Второй вид монополистической деятельности — ограничивающие конкуренцию соглашения или согласованные действия хозяйствующих субъектов, не являются редкостью на российских рынках (особенно соглашения о поддержание цен).
Однако недостаточность правового регулирования практически нс позволяла идентифицировать соглашения и согласованные действия хозяйствующих субъектов, направленные на ограничение конкуренции.
До недавнего времени антимонопольное законодательство предоставляло нарушителям неплохую возможность уйти от ответственности, так как ни в одном нормативном правовом акте не раскрывалось понятие «согласованные действия».
В ранее действовавшем Законе РФ «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» определялось, что любые виды злоупотребления доминирующим положением, а также отдельные виды соглашений и согласованных действий, ограничивающие конкуренцию, могут быть «признаны правомерными, если хозяйствующий субъект докажет, что положительный эффект от его действий, в том числе в социально-экономической сфере, превысит негативные последствия для рассматриваемого товарного рынка».
Право в сфере экономики || Антимонопольное законодательство. Понятие и защита конкуренции
Неоднозначность нормы привела к необходимости определения в качестве правила разумности принятых в законодательстве ЕС четырех условий допустимости видов монополистической деятельности, соглашений и согласованных действий, а именно:
- — они имеют или могут иметь своим результатом содействие совершенствованию производства (реализации) товаров или стимулированию технического (экономического) прогресса либо повышение конкурентоспособности товаров на мировом рынке;
- — они имеют своим результатом получение потребителями соразмерной части преимуществ (выгод), которые приобретаются от совершения ограничивающих конкуренцию действий;
- — они не налагают на третьих лиц или участников таких действий ограничений, не являющихся крайне необходимыми для достижения целей таких действий;
- — они нс создают для отдельных лиц возможности не допустить или устранить конкуренцию на соответствующем товарном рынке.
Эти правила закреплены в ст. 13 ФЗ «О защите конкуренции».
Теперь суд, а также антимонопольный орган могут определять соответствие отдельных видов монополистической деятельности, сделок и действий, ограничивающих конкуренцию и подлежащих государственному контролю экономической концентрации, а также отдельных случаев предоставления государственной помощи, правилу разумности и признавать их допустимыми.
Несмотря на все вышеперечисленные положительные моменты, все равно остается затруднительным раскрытие и пресечение указанных антиконкурентных действий. Связано это с тем, что в большинстве своем соглашения заключаются в неявной (устной) форме. Раскрытие таких соглашений осложнено отсутствием у антимонопольных органов прав на проведение оперативно-розыскных мероприятий, которые позволили б в значительной степени увеличить объем выявления антиконкурентных соглашений, осуществлять оперативный сбор доказательств и применять соответствующие меры по их ликвидации. В России антимонопольным органам дано право лишь выдавать обязательные для исполнения предписания об устранении нарушений и принимать меры административного воздействия в случае их неисполнения.
Предприятие – хозяйствующий субъект, объект гражданских правоотношений
Осложнено расследование соглашений и тем, что антимонопольным органам приходится доказывать, что действия хозяйствующих субъектов не совершены в результате их самостоятельной (индивидуальной) экономической политики, а стали следствием достигнутого соглашения.
Из-за данных сложностей выявление и пресечение соглашений и согласованных действий хозяйствующих субъектов, ограничивающих конкуренцию, в течение всего периода действия антимонопольного законодательства в России остается ограниченным и за последние пять лет нс составляло более 1% в общем количестве возбужденных дел.
Здесь уместно напомнить, что новый закон (ФЗ-135, ст. 11) перечисляет тот набор действий, который описывает согласованные операции: «Согласованными действиями хозяйствующих субъектов являются действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке, удовлетворяющие совокупности следующих условий:
- 1) результат таких действий соответствует интересам каждого из указанных хозяйствующих субъектов только при условии, что их действия заранее известны каждому из них;
- 2) действия каждого из указанных хозяйствующих субъектов вызваны действиями иных хозяйствующих субъектов и не являются следствием обстоятельств, в равной мере влияющих на вес хозяйствующие субъекты на соответствующем товарном рынке.
Такими обстоятельствами, в частности, могут быть:
- • изменение регулируемых тарифов;
- • изменение цен на сырье, используемое для производства товара;
- • изменение цен на товар на мировых товарных рынках;
- • существенное изменение спроса на товар в течение не менее чем одного года;
- • изменение спроса в течение срока существования соответствующего товарного рынка, если такой срок составляет менее чем один год» [1] .
Благодаря наличию этих критериев судьи смогут точно сказать, что если выполнены определенные действия, то это признается согласованным действием.
В ч. 2 ст. 8 ФЗ «О защите конкуренции» отмечается, что совершение хозяйствующими субъектами действий по соглашению нс относится к согласованным действиям. Соглашение — договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме (ст. 4 ФЗ).
Отличительным признаком согласованных действий, ограничивающих конкуренцию, является их оправданность лишь в качестве модели группового поведения, когда достижение цели отдельным участником согласованных действий возможно лишь в результате сложного ролевого поведения всего коллектива действующих согласованно хозяйствующих субъектов. Обычно это повторяющиеся (аналогичные) действия нескольких хозяйствующих субъектов, которые не обусловлены внешними условиями функционирования соответствующего товарного рынка, что отличает согласованные действия от параллельного поведения, т.е. одинаковой рациональной реакции хозяйствующих субъектов на общие и нс зависящие от их действий изменения условий деятельности на товарном рынке.
Наиболее распространенным примером согласованных действий, ограничивающих конкуренцию, является спонтанное повышение цен несколькими хозяйствующими субъектами на товарном рынке, навязывание контрагенту (покупателю) невыгодных для него условий договора, раздел рынка по территориальному принципу (по объему продаж, покупок или ассортименту реализуемых товаров).
В частном случае согласованные действия могут являться следствием реализации их участниками соглашения, которое само по себе не подпадает под запрет как ограничивающее конкуренцию, однако обеспечивает все необходимые условия для согласования действий участников соглашения, результатом которых уже становится ограничение конкуренции. Соглашения такого рода могут устанавливать обязанность регулярного информационного обмена между хозяйствующими субъектами, обязанность придерживаться стандартов деловой практики, установленных какой-либо отраслевой ассоциацией (союзом), что в совокупности создает достаточные условия для согласования рыночного поведения.
Федеральный Закон «О защите конкуренции» в ст. 11 прямо запрещает соглашения между хозяйствующими субъектами или согласованные действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке, если такие соглашения или согласованные действия приводят или могут привести к:
- 1) установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат), наценок;
- 2) повышению, снижению или поддержанию цен на торгах;
- 3) разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо составу продавцов или покупателей (заказчиков);
- 4) экономически или технологически нс обоснованному отказу от заключения договоров с определенными продавцами либо покупателями (заказчиками;
- 5) навязыванию контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора (необоснованные требования о передаче финансовых средств, иного имущества, в том числе имущественных прав, а также согласие заключить договор при условии внесения в него положений относительно товаров, в которых контрагент не заинтересован, и другие требования);
- 6) экономически, технологически и иным образом нс обоснованному установлению различных цен (тарифов) на один и тот же товар;
- 7) сокращению или прекращению производства товаров, на которые имеется спрос либо на поставки которых размещены заказы при наличии возможности их рентабельного производства;
- 8) созданию препятствий доступу на товарный рынок или выходу из товарного рынка другим хозяйствующим субъектам;
Федеральная антимонопольная служба в реализации ст. 11 и 11.1 Закона о конкуренции, сосредоточена на решении следующих задач:
- • Развитие правоприменительной практики (по ст. 11 и ст. 11.1) борьба с картелями путём возбуждения и рассмотрения крупных, социально-значимых дел.
- • Усиление взаимодействия с правоохранительными органами, в том числе оказание им содействия в расследовании уголовных дел по ст. 178 УК РФ и передаче их в суд.
- • Укрепление международного сотрудничества, в том числе путём проведения совместных расследований международных картелей.
По данной теме учащиеся должны познакомиться с процедурой рассмотрения дел по ст. 11 и 11.1.
Нарушение п. 1, 3, 4 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции.
В 2005 г. предприятия химической промышленности организовали картель по установлению цен и разделу рынка жидкой каустической соды (NaOH). Организатором и координатором картеля являлась «Единая торговая компания» (ЕТК).
Количество участников картеля доходило до 23 (в том числе: «Саянскхимпаст», «Сибур», «ЕвроХим», «Каустик» (г. Стерлитамак), «Каустик» (г. Волгоград), «Рснова Оргсинтез»),
Административная ответственность: Наложено штрафов на сумму более 1,6 млрд рублей.
В 2013 г. решение ФАС России было поддержано апелляционным судом. Кассация по процедурным обстоятельствам вернула дело на новое рассмотрение.
На «втором круге» судебных разбирательств Московский арбитражный суд вновь поддержал решение ФАС России.
Основными доказательствами по делу являлись материалы, полученные в ходе внеплановых внезапных проверок (более 10 в 7 субъектах РФ), существенную роль играл экономический анализ.
После вынесения решения по делу картель фактически прекратил существование.
Еще один пример из практики ФАС РФ по нарушению п. 1,4 ч. 1 и ч. 5 ст. 11 Закона о защите конкуренции (минтаевый картель).
В 2006 г. дальневосточные предприятия, добывающие минтай, организовали картель по установлению цен, регулированию объемов добычи минтая и реализации продукции из него. К созданию и деятельности картеля имели отношение иностранные (КНР) предприятия. Для руководства деятельностью картеля была создана Ассоциации добытчиков минтая (АДМ). Участниками картеля были признаны 26 компаний. АДМ была признана виновной в незаконной координации экономической деятельности хозяйствующих субъектов.
Сговор привел к сокращению производства, созданию искусственного дефицита минтая и продукции из него, а также росту цен на территории России.
На участников картеля наложены штрафы на общую сумму более 118 млн рублей.
В октябре 2013 г. Московский арбитражный суд поддержал решение ФАС России.
Рассмотрим еще довольно интересный пример картельного сговора (нарушение п. 3 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции).
Основным доказательством в деле о картеле на рынке пищевой соли являлось антиконкурентное соглашение между ООО «Гроссери», ЗАО «ТДС», ООО «Велес Групп», ООО «Соль Брянска» и ООО «ТДС Ростов», полученное ФАС России в ходе проведения внеплановой проверки ООО «Салина Трейд».
Предметом соглашения являлся раздел товарного рынка оптовых поставок пищевой соли в географических границах Российской Федерации. Участники Соглашения разделили рынок между собой по территориальному принципу, объему продажи товаров, ассортименту реализуемых товаров и составу покупателей и договорились не поставлять продукцию в незакрепленный за ними регион без письменного разрешения ответственного за регион предприятия.
Соглашение было заключено между хозяйствующими субъ- ектами-конкурентами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке.
Сговоры на торгах «колбаса» квалифицировались по нарушению п. 2 ч. 1 ст .11 Закона о конкуренции.
Крупнейшие российские мясокомбинаты, в том числе: ООО «Камышинские Колбасы Соловьева», ЗАО «ФПК «Сырьевые ресурсы», ООО Мясокомбинат «Дубки», ООО «Прод- торг», ОАО «ИКМА», ООО «Мясокомбинат «Гатчинский», ООО «Поволжский торговый дом», ОАО «Великолукский мясокомбинат», ОАО «Сафоновомясопродукт», ООО «Агентство по материальным ресурсам», ООО «СПТК», ОАО «Брянский мясокомбинат», ООО «ТД Стрелец-М», ООО «Мясокомбинат Острогожский», ООО «Липецкий пищевой комбинат» заключили и реализовывали антиконурснтнос соглашение, которое привело к поддержанию цен на торгах на поставку мясопродуктов для нужд Министерства обороны Российской Федерации.
В ходе расследования было установлено, что торги по каждому из лотов проходили по одному сценарию: при проведении торгов аукционистом объявлялся «шаг аукциона» в размере 5% от начальной цена лота (при этом цена лота составляла соответственно 95% от начальной цены); в связи с отсутствием предложений от участников аукциона, шаг аукциона уменьшался на 0.5%, что увеличивало цену государственного контракта по лоту (4,5% и 95,5% соответственно); после троекратного объявления этих цифр и отсутствия предложений от участников размещения заказа «шаг аукциона» уменьшался ещё на 0,5% (4%, 3,5%, 3% и т.д.); этот процесс проходил 9 циклов, пока «шаг аукциона» нс становился равным минимальному допустимому значению 0,5%, а цена лота — 99,5% от начальной цены; по достижении данного показателя один из участников аукциона поднимал карточку, выражая согласие заключить контракт по предложенной цене.
В процессе расследования проводилась экспертиза по оценке добросовестности поведения участников открытого аукциона на поставку продовольственных товаров с использованием математических методов, которая сделала следующие выводы:
- — такой результат торгов без полной информированности каждого участника о поведении и намерениях всех участников невозможен;
- — вероятность такого результата торгов без предварительного соглашения участников торгов о поведении каждого из участников торгов близка к нулю, фактически отсутствует.
При рассмотрении дела был проведен подробный экономический анализ каждого предприятия, участвовавшего в торгах, в результате которого было установлено, что подача ценовых предложений участниками аукциона в ходе проведения процедуры торгов могла быть им выгодна и при снижении начальной (максимальной) цены контракта более чем на 0,5% от начальной цены.
Административная ответственность: участники сговора были привлечены к административной ответственности в виде штрафов на общую сумму свыше 30 миллионов рублей.
В 2013 г. решение антимонопольного органа было поддержано судами трех инстанций.
Уголовная ответственность: материалы по данному делу были переданы в органы внутренних дел для решения вопроса о возбуждении уголовного дела по ст. 178 УК РФ.
Нарушение п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции.
Картельное дело, построенное целиком на косвенных доказательствах. [2]
В ходе проведения электронных аукционов участниками картеля (ООО «Краевой Центр Средств Реабилитации», ООО «ДЮНА», ООО «Апрель», ООО «Торговый Дом «Предгорье Кавказа», ООО «Регион Лоджистик», ООО «Башкирский Центр Средств Реабилитации», ИП Улановская Е.В.) была использована модель поведения, получившая среди лиц, связанных с госзакупками, условное наименование «таран»: два участника антиконкурентного соглашения во время проведения аукционов изображая активную торговлю между собой резко опускали цену (до 51% от первоначальной цены контракта). При этом добросовестные участники торгов теряли интерес к аукциону. Затем, ООО «Краевой Центр Средств Реабилитации» на последних секундах аукциона делал ставку, незначительно ниже ставки добросовестного участника или начальной (максимальной) цены контракта. Далее заявки участников картеля, занявших первое и второе место признавались несоответствующими в связи с отсутствием необходимых документов (предоставлением документов, не соответствующих требованиям Закона о размещении заказов). В результате контракт заключался с третьим участником картеля, который незначительно отклонился от начальной цены.
Приведенные далее примеры интересны тем, что в них показано сочетание рассмотрения дел по ст. 11, 16 и 17 Закона о защите конкуренции .
Рассмотренное дело возбуждено на основании материалов, поступивших из ФСБ РФ.
Нарушение ч. 5 ст. 11 Закона о защите конкуренции (незаконная координация экономической деятельности).
Основные доказательства нарушения антимонопольного законодательства были получены в ходе внезапной проверки группы лиц «СОЛЛЕРС». Такими доказательствами была электронная переписка руководства и менеджеров компаний группы лиц «СОЛЛЕРС» с дилерами.
ФАС России было установлено, что группа лиц «СОЛЛЕРС» координировала поведение дилеров на торгах по закупке техники (автомобили УАЗ), в том числе для государственных и муниципальных нужд, что приводило к поддержанию цен на торгах.
С этой целью «СОЛЛЕРС» предварительно определял для участия в торгах одного из дилеров, при этом другим дилерам рассылались письма, где сообщалось, кто из дилеров «уполномочен» участвовать в данных торгах. В случаях если победителем на торгах оказывался иной участник (нс являющийся дилером), «СОЛЛЕРС» требовала от дилеров нс допустить поставку автомобилей УАЗ такому победителю, что приводило в том числе к срыву государственных контрактов.
В ходе рассмотрения дела компании признали факт нарушения АМЗ, что было расценено как смягчающее обстоятельство, в результате чего на них был наложен минимальный штраф.
Ответчики обжаловали решение ФАС России в суд, но впоследствии отозвали свои иски. Решение антимонопольного органа вступило в законную силу в 2013 г.
Существо дела по ст. 16: Минздрав Республики Саха (Якутия), ГБУ Республики Саха (Якутия) «Республиканская больница № 2 — Центр экстренной медицинской помощи», ООО «Сименс», Diatech S. А. (Швейцария), ЗАО «Диатех АГ», ООО «РОСТ МЕД» заключили и исполнили соглашение между органами государственной власти субъекта Федерации и хозяйствующими субъектами, которое привело к устранению конкуренции на торгах по закупке медицинской техники.
В результате действий участников соглашения медицинское оборудование стоимостью 102,99 млн рублей было поставлено для нужд здравоохранения Якутии по цене 378,05 млн рублей.
Административная ответственность: дела об административных правонарушениях в стадии возбуждения.
Примечание: Дело было возбуждено по обращению Следственного управления Следственного Комитета РФ по Республике Саха (Якутия). Участником антиконкурентного соглашения было признано иностранное юридическое лицо.
Следующий пример правоприменения квалифицируется как нарушение ст. 11 и 16 Закона о защите конкуренции.
Префектура СВАО г. Москвы, ООО «ПАБЛИСИТИБИЛДИНГ проект №2» и РБОФ «Паблисити» заключили и исполнили соглашение, целью которого являлось устранение конкуренции на торгах на выполнение работ по капитальному ремонту спортивных площадок на территории Северо-Восточного административного округа города Москвы на сумму более 100 млн рублей.
ООО «ПАБЛИСИТИ-БИЛДИНГ проект №2» и ООО «Дельта строй» заключили соглашение, которое привело к поддержанию цен на торгах.
Примечание: Поводом для антимонопольного расследования явилось обращение Следственного управления по Северо-Восточному округу г. Москвы, которое представило в ФАС России материалы уголовного дела, возбужденного по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ (злоупотребление должностными полномочиями), ч. 4 ст. 159 УК РФ (мошенничество) в отношении должностных лиц префектуры СВАО г. Москвы и ООО «ПАБЛИСИТИ- БИЛДИНГ проект №2», а также материалы внеплановых выездных проверок, проведенных антимонопольным органом.
Часть доказательств была получена благодаря активному сотрудничеству антимонопольного органа и электронной торговой площадки.
Еще пример нарушения ст. 11 и 16 Закона.
Федеральная антимонопольная служба установила факт картельного сговора на рынке оптовых поставок лосося и форели из Норвегии в Россию.
Группа лиц в составе ОАО «Группа компаний «Русское море», ЗАО «Русская рыбная компания» и ООО «Русское море — Калининград»; группа лиц в составе ЗАО «ИТА Северная Компания», ООО «СК Рыба» и ЗАО «СК Ритейл»; ООО «Профи- Бизнес»; ООО «Северная Компания Калининград»; ЗАО «Атлант — Пасифик»; далее Общества);
- — нарушила ч. 5 ст. 11 и ст. 16 Закона о защите конкуренции (НО «Ассоциация производственных и торговых предприятий рыбного рынка»; далее Ассоциация);
- — нарушила ст. 16 Закона о защите конкуренции (Россельхознадзор и Ассоциация);
Ассоциация и Россельхознадзор заключили соглашение, которое привело к ограничению доступа на товарный рынок поставок норвежской рыбы в Россию и устранению с него хозяйствующих субъектов.
Общества создали картель по разделу рынка поставок норвежской рыбы в Россию по объему продажи, покупки товаров, составу продавцов. Ассоциация координировала этот картель.
Общий размер предполагаемых штрафов на участников картеля — несколько сотен миллионов рублей.
Уголовная ответственность: материалы в отношении должностных лиц хозяйствующих субъектов направлены в МВД России для решения вопроса о возбуждении уголовного дела по ст. 178 УК РФ, в отношении должностных лиц Россель- хознадзора — в СК РФ для решения вопроса о возбуждении уголовного дела по ст. 286 УК РФ.
Результативность работы по привлечению к ответственности участников картелей
Принято решений о нарушении ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции (картели)
Кол-во дел по ст. 14.32 КоАП
Источник: bstudy.net
Статья 8. Согласованные действия хозяйствующих субъектов
Понятие и формы незаконных антиконкурентных соглашений и согласованных действий хозяйствующего субъекта. Система запретов на осуществление таких соглашений и согласованных действий.
Соглашение — договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме (п.18 ст.4);
Вертикальное соглашение — соглашение между хозяйствующими субъектами, которые не конкурируют между собой, один из которых приобретает товар или является его потенциальным приобретателем, а другой предоставляет товар или является его потенциальным продавцом (п.19 ст.4);
Статья 12. Допустимость «вертикальных» соглашений
1. Допускаются «вертикальные» соглашения в письменной форме (за исключением «вертикальных» соглашений между финансовыми организациями), если эти соглашения являются договорами коммерческой концессии.
2. Допускаются «вертикальные» соглашения между хозяйствующими субъектами (за исключением «вертикальных» соглашений между финансовыми организациями), доля каждого из которых на любом товарном рынке не превышает двадцать процентов.
Статья 13. Допустимость действий (бездействия), соглашений, согласованных действий, сделок, иных действий
1. Соглашения и согласованные действия, предусмотренные частью 2 статьи 11 могут быть признаны допустимыми, если такими действиями (бездействием), соглашениями и согласованными действиями, сделками, иными действиями не создается возможность для отдельных лиц устранить конкуренцию на соответствующем товарном рынке, не налагаются на их участников или третьих лиц ограничения, не соответствующие достижению целей таких действий (бездействия), соглашений и согласованных действий, сделок, иных действий, а также если их результатом является или может являться:
1) совершенствование производства, реализации товаров или стимулирование технического, экономического прогресса либо повышение конкурентоспособности товаров российского производства на мировом товарном рынке;
2) получение покупателями преимуществ (выгод), соразмерных преимуществам (выгодам), полученным хозяйствующими субъектами в результате действий (бездействия), соглашений и согласованных действий, сделок.
2. Правительство РФ вправе определять случаи допустимости соглашений и согласованных действий, соответствующих условиям, указанным в пунктах 1 и 2 части 1 настоящей статьи (общие исключения). Общие исключения в отношении соглашений и согласованных действий, указанных в части 2 статьи 11, определяются Правительством РФ по предложению федерального антимонопольного органа, вводятся на конкретный срок и предусматривают:
1) вид соглашения или согласованного действия;
2) условия, которые не могут рассматриваться как допустимые в отношении таких соглашений или согласованных действий;
3) обязательные условия для обеспечения конкуренции, которые должны содержаться в таких соглашениях;
4) обязательные условия, при которых такие согласованные действия являются допустимыми.
3. Общими исключениями могут предусматриваться наряду с указанными в части 2 настоящей статьи условиями иные условия, которым должны соответствовать соглашения или согласованные действия.
Горизонтальные соглашения — соглашения между конкурирующими хозяйствующими субъектами (группами лиц), работающими на рынке одного и того же товара либо взаимозаменяемых товаров. Традиционно рассматриваются как самые опасные.
Конгломеративные соглашения происходят между предприятиями, абсолютно не соприкасающимися между собой как на сегменте рынка, так и по производственно-снабженческим связям. Основная цель соглашений, — диверсификация операций.
Координация экономической деятельности — согласование действий хозяйствующих субъектов третьим лицом, не входящим в одну группу лиц ни с одним из таких хозяйствующих субъектов. (п. 14 ст. 4).
Не являются координацией экономической деятельности осуществляемые в соответствии с федеральными законами действия саморегулируемой организации по установлению для своих членов условий доступа на товарный рынок или выхода из товарного рынка.
1. Согласованными действиями хозяйствующих субъектов являются действия хозяйствующих субъектов на товарном рынке, удовлетворяющие совокупности следующих условий:
1) результат таких действий соответствует интересам каждого из указанных хозяйствующих субъектов только при условии, что их действия заранее известны каждому из них;
2) действия каждого из указанных хозяйствующих субъектов вызваны действиями иных хозяйствующих субъектов и не являются следствием обстоятельств, в равной мере влияющих на все хозяйствующие субъекты на соответствующем товарном рынке. Такими обстоятельствами, в частности, могут быть изменение регулируемых тарифов, изменение цен на сырье, используемое для производства товара, изменение цен на товар на мировых товарных рынках, существенное изменение спроса на товар в течение не менее чем одного года или в течение срока существования соответствующего товарного рынка, если такой срок составляет менее чем один год.
2. Совершение хозяйствующими субъектами действий по соглашению не относится к согласованным действиям.
Источник: studopedia.su
Антиконкурентные соглашения и недобросовестная конкуренция. Учебное пособие
Одной из базовых ценностей современного российского общества является свобода предпринимательской деятельности, которая гарантируется Конституцией Российской Федерации.
Часть 1 ст. 34 Конституции Российской Федерации провозглашает право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. При этом ч. 2 ст. 34 Конституции Российской Федерации не допускает экономическую деятельность, направленную на монополизацию и недобросовестную конкуренцию.
В данном контексте монополизация может рассматриваться и как деятельность, посягающая на свободу предпринимательской деятельности других участников гражданского оборота, с одной стороны, и как злоупотребление этой свободой, с другой стороны.
Термин «монополизация» имеет ограниченное использование. В ст. 4 Федерального закона от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции) дается определение близкому понятию, монополистической деятельности — это злоупотребление хозяйствующим субъектом, группой лиц своим доминирующим положением, соглашения или согласованные действия, запрещенные антимонопольным законодательством, а также иные действия (бездействие), признанные в соответствии с федеральными законами монополистической деятельностью.
Таким образом, монополистическая деятельность включает в себя как индивидуальные, так и коллективные формы антиконкурентного поведения.
Вместе с тем, несмотря на различие в субъектном составе, обе указанные формы в равной мере опасны для конкуренции. Наличие конкуренции на товарном рынке, участники которого заключают ограничивающее конкуренцию соглашение, не свидетельствует о том, что последствия такого соглашения наносят меньший вред экономике страны, чем действия монополиста.
Напротив, в ряде случаев негласные договоренности между конкурентами, которые не так очевидны для участников гражданского оборота, как доминирующее положение на рынке, способны причинить больший вред.
С другой стороны, осуществление предпринимательской деятельности предполагает постоянное взаимодействие хозяйствующего субъекта с контрагентами, конкурентами, а также иными лицами. В ряде случаев такое взаимодействие выражается в заключении договоров, осуществлении совместных мероприятий либо в копировании поведения других субъектов. Изоляция предпринимателей друг от друга привела бы к прекращению существования рынка как основы современной экономической системы.
По этой причине антимонопольное законодательство основано на сохранении баланса между свободой экономической деятельности и интересами защиты конкуренции. С этой позиции противоправным, т. е. антиконкурентным признается такое поведение, результатом которого может являться устранение, недопущение или ограничение конкуренции.
Коллективные формы антиконкурентного поведения включают в себя три разновидности:
— координация экономической деятельности.
Рассмотрим особенности каждой из них. Статья 4 Закона о защите конкуренции под соглашением понимает договоренность в письменной форме, содержащуюся в документе или в нескольких документах, а также договоренность в устной форме.
Таким образом, с точки зрения антимонопольного законодательства соглашение может существовать как в виде письменного документа, существующего на материальном носителе, в том числе в электронной форме, так и в виде устной договоренности. Иными словами, соблюдение определенной формы или наличие обязательных реквизитов у соглашения не являются его обязательными признаками.
Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в постановлении от 21 декабря 2010 г. № 9966/10 указал на то, что факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством. Стоит особо подчеркнуть, что, по мнению суда, оценка наличия соглашения по нормам антимонопольного законодательства не может производиться с позиций порядка и правил заключения договоров, предусмотренных гражданским законодательством (ст. 154, 160, 432, 434 Гражданского кодекса РФ).
Следовательно, если о факте заключения гражданско-правового договора мы можем судить исходя из соблюдения сторонами особых форм и процедур заключения договора, наличия в нем существенных условий, то антиконкурентное соглашение может существовать и при отсутствии указанных «атрибутов».
Вместе с тем гражданско-правовой договор может включать в себя условия, имеющие результатом недопущение, устранение или ограничение конкуренции. В этой части такой договор может быть признан антиконкурентным соглашением. То есть, рассматривая вопрос о соотношении гражданско-правового договора и антиконкурентного соглашения, следует признать, что данные понятия частично пересекаются.
Закон о защите конкуренции в качестве ключевого условия антиконкурентного соглашения указывает на достижение его сторонами договоренности. Такая договоренность чаще всего характеризуется следующими признаками:
— контакт участников соглашения — как личный, так и с использованием средств связи;
— принятие на себя каждой из сторон соглашения обязанности совершить определенные действия или воздержаться от определенных действий;
— наличие в соглашении плана (сценария) поведения его участников, что позволяет одному участнику соглашения с высокой точностью прогнозировать поведение других.
Указанные признаки отличают антиконкурентное соглашение от иных коллективных форм монополистической деятельности, прежде всего от согласованных действий. Подробная характеристика этого нарушения антимонопольного законодательства будет дана ниже. Однако необходимо кратко остановиться на ключевых отличиях.
Различия между антиконкурентным соглашением и согласованными действиями обусловлены прежде всего отсутствием в последнем случае договоренности как таковой. Согласно ст. 8 Закона о защите конкуренции, осуществление действий по соглашению не относится к согласованным действиям.
Участники согласованных действий не встречаются друг с другом для обсуждения совместной стратегии поведения. Каждый из участников согласованных действий не имеет такого точного представления о поведении других хозяйствующих субъектов, как при соглашении. Нет и однозначного понимания круга лиц, участвующих в согласованных действиях.
Прогноз поведения других хозяйствующих субъектов строится исходя из публичного заявления одного из них. Следовательно, такой прогноз в значительной степени носит вероятностный характер и потенциальный вред от осуществления согласованных действий ниже, чем от антиконкурентных соглашений.
С этим связано смягчение запретов, относящихся к согласованным действиям, в частности их применение только к действиям конкурентов, совокупная доля которых на товарном рынке превышает 20%.
Координация экономической деятельности имеет много общего с антиконкурентными соглашениями и, в сущности, может рассматриваться как разновидность соглашений. Особенности координации экономической деятельности, отличающие ее от других антиконкурентных соглашений, заключаются главным образом в субъектном составе участников.
В большинстве случаев заключение антиконкурентного соглашения предполагает совершение каждым из участников соглашения определенных действий или воздержание от действий. С этой точки зрения участники антиконкурентного соглашения равнозначны: каждый из них принимает на себя обязательства построить свое поведение сообразно выбранной стратегии.
В то же время структура взаимоотношений хозяйствующих субъектов при координации экономической деятельности иная. В данном случае можно выделить две категории участников:
1) координатор — лицо, которое дает указания о совершении тех или иных действий или о бездействии;
2) участник, чьи действия координируются, — лицо, которое строит свое поведение исходя из указаний координатора.
§ 2. Антиконкурентные соглашения: понятие и виды
Антиконкурентные соглашения представляют собой одну из коллективных форм монополистической деятельности.
Монополистический характер таких соглашений выражается в негативных последствиях, к которым они приводят или могут привести, — и прежде всего в ограничении конкуренции.
Ограничение конкуренции предполагает ситуацию, когда конкуренция на товарном рынке не исчезает окончательно, однако ее уровень существенно снижается. Статья 4 Закона о защите конкуренции предусматривает, что об ограничении конкуренции могут свидетельствовать следующие признаки:
— сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке;
— рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке;
— отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке;
— определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке;
— иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке;
— установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации.
В своей крайней форме ограничение конкуренции может привести также к устранению или недопущению конкуренции.
С учетом изложенного, под антиконкурентным соглашением следует понимать достигнутую на основании личного взаимодействия участников соглашения договоренность о совершении каждым из них действий или о воздержании от действий, которые известны из этого соглашения другим участникам, если результатом такого соглашения может быть ограничение, устранение или недопущение конкуренции.
Говоря о видах антиконкурентных соглашений, прежде всего следует рассмотреть их разделение по составу участников на следующие:
«горизонтальные» — соглашения между хозяйствующими субъектами, действующими на одном товарном рынке (конкурентами);
«вертикальные» — соглашения между хозяйствующими субъектами, один из которых приобретает товар, а другой предоставляет (продает) товар;
иные, или конгломератные, — соглашения между хозяйствующими субъектами, действующими на разных товарных рынках и не осуществляющих между собой поставку товаров.
Следует отметить, что ст. 11 Закона о защите конкуренции выделяет четыре группы запретов:
безусловный (per se) запрет «вертикальных» соглашений;
запрет соглашений, которые приводят к манипулированию ценами на оптовом и (или) розничных рынках электрической энергии (мощности);
запрет иных соглашений.
Остановимся на том, как соотносятся данные запреты с приведенной выше классификацией антиконкурентных соглашений. Под картелем понимается разновидность «горизонтального» антиконкурентного соглашения, которое приводит или может привести к последствиям, установленным ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции.
В данном случае законодателем сформулирован безусловный (per se) запрет на те виды «горизонтальных» соглашений, которые приводят к наиболее вредным для экономики последствиям. Однако запрет «горизонтальных» соглашений не исчерпывается ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции. Такие запреты предусмотрены также ч. 4 ст. 11 указанного закона.
Запрет «вертикальных» соглашений, предусмотренный ч. 2 ст. 11 Закона о защите конкуренции также представляет собой безусловный запрет «вертикальных» соглашений, способных причинить наибольший вред. При этом запретами, которые установлены ч. 2 ст. 11 Закона о защите конкуренции, не исчерпываются ограничения, налагаемые на «вертикальные» соглашения.
Эти запреты также предусмотрены ч. 4 ст. 11 Закона о защите конкуренции.
Запреты, установленные ч. 4 ст. 11 Закона о защите конкуренции, распространяются и на «горизонтальные», и на «вертикальные» соглашения, а также на иные соглашения в узком смысле. При этом применительно к данному запрету законодателем используется термин «иные соглашения».
Таким образом, термин «иные соглашения» может использоваться в узком смысле применительно к соглашениям между не конкурирующими между собой хозяйствующими субъектами, которые не осуществляют между собой поставку товара, а также в широком смысле применительно к запретам, установленным ч. 4 ст. 11 Закона о защите конкуренции.