Что мы знаем об истории крепостничества? Многие до сих пор считают, что Российская Империя всегда была страной рабов и господ, что все крестьяне были крепостными рабами и они влачили жалкое существование. В Европе же якобы все было наоборот. На самом деле в Европе очень долго было крепостное право, длилось оно примерно с IХ по ХIХ век разных формах, то есть, около 1000 лет.
В середине XVI века польский крестьянин проводил на барщине 5—6 дней в неделю, а многие и вовсе лишались своих наделов и жили за счет пайка, выдаваемого хозяином. Паны имели право наказывать, лишать имущества и даже убивать своих холопов. Имперский дипломат Герберштейн отмечал, что в Польше «народ жалок и угнетен тяжелым рабством, ибо если кто в сопровождении толпы слуг входит в жилище поселянина, то ему можно безнаказанно творить все, что угодно, грабить и избивать». Польский интеллектуал XVI века Анджей Моджевский был с этим согласен: «Если шляхтич убьет хлопа, то говорит, что убил собаку, ибо шляхта считает кметов (крестьян) за собак».
Клим Жуков — Про чудовищные последствия отмены крепостного права в Российской Империи
В 1810 году прусским крестьянам по соглашению с помещиком разрешили выкупать повинности. Крестьянин должен был уплатить их за 25 лет или же отдать помещику от трети до половины своего земельного участка.
В 1848 Австро-Венгерская империя отменила барщину и прочие феодальные повинности. При этом на плечи крестьян легло тяжкое бремя расходов по содержания сельских общин, выплате податей и т.д.
Постепенное закрепощение свободных российских крестьян началось в XV веке, а освобождение произошло в 1861 году. Таким образом, крепостное право просуществовало в России примерно 300-400 лет – намного меньше, чем в Европе. Российским крестьянам, как и европейским, пришлось заплатить за освобождение, размер выкупных платежей составлял 6-7 руб. в год. Правительство несколько раз частично списывало недоимки, а с 1 января 1907г. выкупные платежи были отменены и недоимки полностью списаны.
Однако далеко не все российские крестьяне принадлежали помещикам и попадали под определение крепостных. Согласно исследованиям русского историка Ю.В.Готье в 1796 году крепостных на территории центральной части России всего насчитывалось 5 700 465 душ мужского пола, что составляло 53 % от всей тогдашней численности крестьян и 5 миллионов государственных крестьян. Таким образом, на протяжении 18 века крепостные крестьяне составляли чуть более половины в общей массе великорусского крестьянства.
Были в Российской империи и целые провинции, по своей территории, превосходившие многие европейские государства, где крепостного права не было вообще — это Поморье, Приморье и Сибирь. Интересно также и то, что на западных территориях Российской империи процент крепостного населения был гораздо выше, чем в самой России. Так, к примеру, в Прибалтийских губерниях численность крепостных доходила почти до 85% от всего крестьянского населения.
Почему в России отменили крепостное право?
В 19 веке количество крепостных крестьян стало быстро сокращаться в связи с переходом в другие сословия, так только за период с 1816 по 1856 гг. в другие сословия перешло свыше 1 млн. крепостных крестьян мужского пола. Последняя, проведенная почти перед самой крестьянской реформой ревизия 1857 года, насчитала в России 62,5 млн. человек населения, из них крепостных крестьян было 23 млн. крестьян, что составляло 34 % от всего населения страны. Таким образом, к моменту отмены крепостного права людей относящихся к крепостному сословию в Российской империи было меньшинство, всего 1/3 от всего населения.
Из множества художественных произведений русских классиков, воспоминаний современников и других исторических источников, в особенности советского периода, нам известно множество описаний бедственного, буквально нищенского существования русского крепостного крестьянства. Однако существуют, оказывается, и другие воспоминания современников. Многие иностранцы из тех, кто бывал в крепостнической России, отмечали, что в 18 веке уровень жизни крестьян России был выше, чем во многих странах Западной Европы. Так, по наблюдениям французского путешественника Жильбера Рома, проехавшего по Сибири в 1780 гг., сибирский крестьянин жил лучше своего французского собрата. Англичанин Джон Паркинсон отмечал, что русские крестьяне одеваются намного лучше, чем простой народ в Европе.
Капитан английского флота Кокрейн, путешествовавший по России 4 года писал в 1824 г. «положение здешнего крестьянства куда лучше состояния этого класса в Ирландии». Кокрейн отмечал в России «изобилие продуктов, они хороши и дешевы», упоминал «огромные стада» в обычных деревнях. Другой английский путешественник в 1839 году вспоминал, что русские мужики живут намного лучше, чем низшие классы не только в Ирландии, но также в Англии и в Шотландии. В те времена, оказывается, иметь корову крестьянину в Европе был признак роскоши, а в России наоборот, не иметь коровы означало крайнюю бедность.
В самый пик крепостничества в России — а это был 18 век — повинности, которыми облагался русский крепостной крестьянин не являлись для него особо тягостными. Подушная подать платилась всем миром, барщина и оброк были ограничены законом. Разумеется, так было не везде и не всегда . Например, на территориях, которые находились возле Москвы и Петербурга, где дороговизна столичной жизни усиливала поборы помещиков, с крестьян действительно драли 3 шкуры.
Однако представление, что крестьяне повсеместно работали, не разгибая спины, сильно преувеличено. За год до отмены крепостного права количество нерабочих дней у крестьян достигло 230, т. е. трудились они всего 135 дней. Такое обилие выходных объяснялось огромным количеством праздников. Праздники были как православные, так и традиционные. Ученый и публицист А. Н. Энгельгардт в «Письмах из деревни» так описывал свои наблюдения относительно многочисленных крестьянских праздников: «Свадьбы, никольщины, закоски, замолотки, засевки, отвальные, привальные, связывание артелей и прочее. ». Именно с тех времен пошла поговорка: «Пришел сон до семи сел, пришла лень до семи деревень».
Да, права крепостных крестьян были ограничены по сравнению с другими группами населения, однако крепостной крестьянин мог быть истцом и свидетелем в суде, присягал на верность царю, имел право с согласия помещика переходить в другие сословия. По словам одного из крупнейших современных историков Б. Н. Миронова, «вопреки распространенному в литературе мнению, крестьяне и юридически и фактически вплоть до 1861 г. имели право жаловаться на своих помещиков и активно им пользовались».
В отличие от многих «передовых и просвещенных» стран тогдашней Европы, где например, в той же Польше, убийство крепостного вообще не считалось государственным преступлением и подлежало только церковному наказанию, законы России защищали жизнь и имущество крестьян от помещиков. «Убийство крепостного рассматривалось как тяжкое уголовное преступление». Еще начиная с середины 17 века специальное Соборное Уложение от 1649 г. разделяло меру ответственности помещика за неумышленное и предумышленное убийство крестьянина.
В случае неумышленного убийства, к примеру, в драке, дворянин подвергался тюремному заключению до специального распоряжения царя. При предумышленном убийстве крестьянина виновного казнили, независимо от социального происхождения. В правление Елизаветы Петровны, когда смертная казнь в России была фактически отменена, дворян, виновных в смерти своих крестьян, обычно отправляли на каторгу. Так что царское правительство довольно внимательно следило за отношениями помещиков и крестьян, пресекая при этом всяческий беспредел.
В советских учебниках крепостное право ассоциировалось со знаменитой помещицей-психопаткой Салтычихой, которая жесточайшими наказаниями умертвила десятки своих крепостных. Однако в тех же учебниках не писали, что в ходе следствия и и суда Салтычиха была полностью изобличена в своих преступлениях. Указом императрицы преступница была приговорена к заточению в камере с земляным дном, без света, писем и общения, где она провела 33 года до самой смерти.
Екатерина II в 1775 г. уполномочила своих генерал-губернаторов преследовать помещиков за жестокое обращение с крестьянами вплоть до конфискации имений и передачи их в управление опекунским советам. Александр I в 1817 г. указал за произвол помещиков предавать их суду и брать имения под опеку казны. Из исторических источников известно, что только за период с 1834 по 1845 годы царское правительство привлекло к суду 2838 дворян и осудило из них 630 человек.
В правление Николая I в опеке находилось ежегодно около 200 имений, взятых за плохое обращение помещиков с крестьянами. Правительство постоянно регулировало отношения помещиков и крестьян.
Наказание несли и крестьяне, так за тот же самый период с 1834 по 1845 гг. в России было осуждено 0,13 % крестьян за неповиновение своим помещикам и столько же 0,13 % помещиков за превышение власти над крепостными крестьянами.
К вопросу о земле. Факты говорят о том, что крестьяне получили в ходе реформы 1861 г. в среднем 4,8 десятин на душу муж. пола, или по 14, 4 десятин на двор (1 десятина составляла примерно 1,1 гектара). Прожиточный минимум для крестьянской семьи составлял в 1870 гг. 10 — 11 десятин на двор.
Русское освобождение оказалось бесконечно более щедрым, чем подобные реформы в соседних Пруссии и Австрии, где крепостным была предоставлена совершенно голая свобода, без малейшего клочка земли.
В результате проведения столыпинской аграрной реформы к 1916 г. у помещиков осталось только 40 млн. десятин земли, причем значительной частью это были земли с лесом. Когда в 1917-18 гг. крестьяне разделили между собой эти 40 млн. десятин помещичьей земли, то есть, реализовали популистский лозунг большевиков «земля — крестьянам», то выяснилось, что крестьянские наделы выросли незначительно, и большого значения эти земли не сыграли. В целом, характеризуя начало 20 века профессор Гарварда Ричард Пайпс отмечал, что в отличие от государств Европы Англии, Испании, Италии, Франции, где подавляющая часть земли находилась в руках крупных землевладельцев, до революции 1917 г. «Россия . была классическим примером страны малых крестьянских хозяйств». По итогам столыпинской реформы помещичьи хозяйства утеряли хозяйственную значимость, непосредственный производитель — крестьяне — в 1916 году засевали (на собственной и арендуемой земле) 89,3 % земель и владели 94 % сельскохозяйственных животных.
Также весьма любопытно ознакомиться с документами ХХ века, в которых описывается обращение с российскими крестьянами, освобожденными от «гнета кровавого самодержавия» Октябрьской революцией 1917г.
Записка начальника СОУ ОГПУ Е.Г. Евдокимова И.В. Сталину о перегибах при коллективизации и раскулачивании (март 1930г.)
«…Член штаба бригады по сбору посевматериала в д. Тимоновка Омельчук Илья, в связи с отказом середнячки (40 лет) вывезти пшеницу, направил ее в другой штаб с «препроводительной» следующего содержания: «Поведите ее в темный угол и там изнасилуйте». Этой же бригадой изнасилованы 2 кулачки, избит 65-летний старик, которого заставляли петь, плясать, обливали водой, давали в зубы загаженную папиросу…»
Источник: АП РФ. Ф. 3. Оп. 30. Д. 193. Л. 129-131. http://istmat.info/node/45232
Сводка политотдела милиции «О массовых избиениях колхозников и колхозниц колхоза «Интемак» Казахстана». 19 сентября 1933 г. №88 Совершенно секретно
«17 мая 4 колхозника и бригадир были избиты Конбасуновым плетью и наганом до потери сознания за собирание черепах для еды во время работы в поле. Эти же колхозники вторично были избиты плетьми в колхозе. Задержанные 7 женщин были приведены в канцелярию колхоза, где были собраны колхозники и колхозницы, и в их присутствии были жестоко избиты плетями. Избиваемых женщин сажали на специально принесенные колючки «жен-так», заставляя садиться так, чтобы колючки впивались в половые органы. Избивали до тех пор, пока не убеждались в совершении требуемого. Избиваемые теряли сознание, присутствовавшие колхозницы плакали…»
Источник: ЦА ФСБ России. Ф. 2. Oп. 11. Д. 554. Л. 122. http://istmat.info/node/41741
С 1929-30 гг. в Россию, переименованную в СССР, вернулись феодальные порядки и крепостное право. Крестьяне, как до 1861г., снова обязаны были отрабатывать барщину (теперь в колхозе), и платить 2 вида весьма обременительного оброка: денежный и натуральный.
Как видим, рабство и крепостное право — понятия довольно относительные, к тому же подвержены значительным спекуляциям. Чтобы избавиться от исторических стереотипов, сложившихся в сознании, стоит штудировать разные источники информации.
Источник: historical-fact.livejournal.com
Отлично!
Сохранить Ваш полученный опыт XP в Вашем личном профиле и участвовать в рейтингах!
XP показывает Ваш уровень знаний и указывается в Сертификате на Ваше Имя по завершению курса обучения
Начать курс сначала Смотреть Ответ/Решение Смотреть Ответ/Решение Далее >> Следующее задание > —>
Подготовка к ЕГЭ 2024 по Истории | Задание 449 из 695
Урок 43 >> Задание 43.6
Выполните задание самостоятельно и проверьте решение/ответ
Для эффективного выполнения заданий и тестов рекомендуем пройти наши видео-уроки по теории и разбору заданий по теме
В исторической науке существуют дискуссионные проблемы, по которым высказываются различные, часто противоречивые точки зрения. Ниже приведена одна из спорных точек зрения, существующих в исторической науке:
С начала XIX в. до 1860-х гг. политическая элита России выступала против отмены крепостного права
Используя исторические знания, приведите два аргумента, которыми можно подтвердить данную точку зрения, и два аргумента, которыми можно опровергнуть её. При изложении аргументов обязательно используйте исторические факты.
Ответ запишите в следующем виде:
Аргументы в подтверждение:
1) .
2) .
Аргументы в опровержение:
1) .
2) .
Остались вопросы? Задайте свой вопрос в сообщество учеников и преподавателей EXAMMY!
Источник: exammy.ru
Почему не удалась крестьянская реформа Александра II
Освобождение крестьянства в ходе реформы 1861 года на самом деле принесло им новое, более жестокое закабаление. Стоимость выкупной земли была в 4-7 раз дороже рыночных цен, а крестьянин на десятилетие прикреплялся к участку. Основы революций 1905 и 1917 годов были заложены именно реформой Александра II.
Российский историк Юрий Кузовков в книге «История коррупции в России» показывает, почему провалилась реформа «царя-освободителя».
Крестьянская реформа 1861 года имевла ключевое значение для всей последующей истории России. Считается, что в 1861 году произошло «освобождение крестьян» и ликвидация крепостного права. Однако сами «освобожденные» крестьяне так не считали. Бывшие крепостные крестьяне, ставшие теперь «обязанными», пишет М.Н.Покровский, «твёрдо верили, что эта воля – не настоящая».
Не верила в «освобождение крестьян» и прогрессивная интеллигенция. Не случайно массовая революционная организация, охватывавшая тысячи представителей интеллигенции, была названа «Земля и воля» – это отражало твёрдое убеждение землевольцев в том, что крестьяне после реформы 1861 года не получили ни земли, ни воли.
Как указывает историк П.А.Зайончковский, представление о том, что «эта свобода не настоящая», и что реформа 1861 года ограбила крестьян, разделялось как крестьянами, так и прогрессивной интеллигенцией: «Обнародование «Положений» сразу же вызвало мощный подъём крестьянского движения. Сохраняя наивную веру в царя, крестьяне отказывались верить в подлинность манифеста и «Положений», утверждая, что царь дал «настоящую волю», а дворянство и чиновники либо её подменили, либо истолковывают в своих корыстных интересах». Действительная задача манифеста 19 февраля 1861 года, полагает историк, «заключалась в доказательстве того, что ограбление крестьян является актом «величайшей справедливости», вследствие чего они безропотно должны выполнять свои повинности помещику. Известный общественный деятель либерального направления Ю.Ф.Самарин в своём письме к тульскому помещику князю Черкасскому именно так и оценивал значение манифеста… от которого, по его словам, «веет скорбью по крепостному праву».
Александр II начал активно продвигать крестьянскую реформу с первых дней своего царствования. Основные причины, как полагает большинство историков, состояли в резком росте крестьянских восстаний и в осознании необходимости отмены крепостного права после Крымской войны. Крымская война окончательно показала порочность рекрутской системы набора в армию, введённой в своё время «великим Петром», и необходимость возврата к полупрофессиональной армии, существовавшей до него. Лучшим вариантом данного решения было введение института резервистов и всеобщей воинской повинности (которая и была затем введена в 1874 году), то есть того же самого института, который существует в современной России. Но до его введения необходимо было отменить крепостное право.
Это, бесспорно, было одним из основных мотивов реформы 1861 года. Что касается других мотивов, выдвигаемых историками – например, таких как боязнь Александром II крестьянской революции (Н.Рожков) и «гуманитарные соображения» (Д.Блюм, Л.Захарова) – есть сомнения в том, что эти мотивы сыграли какую-то реальную, а не показную роль. Как признаёт тот же Рожков, «Александр II отлично понимал, что когда реформа будет объявлена, народ увидит, что его ожидания не сбылись». Так оно и случилось – на самом деле крестьянская революция чуть было не произошла после того как крестьянам сообщили о реформе 19 февраля 1861 года.
В течение одного только 1861 года было зафиксировано 1176 крестьянских восстаний, в то время как за 6 лет с 1855-го по 1860 год их было лишь 474. Таким образом, число крестьянских восстаний в 1861 году в 15 раз (!) превысило прежний «рекорд» второй половины 1850-х годов (причём в 718 случаях волнения были ликвидированы с помощью войска).
Восстания не утихали и в 1862 году, и подавлялись очень жестоко. За два года после объявления реформы правительству пришлось применить военную силу, то есть усмирять крестьян при помощи войск, в 2115 селах. Это многим дало повод говорить о начавшейся крестьянской революции.
Так, известный революционер и теоретик анархизма Бакунин был в 1861-1862 годах убеждён, что взрыв крестьянских восстаний неизбежно приведёт к крестьянской революции, которая, как он писал, «по существу уже началась». Как пишет историк П.А. Зайончковский, у правительства возникали опасения, что войска, применявшиеся для подавления восстаний крестьян, могут перейти на сторону последних.
В целом правящая верхушка в России и в середине XIX века, и в дальнейшем, вплоть до 1917 года, сильно недооценивала возможность победы в стране народной революции. Это объясняется, по-видимому, тем, что со времен Смуты 1603-1612 в России не было массовых народных движений, похожих на революцию. Вот что писал, например, Уваров, министр народного просвещения в правительстве Николая I, один из его доверенных лиц: «Наши революционеры или реформаторы произойдут не из низшего класса, а в красных и голубых лентах. Низший класс и теперь ему [правительству] предан, а бояться его ни в каком случае нечего: крестьяне могут поджечь дома, поколотить исправника, но не более. Другая оппозиция опаснее ему».
В действительности к концу царствования Николая I сложились предпосылки для быстрой отмены крепостного права, причём на условиях, весьма выгодных для крестьян. В 1850-е годы более 2/3 дворянских имений и 2/3 крепостных душ были заложены в обеспечение взятых у государства ссуд. Поэтому освобождение крестьян могло очень скоро произойти и без единого государственного акта.
Для этого государству достаточно было ввести процедуру принудительного выкупа заложенных имений – с уплатой помещикам лишь небольшой разницы между стоимостью имения и накопленной недоимкой по просроченной ссуде. В результате такого выкупа большинство имений перешло бы к государству, а крепостные крестьяне автоматически перешли бы в разряд государственных (то есть фактически свободных) крестьян. Таким образом, крепостное право могло быть отменено очень просто и без каких-либо серьёзных социальных последствий – тех, которые возникли после реформы 19 февраля 1861 года.
В соответствии с Положением от 19 февраля 1861 года крестьян заставили выкупать предоставленную им землю по цене, намного превышавшей её рыночную стоимость. По данным Н.Рожкова и Д.Блюма, в нечерноземной полосе России, где проживала основная масса крестьян, эта выкупная стоимость земли в среднем в 2,2 раза превышала её рыночную стоимость, а в отдельных случаях она ее превышала даже в 5-6 раз – что зависело от степени жадности помещиков и от степени произвола местных властей.
Суммы выкупных платежей крестьян, выплачиваемые ими в течение 49 лет, с учётом процентов (6% годовых) в 4-7 раз превышали рыночную стоимость выкупаемой ими земли. А «чтобы собственник от неё не убежал, – пишет историк Зайончковский, – чего, по обстоятельствам дела, вполне можно было ожидать, – пришлось поставить «освобождаемого» в такие юридические условия, которые очень напоминают состояние если не арестанта, то малолетнего или слабоумного, находящегося под опекой».
Как указывает Зайончковский, за пользование помещичьей землей «временнообязанные крестьяне» были обязаны отрабатывать барщину или платить оброк, которые даже выросли по итогам реформы – в расчете на десятину земли крестьянина. Они не имели права отказаться от предоставленного им помещиком надела и соответственно, от «феодальных повинностей» по крайней мере, в первые девять лет. «Это запрещение, – пишет историк, – достаточно ярко характеризовало помещичий характер реформы». В последующие годы отказ от земли был ограничен рядом условий, затруднявших осуществление этого права. А после 1881 года выкуп земли и вовсе стал обязательным.
Фактически «выкупные» крестьяне (как и «обязанные») также ничуть не изменили своего статуса и остались прикреплёнными к своему участку земли, которого не могли покинуть. Их так же секли, как и «обязанных» крестьян, и они должны были платить тот же оброк (который теперь назывался «выкупными платежами») и отрабатывать барщину на помещика (которая теперь называлась «отработкой»). Та же ложь и лицемерие, что и в случае с «обязанными» крестьянами – названия поменялись, суть явления осталась прежней, при ухудшении положения крестьян.
«Выкупных» крестьян не только заставили выкупать землю по цене, намного выше её нормальной стоимости. У них в процессе дележа земель отобрали значительную часть (в среднем – 20%, а в иных случаях – до 1/2 и даже 3/4) земель, находившихся до этого в их распоряжении. По словам Н.А.Рожкова, «то было малоземелье, часто выраженное весьма резко, доходившее до острого земельного голода».
Раздел земли был специально проведен помещиками таким образом, что, как пишет Рожков, «крестьяне оказались отрезанными помещичьей землей от водопоя, леса, большой дороги, церкви, иногда от своих пашен и лугов. В результате они вынуждались к аренде помещичьей земли во что бы то ни стало, на каких угодно условиях». «Отрезав у крестьян, по Положению 19 февраля, земли, для тех абсолютно необходимые, – пишет М.Н.Покровский, – луга, выгоны, даже места для прогона скота к водопою, помещики заставляли их арендовать эти земли не иначе, как под работу (выделено Покровским), с обязательством вспахать, засеять и сжать на помещика определенное количество десятин». В мемуарах и описаниях, написанных самими помещиками, указывает историк, эта практика «отрезков» описывается как повсеместная – практически не было помещичьих хозяйств, где бы не существовало «отрезков».
В действительности если эта реформа и была «великой», то лишь для земельной олигархии – крупных помещиков, получивших в свое распоряжение новые изощрённые рычаги установления своей власти над крестьянами. Что касается крепостных крестьян, то реформа 19 февраля не только их не освободила от принудительного прикрепления к земле и от власти и произвола помещиков, но навязала им намного худшую кабалу, чем та, в какой они находились до этого. Именно с этого момента в России началось резкое обнищание и обезземеливание крестьян – явления, практически исчезнувшие в течение царствования Николая I. Как указывает Н.А.Рожков, средний крестьянский надел в период с 1860 по 1880 год уменьшился с 4,8 до 3,5 десятин (почти на 30%) – и это было повсеместное явление.
В дальнейшем обезземеливание и пролетаризация крестьянства продолжится, и это станет одной из главных причин революций 1905 и 1917 годов. В целом, по словам Рожкова, именно «крепостническая» реформа 19 февраля 1861 года стала «исходным пунктом всего процесса происхождения революции» в России; а согласно аналогичному выводу Л.Г.Захаровой, «компромиссный и противоречивый характер» реформы «был чреват в исторической перспективе революционной развязкой».
Таким образом, реформу 19 февраля 1861 года следует называть не «отменой крепостного права», каковой она называется до сих пор, а укреплением крепостного права (и его одновременным переименованием), и не «освобождением», а закабалением крестьян. Опять приходится лишь удивиться беспомощности историков перед ложными и лицемерными штампами, однажды вбитыми им в голову правящими кругами – и чем наглее ложь, спущенная сверху, тем почему-то она прочнее застревает в головах историков.
Ещё в Блоге Толкователя о российских реформах XIX века:
Князь Владимир Мещерский в конце XIX века разработал оригинальную концепцию «Русского Мiра». Россия должна была отказаться от фабрик и заводов, прекратить плодить интеллигентов, и снова стать «крестьянской страной Христа». Этой страной, без царя, должен править парламент помещиков. Князю было тяжело оппонировать самодержавникам и либералам, так как те начинали его попрекать «содомским грехом».
Ещё в начале XIX века Тульский оружейный завод производил современные ружья. Спустя двадцать лет его продукция была уже безнадёжно устаревшей. Американский историк науки Лорен Р. Грэхэм на этом примере поясняет, в чём причины технологической отсталости России, и почему её не спасает даже иностранное управление.
Источник: theosophist.livejournal.com