо: заместитель народного комиссара иностранных дел Максим Литвинов, Вацлав Воровский, С. С. Пилявский, народный комиссар внешней торговли Леонид Красин на международной конференции в Генуе.Фото: РИА Новости
Но, может быть, другого выхода у Советской России, кроме как отказаться от долгов, и не было? Действительно, сумма обязательств на первый взгляд выглядела неподъемной, превышая весь ВВП страны. В советской историографии этот дефолт оправдывался в том числе и тем, что государство освободилось из-под тяжкого бремени и могло начать с чистого листа.
Однако реальность намного сложнее. Во-первых, по факту не все долги (как оказалось) нужно было отдавать. Большая их часть в случае России относилась к военным, взятым уже во время Первой мировой. И если посмотреть на международный опыт, то мы видим, что практически никто из должников не заплатил не то что полные суммы по этим обязательствам, но даже и половины от них.
После войны крупнейшим мировым кредитором оказались США, которые загнали в долги даже Британскую империю. В общей сложности американцы профинансировали страны Антанты (исключая Россию) на 10,5 миллиарда долларов (более 200 миллиардов долларов в нынешних ценах). Уже к началу 1920-х годов стало ясно, что разрушенные экономики европейских стран такие суммы потянуть не смогут. В 1922 году Конгресс создал комиссию, которая должна была заниматься вопросом урегулирования этой задолженности.
В 1930 Англия отказалась обслуживать свой долг Америке в 14,5 млрд. долл. Частично Англия оправдывала свои действия тем, что ряд правительств американских штатов находились тогда (и до сих пор находятся) в дефолте по обязательствам перед Великобританией, взятым еще в середине 19 в. и существенно превысившим к 1930 английский долг Америке.
Последовав примеру Великобритании, долги Первой мировой не вернули Америке также Франция и Италия, не имевшие перед американцами никакой обратной задолженности. На Германии лежал долг по выплате репараций, тянувшийся со времен Версальского договора. Правительство Гитлера в 1933 от их выплаты отказалось, но послевоенное правительство Аденауэра вновь признало их, и в 1953 ФРГ обязалось выплатить их после воссоединения Германии. Однако, став единой, в 1990 Германия на 20 лет реструктуризировала эти долги.
После переговоров с союзниками утвердили новую программу выплат. Европейцы согласились на колоссальных масштабов реструктуризацию. Все долги должны были быть выплачены на протяжении 62 лет, при этом итоговая сумма к погашению составила всего лишь 22 миллиарда долларов. То есть доходность не превышала 1 процента годовых, что даже в наше время сверхнизких ставок просто смехотворно. Фактически это означало списание 51 процента долга.
На самом деле взыскать даже эту сумму не удалось. Какое-то время должники относительно исправно платили, хотя переговоры о послаблениях велись в постоянном режиме. Но тут грянул кризис 1929 года и Великая депрессия, вновь обрушившая европейскую экономику. Президент США Герберт Гувер ввел мораторий на все межнациональные платежи из-за всеобщей паники и бегства капиталов.
Когда мораторий истек, европейские страны, ссылаясь на различные обстоятельства, скопом отказали Америке в дальнейших выплатах. К 1934 году дефолт перед США объявили все государства Европы за исключением Финляндии. Тем история «непомерных военных долгов» и закончилась.
Разница между поведением Советской России и стран Антанты, однако, очевидна. Если первая проявила демонстративное упрямство и неуважение к принятым нормам, чем серьезно осложнила отношения с иностранными государствам, то европейцы поступили хитрее. До последнего момента соглашаясь с необходимостью платить, они выбивали из кредиторов различные уступки и послабления. При этом заимодавцы объективно понимали, что все получить им так или иначе не удастся, поэтому были готовы идти навстречу. В конечном итоге европейские должники, выступив единым фронтом, смогли добиться полной отмены долгового бремени.
К началу Второй мировой войны ситуация с правительственными долгами становилась все тяжелее. Между 1930 и 1935 из 58 стран, выпустивших международные займы, 21 оказались в дефолте. А к 1937 оказались в «подвешенном» состоянии 70% ценных бумаг долга суверенных стран мира, обращавшихся на американском фондовом рынке.
Можно вспомнить и о дефолте, объявленном в январе 1918 Советской Россией по долгам царского и Временного правительств. Лишь к концу 20 в., когда они сильно девальвировались, новое российское государство решило их частично погасить. Так же произошло и с советским долгом по ленд-лизу: когда началась «холодная война», правительство СССР прекратило платежи по поставкам американского оружия в годы Отечественной войны, а современное российское правительство признало этот долг.
В конце 20 в. участились дефолты по долгам бедных и развивающихся стран, вызванные тем, что их бюджеты оказывались физически не в состоянии обслуживать накопившиеся громадные задолженности. Так, только за 1990-е дефолт по обязательствам в национальной валюте объявляли 12 стран, в том числе Ангола (1992–1997), Аргентина и Бразилия (1986–1990), Венесуэла (1995–1998), Хорватия (1993–1996), Шри-Ланка (1996). Самым катастрофическим оказался дефолт в Аргентине в 2001, который привел к смене нескольких правительств, погромам и мародерству в городах этой страны. В 1998 дефолт объявили страны с переходной экономикой – Россия и Украина.
Источник: masterok.livejournal.com
«Такие скорбные лица я видел только в трансляциях ТВ-похорон генсеков»: как россияне переживали дефолт в августе 1998 года
Четверть века назад, 17 августа 1998 года, в России наступил «черный понедельник». Впервые в мировой истории государство объявило дефолт по внутреннему долгу. Вскоре последовали обвал рубля, галопирующая инфляция, отказ банков в выдаче вкладов и задержка зарплат. Дефолт давности стал кульминацией постоянного экономического спада , он считается самым тяжелым кризисом современной России. Вспоминаем, как это пережили обычные люди, и обсуждаем с экспертами, насколько реально сегодня повторение дефолта.
Что такое дефолт
В этот день 25 лет назад Россия объявила технический дефолт по ГКО — государственным краткосрочным облигациям РФ. Это ценные бумаги, благодаря которым государство занимало деньги у инвесторов и пополняло бюджет. Их выпускал Минфин, обслуживал ЦБ, а слово «государственные» в названии для всех означало высшую степень надежности. Поэтому когда власти объявили о приостановке торгов на рынке ГКО, моратории на выплату долгов иностранным кредиторам и переходе к плавающему курсу рубля, в стране разразился мощнейший кризис.
Дефолт (от английского default, что переводится как неуплата) — невыполнение денежных обязательств в установленный срок, отказ платить кредиторам по долгам. Объектом дефолта могут быть компании, люди и государство. В последнем случае дефолт объявляют, когда в бюджете нет денег, чтобы обслуживать займы.
Началась девальвация рубля, банковскую систему парализовало. К концу года национальная валюта обесценилась раза в три, резко выросли цены на всё, уровень жизни населения покатился вниз.
«Очередь в банк как будто застыла»
Все, кто в то время был в сознательном возрасте, до сих пор вздрагивают, слыша про август .
— Я только вернулся из отпуска и собирался снять со счета в банке «Российский кредит» круглую сумму для оплаты за обучение в Финансовой академии при правительстве РФ. Работал тогда я на Пушкинской площади, — вспоминает экономист, директор по коммуникациям BitRiver Андрей Лобода. — Крупное отделение банка, в котором был счет, как раз находилось там.
Картина еще 16 августа (понедельник, за день до дефолта) выглядела тревожной. На Тверской и Пушкинской площади была масса народу, люди стояли в очередях в различные банки и пункты обмена валют, чтобы спасти свои деньги от приближающейся беды — обменять на доллары или вывести по максимуму из банков и сохранить хотя накопления в рублях. Моя очередь в банк не двигалась, она как будто застыла и напоминала советское прошлое, когда покупатели пытались купить дефицитный товар в магазинах. Такие скорбные лица у людей в центре Москвы я видел только в трансляциях ТВ-похорон генсеков КПСС. Происходящее снимали ТВ-каналы из США, такую картинку с униженными и растерянными россиянами они вряд ли могли пропустить.
На седьмом году рыночной экономики независимой России граждане испытали первый резонансный стресс, который унизил их достоинство и растоптал репутацию молодой рыночной России, растерявшей экономический потенциал и политическое влияние во многих республиках бывшего СССР, отметил наш собеседник.
— Мои деньги в результате сгорели, а на обучение в вузе мне собирали по крохам соседи по подъезду — выдающиеся ученые и педагоги. Свои сбережения отдали и два ветерана Великой Отечественной войны, знавшие меня с детства. Повезло, что руководство вуза сделало мне большую скидку. Сказали, что академия при правительстве страны и виновно в кризисе именно оно, — добавил Андрей Лобода.
«Стодолларовую «котлету» везла в троллейбусе»
Руководителю аналитического агентства So invest Анастасии Кузьминовой во время кризиса 1998 года было 24 года, она ждала ребенка.
— Этот кризис преподал мне главный урок: слушать свое чутье и быть готовой к быстрым действиям. В начале августа все мои тогдашние сбережения крутились в ГКО, мой небольшой опыт работы в банке дал мне для этого знания и смелость. Это сейчас торговать на бирже можно с телефона, а тогда любая операция была сопряжена с походом к брокеру.
Снежный ком кризиса раскручивался, и чутье подсказало мне, что пора выходить в наличные. Я успела продать ГКО буквально за несколько дней до 17 августа, — поделилась Анастасия Кузьминова. — Тогда еще знаний и опыта мне не хватило, чтобы по пути заглянуть в обменник, и с конвертацией я немного запоздала. Но поездку в троллейбусе с круглым животом и сумкой, где лежала толстенькая «котлета» стодолларовых купюр, помню до сих пор.
«Несколько месяцев не получал зарплату»
По словам промышленного эксперта Леонида Хазанова, дефолт 1998 года ассоциируется у него с огромными очередями в отделения Сбербанка.
— Люди чуть ли не с вечера записывались, чтобы продать дешевеющие рубли на доллары. В общем-то это было их нормальной реакций на происходящее. Правда, я доллары не пытался приобретать — у меня попросту не было денег. Я несколько месяцев не получал зарплату по основному месту работы — в научном институте и выкручивался как только мог, чтобы прокормить семью, — рассказал кандидат экономических наук, проживающий в «заевшейся» Москве (так он сам себя представил. — Прим. ред.).
Грозит ли повторение
Россияне тяжело пережили дефолт — разорилось большое число малых и средних предприятий, многие остались без работы. Целый ряд крупных банков объявили о банкротстве, из-за чего их вкладчики потеряли свои деньги. А рост курса доллара в 3,5 раза — с 6,5 рублей до 20,83 рублей за нескольких недель обесценил реальные доходы населения в твердой валюте. На этом фоне актуальной стала и тема роста инфляции.
— 1 января 1998 года в результате деноминации и стирания трех ноликов с купюр доллар стоил 6 рублей, возродилась копейка. Однако по итогам дефолтного года доллар достиг 15 рублей, и ценность копейки была нивелирована. А ставка рефинансирования Банка России 25 лет назад гуляла в диапазоне 60–150% годовых.
Падение экономки и трагическое снижение качества жизни ощутили на себе десятки миллионов семей и предпринимателей. Дефолт дал путевку в жизнь и эре оттока капитала за рубеж. Можно ли назвать случившееся со стороны тогдашних властей финансовой изменой Родине? Хорошая тема для размышления, — говорит директор по коммуникациям BitRiver Андрей Лобода.
По словам экспертов, прямое повторение того кризиса в краткосрочной перспективе нам не грозит.
— Внешний долг мизерный, внутренний — пока незначительный. Да и экономика стала значительно устойчивее, мы это увидели и в ковид-кризис, и после начала СВО. В управление бизнесом было миксом из старых, советских привычек и чистого флибустьерства, сейчас больше знаний и правильных практик наработано новым поколением менеджеров, — объяснила руководитель аналитического агентства So invest Анастасия Кузьминова.
Экономика в России сейчас намного стабильнее и надежнее, чем 25 лет назад, считают эксперты.
— Во-первых, для покрытия дефицита бюджета или других непредвиденных расходов в РФ создали Фонд национального благосостояния (ФНБ), который пополняют при росте доходов бюджета сверх плановых показателей или наоборот тратят средства из него для покрытия дефицита бюджета. Объем средств ФНБ на 1 августа 2023 года составил 13,31 триллиона рублей, или 146,3 миллиарда долларов, что является некой «подушкой безопасности», в том числе от дефолта, — объяснил аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов. — Во-вторых, в 1998 году доходы России сильно зависели от экспорта энергоресурсов, их доля составляла более 50% доходов бюджета, а в то время как раз упали мировые цены на нефть и газ. Сейчас ситуация сильно изменилась, по итогу первого полугодия 2023 года долю нефтегазовых доходов бюджета удалось снизить с 24,2 до 13,3% (по данным Минфина), а мировые цены на энергоресурсы во втором полугодии 2023 года восстанавливаются. При этом снижается и дисконт на российскую нефть (он уже упал до 14,02%, хотя еще на прошлой неделе был 17,5%).
Во втором полугодии 2023 года дефицит российского бюджета и объемы расходования средств из ФНБ на его покрытие должны сократиться, что уменьшит вероятность дефолта еще сильнее, уверен эксперт.
— Что касается курса валюты, то в 1998 году он вырос в 3,5 раза за несколько недель, что, конечно, стало шоком и привело к падению реальных доходов населения в разы на фоне подорожания сначала всех импортных товаров, а затем и российских. А с начала текущего года курс доллара постепенно вырос лишь на 45,21%, что нельзя назвать таким же шоком, как в 1998 году. Так что в текущем году дефолта России мы не ожидаем, — подчеркнул Владимир Чернов.
Никаких предпосылок к повторению «черного понедельника» не видит и Леонид Хазанов.
— Даже недавний скачок доллара о его приближении не свидетельствует. Все-таки у России доля долга относительно валового внутреннего продукта не столь большая, как 25 лет тому назад. Оснований для приостановления выплат платежей по нему нет, даже несмотря на санкционное давление на нашу страну, — отметил экономист.
«Черный понедельник» стал символом не только экономической катастрофы, но и потери доверия к системе, ощущения уязвимости и беспомощности перед быстро меняющимися событиями.
— Спустя 25 лет многие аспекты экономики России действительно изменились. Но уроки прошлого не могут гарантировать полную защиту от повторения подобных кризисов в будущем. Современная экономическая система, несмотря на усиленные регулирования и опыт управления кризисами, всё еще подвержена риску влияния внешних факторов — как глобальных, так и региональных. Текущий курс рубля по 100 за доллар — яркий тому пример, — предупредил директор по стратегии ИК «Финам» Ярослав Кабаков.
По словам эксперта, мировая экономическая конъюнктура, цены на сырьевые товары и экспортная выручка компаний остаются ключевым фактором стабильности и турбулентности в экономике России.
— Сейчас, как и в 1998 году, глобальные события, такие как изменения в мировой торговле, цены на сырье и геополитические конфликты, могут оказать серьезное влияние на российскую экономику. Важность политической и экономической стабильности не уменьшилась со временем.
Доверие граждан к властям и финансовым институтам играет важную роль в предотвращении кризисных ситуаций, — подчеркнул Ярослав Кабаков. — Несомненно, сложившийся опыт и разнообразие финансовых инструментов позволяют более эффективно управлять экономическими рисками. Однако нельзя исключать новые вызовы и неожиданные ситуации. Аналогичные кризисы не могут произойти в точности так, как были в 1998 году. Однако общий урок заключается в том, что экономическая стабильность является хрупким балансом, который требует постоянного внимания и усилий.
Источник: 116.ru
«Такие скорбные лица я видел только в трансляциях ТВ-похорон генсеков»: как россияне переживали дефолт в августе 1998 года
Четверть века назад, 17 августа 1998 года, в России наступил «черный понедельник». Впервые в мировой истории государство объявило дефолт по внутреннему долгу. Вскоре последовали обвал рубля, галопирующая инфляция, отказ банков в выдаче вкладов и задержка зарплат. Дефолт давности стал кульминацией постоянного экономического спада , он считается самым тяжелым кризисом современной России. Вспоминаем, как это пережили обычные люди, и обсуждаем с экспертами, насколько реально сегодня повторение дефолта.
Что такое дефолт
В этот день 25 лет назад Россия объявила технический дефолт по ГКО — государственным краткосрочным облигациям РФ. Это ценные бумаги, благодаря которым государство занимало деньги у инвесторов и пополняло бюджет. Их выпускал Минфин, обслуживал ЦБ, а слово «государственные» в названии для всех означало высшую степень надежности. Поэтому когда власти объявили о приостановке торгов на рынке ГКО, моратории на выплату долгов иностранным кредиторам и переходе к плавающему курсу рубля, в стране разразился мощнейший кризис.
Дефолт (от английского default, что переводится как неуплата) — невыполнение денежных обязательств в установленный срок, отказ платить кредиторам по долгам. Объектом дефолта могут быть компании, люди и государство. В последнем случае дефолт объявляют, когда в бюджете нет денег, чтобы обслуживать займы.
Началась девальвация рубля, банковскую систему парализовало. К концу года национальная валюта обесценилась раза в три, резко выросли цены на всё, уровень жизни населения покатился вниз.
«Очередь в банк как будто застыла»
Все, кто в то время был в сознательном возрасте, до сих пор вздрагивают, слыша про август .
— Я только вернулся из отпуска и собирался снять со счета в банке «Российский кредит» круглую сумму для оплаты за обучение в Финансовой академии при правительстве РФ. Работал тогда я на Пушкинской площади, — вспоминает экономист, директор по коммуникациям BitRiver Андрей Лобода. — Крупное отделение банка, в котором был счет, как раз находилось там.
Картина еще 16 августа (понедельник, за день до дефолта) выглядела тревожной. На Тверской и Пушкинской площади была масса народу, люди стояли в очередях в различные банки и пункты обмена валют, чтобы спасти свои деньги от приближающейся беды — обменять на доллары или вывести по максимуму из банков и сохранить хотя накопления в рублях. Моя очередь в банк не двигалась, она как будто застыла и напоминала советское прошлое, когда покупатели пытались купить дефицитный товар в магазинах. Такие скорбные лица у людей в центре Москвы я видел только в трансляциях ТВ-похорон генсеков КПСС. Происходящее снимали ТВ-каналы из США, такую картинку с униженными и растерянными россиянами они вряд ли могли пропустить.
На седьмом году рыночной экономики независимой России граждане испытали первый резонансный стресс, который унизил их достоинство и растоптал репутацию молодой рыночной России, растерявшей экономический потенциал и политическое влияние во многих республиках бывшего СССР, отметил наш собеседник.
— Мои деньги в результате сгорели, а на обучение в вузе мне собирали по крохам соседи по подъезду — выдающиеся ученые и педагоги. Свои сбережения отдали и два ветерана Великой Отечественной войны, знавшие меня с детства. Повезло, что руководство вуза сделало мне большую скидку. Сказали, что академия при правительстве страны и виновно в кризисе именно оно, — добавил Андрей Лобода.
«Стодолларовую «котлету» везла в троллейбусе»
Руководителю аналитического агентства So invest Анастасии Кузьминовой во время кризиса 1998 года было 24 года, она ждала ребенка.
— Этот кризис преподал мне главный урок: слушать свое чутье и быть готовой к быстрым действиям. В начале августа все мои тогдашние сбережения крутились в ГКО, мой небольшой опыт работы в банке дал мне для этого знания и смелость. Это сейчас торговать на бирже можно с телефона, а тогда любая операция была сопряжена с походом к брокеру.
Снежный ком кризиса раскручивался, и чутье подсказало мне, что пора выходить в наличные. Я успела продать ГКО буквально за несколько дней до 17 августа, — поделилась Анастасия Кузьминова. — Тогда еще знаний и опыта мне не хватило, чтобы по пути заглянуть в обменник, и с конвертацией я немного запоздала. Но поездку в троллейбусе с круглым животом и сумкой, где лежала толстенькая «котлета» стодолларовых купюр, помню до сих пор.
«Несколько месяцев не получал зарплату»
По словам промышленного эксперта Леонида Хазанова, дефолт 1998 года ассоциируется у него с огромными очередями в отделения Сбербанка.
— Люди чуть ли не с вечера записывались, чтобы продать дешевеющие рубли на доллары. В общем-то это было их нормальной реакций на происходящее. Правда, я доллары не пытался приобретать — у меня попросту не было денег. Я несколько месяцев не получал зарплату по основному месту работы — в научном институте и выкручивался как только мог, чтобы прокормить семью, — рассказал кандидат экономических наук, проживающий в «заевшейся» Москве (так он сам себя представил. — Прим. ред.).
Грозит ли повторение
Россияне тяжело пережили дефолт — разорилось большое число малых и средних предприятий, многие остались без работы. Целый ряд крупных банков объявили о банкротстве, из-за чего их вкладчики потеряли свои деньги. А рост курса доллара в 3,5 раза — с 6,5 рублей до 20,83 рублей за нескольких недель обесценил реальные доходы населения в твердой валюте. На этом фоне актуальной стала и тема роста инфляции.
— 1 января 1998 года в результате деноминации и стирания трех ноликов с купюр доллар стоил 6 рублей, возродилась копейка. Однако по итогам дефолтного года доллар достиг 15 рублей, и ценность копейки была нивелирована. А ставка рефинансирования Банка России 25 лет назад гуляла в диапазоне 60–150% годовых.
Падение экономки и трагическое снижение качества жизни ощутили на себе десятки миллионов семей и предпринимателей. Дефолт дал путевку в жизнь и эре оттока капитала за рубеж. Можно ли назвать случившееся со стороны тогдашних властей финансовой изменой Родине? Хорошая тема для размышления, — говорит директор по коммуникациям BitRiver Андрей Лобода.
По словам экспертов, прямое повторение того кризиса в краткосрочной перспективе нам не грозит.
— Внешний долг мизерный, внутренний — пока незначительный. Да и экономика стала значительно устойчивее, мы это увидели и в ковид-кризис, и после начала СВО. В управление бизнесом было миксом из старых, советских привычек и чистого флибустьерства, сейчас больше знаний и правильных практик наработано новым поколением менеджеров, — объяснила руководитель аналитического агентства So invest Анастасия Кузьминова.
Экономика в России сейчас намного стабильнее и надежнее, чем 25 лет назад, считают эксперты.
— Во-первых, для покрытия дефицита бюджета или других непредвиденных расходов в РФ создали Фонд национального благосостояния (ФНБ), который пополняют при росте доходов бюджета сверх плановых показателей или наоборот тратят средства из него для покрытия дефицита бюджета. Объем средств ФНБ на 1 августа 2023 года составил 13,31 триллиона рублей, или 146,3 миллиарда долларов, что является некой «подушкой безопасности», в том числе от дефолта, — объяснил аналитик Freedom Finance Global Владимир Чернов. — Во-вторых, в 1998 году доходы России сильно зависели от экспорта энергоресурсов, их доля составляла более 50% доходов бюджета, а в то время как раз упали мировые цены на нефть и газ. Сейчас ситуация сильно изменилась, по итогу первого полугодия 2023 года долю нефтегазовых доходов бюджета удалось снизить с 24,2 до 13,3% (по данным Минфина), а мировые цены на энергоресурсы во втором полугодии 2023 года восстанавливаются. При этом снижается и дисконт на российскую нефть (он уже упал до 14,02%, хотя еще на прошлой неделе был 17,5%).
Во втором полугодии 2023 года дефицит российского бюджета и объемы расходования средств из ФНБ на его покрытие должны сократиться, что уменьшит вероятность дефолта еще сильнее, уверен эксперт.
— Что касается курса валюты, то в 1998 году он вырос в 3,5 раза за несколько недель, что, конечно, стало шоком и привело к падению реальных доходов населения в разы на фоне подорожания сначала всех импортных товаров, а затем и российских. А с начала текущего года курс доллара постепенно вырос лишь на 45,21%, что нельзя назвать таким же шоком, как в 1998 году. Так что в текущем году дефолта России мы не ожидаем, — подчеркнул Владимир Чернов.
Никаких предпосылок к повторению «черного понедельника» не видит и Леонид Хазанов.
— Даже недавний скачок доллара о его приближении не свидетельствует. Все-таки у России доля долга относительно валового внутреннего продукта не столь большая, как 25 лет тому назад. Оснований для приостановления выплат платежей по нему нет, даже несмотря на санкционное давление на нашу страну, — отметил экономист.
«Черный понедельник» стал символом не только экономической катастрофы, но и потери доверия к системе, ощущения уязвимости и беспомощности перед быстро меняющимися событиями.
— Спустя 25 лет многие аспекты экономики России действительно изменились. Но уроки прошлого не могут гарантировать полную защиту от повторения подобных кризисов в будущем. Современная экономическая система, несмотря на усиленные регулирования и опыт управления кризисами, всё еще подвержена риску влияния внешних факторов — как глобальных, так и региональных. Текущий курс рубля по 100 за доллар — яркий тому пример, — предупредил директор по стратегии ИК «Финам» Ярослав Кабаков.
По словам эксперта, мировая экономическая конъюнктура, цены на сырьевые товары и экспортная выручка компаний остаются ключевым фактором стабильности и турбулентности в экономике России.
— Сейчас, как и в 1998 году, глобальные события, такие как изменения в мировой торговле, цены на сырье и геополитические конфликты, могут оказать серьезное влияние на российскую экономику. Важность политической и экономической стабильности не уменьшилась со временем.
Доверие граждан к властям и финансовым институтам играет важную роль в предотвращении кризисных ситуаций, — подчеркнул Ярослав Кабаков. — Несомненно, сложившийся опыт и разнообразие финансовых инструментов позволяют более эффективно управлять экономическими рисками. Однако нельзя исключать новые вызовы и неожиданные ситуации. Аналогичные кризисы не могут произойти в точности так, как были в 1998 году. Однако общий урок заключается в том, что экономическая стабильность является хрупким балансом, который требует постоянного внимания и усилий.
Источник: sterlitamak1.ru