Поэт-песенник Александр ШАГАНОВ известен российской публике как автор хитов группы “Любэ”. Песни “Батяня-комбат” и “Там, за туманами” стали настоящим гимном для офицеров и рядовых, побывавших на чеченской войне. А строчки из песни “До завтра” в исполнении Дмитрия МАЛИКОВА шептали друг другу влюбленные, расставаясь до новой встречи. Стихи Шаганова сделали известными многих артистов отечественной эстрады, а в последние годы Александр и сам приобрел популярность как исполнитель своих песен. С Александром Шагановым встретилась корреспондент “Солидарности” Наталья КОЧЕМИНА.
КАК СТАТЬ ПОЭТОМ
— Я знаю, что стихи вы начали писать очень рано, чуть ли не в 14 лет.
— В этом возрасте я грезил футболом, но, получив серьезную травму ноги, больше не смог играть. Тогда в моей жизни и появились стихи. Вернее, даже не стихи, а песни. В то время был расцвет песенной культуры, появилось множество групп и ВИА — вокально-инструментальных ансамблей. Это будоражило мой юношеский ум.
Так что я изначально хотел писать именно песни, но сам не умел ни петь, ни играть на гитаре.
Как стать поэтом? Как научиться писать стихи? С чего начать?
— И первые поклонники у вас появились тогда же?
— Тогда я читал стихи только самым близким друзьям и очень стеснялся того, что пишу. Ну, как стеснялся. Я был открытым человеком, но, с другой стороны, стихи — это было очень интимно.
Помню — был мой день рождения, 16 лет. (К тому времени у меня уже скопилась небольшая тетрадочка своих стихов.) Пришли гости, начались поздравления, и матушка сказала: “Мы хотим Саше пожелать спортивных успехов. Но есть еще одна история, которую он скрывает. Мне хочется пожелать ему успехов и на этом поприще”. Я, конечно, зарделся, сидел пунцовый такой: она сказала о стихах.
— Судя по высказываниям некоторых журналистов, во многих ваших ранних песнях воспеваются этакие дворовые хулиганы, шпана с московской окраины. Можно ли назвать эти песни воспоминаниями детства и юности?
— Нет, я пытался никого не расстраивать своим поведением. Хорошо учился, и со мной вообще проблем не было. Я вырос в теплой семейной атмосфере: старший брат и младшая сестренка, мама была учительницей, отец — простым работягой. Мы жили очень дружно. Такие воспоминания детства, может быть, нашли отражение в моих песнях про всякие дворики, улочки.
А дворовая компания, конечно, была. Не скрою, все “увлечения”, которыми болеет обычный подросток, мне пришлось пройти, только я не курил. Но все это было в таких гомеопатических, я бы сказал, дозах. Правда, этого оказалось достаточно, чтобы какой-никакой художник Саша Шаганов мог воплотить все это в стихи, пофантазировать. Хотя я не думаю, что у меня есть такие уж прямо залихватские, хулиганские экзерсисы.
— Всерьез мечтая стать поэтом-песенником, вы выбрали технический институт.
— Меня часто стпрашивают, почему вместо литературного вуза я поступил в институт связи. Начну с того, что я вступал во взрослую жизнь в расслабленном состоянии. Мне хотелось, чтобы меня никто не трогал и я никого не трогал. Такой я бесхребетный человек был в ту пору. Дело было так: мне позвонил приятель и спросил, куда я буду поступать. Я назвал ближайший к дому институт.
Поэт Геннадий Бжахов: быть поэтом и уметь писать стихи — это разные вещи
Он возмутился: “Ты с ума сошел! Там нет военной кафедры, а ты должен получить офицерскую аттестацию. Тогда зачем же учиться в институте? Ведь главное, чтобы в армию не ходить!” И он переманил меня в институт связи. Я поступил.
Первые два курса не было никаких проблем с учебой, а когда пошли практические предметы: как устроена линия связи и так далее — я сдулся. Оставшиеся три года просто наглым образом списывал, но как-то дотянул до окончания института. И все это время продолжал писать стихи для песен и искать своего исполнителя. А в литературный институт меня не приняли: мои стихи не прошли творческий конкурс.
СЛУЧАЙНЫЕ ВСТРЕЧИ
— Раскройте секрет, как заинтересовать “звезду” своими стихами?
— Когда молодняк меня спрашивает: “Ну как?” — отвечаю: никто за ручку никогда тебя не приведет. Хочешь — значит, стремись. Я ходил, как ходят фанаты за своими кумирами. Я знал, как работают черные ходы всех концертных площадок, посетил огромное количество концертов без всяких билетов, навел какие-то знакомства.
Я надевал свой самый лучший свитер, подходил к артисту, говорил: “Здравствуйте, я молодой поэт, вот мои стихи”. Думал: вот сейчас пошлют, — ну и посылали, конечно.
— Многие связывают начало вашей творческой карьеры с именем Алексея Глызина. Как вы познакомились?
— Случайно. У моего друга в техникуме была группа, довольно слабенькая. Я приходил к ним на репетиции попить портвешка, условно говоря. Однажды мы вместе пришли на концерт в ДК имени Фрунзе, на Смоленке. И какой-то майор попросил нас: “Ребята, отнесите шторы в химчистку, а вам за это дам приглашения на все спектакли в ДК до конца года”.
В общем, шторы мы отнесли и обещанные приглашения получили. Однажды я приехал на концерт “Веселых ребят” часа за два до начала. Мы с Глызиным случайно оказались в одном лифте. Я был такой. с длинной прической. Леша — такой. с гитарой. Я спрашиваю: “Вы музыкант?” “Да”, — говорит.
А я признаюсь: “Я вот пишу песни”. Он на меня посмотрел, как на больного, но предложил: “Мы сдаем программу сегодня. Если вам понравится, вы зайдите после концерта и скажите”. Естественно, мне все понравилось. Я зашел и попросил обменяться телефончиками. Мы обменялись. Потом я начал названивать Леше почти каждый день часов в 10 утра, безумный был.
Трубку брала жена, звала Лешу, и он сонным голосом отвечал: “Але!” Я тогда не знал, что нельзя звонить музыкантам в 10 утра: они спят.
— И что было потом?
— Я посмотрел дикое количество его концертов. А во дворе мог похвастаться, что есть у меня такой товарищ — Леша Глызин. Мог всех друзей провести на его концерт. И поверьте, мои “акции” тогда сильно выросли! Потом похожая история произошла с группой “Земляне”, очень популярной в тот период.
— Если не ошибаюсь, первый настоящий успех вам принесли сотрудничество с группой “Черный кофе” и песня “Деревянные церкви Руси”?
— Эту песню я придумал в 17 лет. Был первый курс института, конец января, сессия. И первый экзамен я сдал на тройку. А чтобы получить стипендию, мне нужно было остальные экзамены сдать на “отлично”. Я выложился, я смог. Но это было очень сильное внутреннее потрясение: вот так, за две недели, вызубрить все.
Когда я вышел с последнего экзамена (стипендия, считай, уже в кармане!), наш куратор мне сказал, что тройку эту все равно придется пересдать. Я согласился, а сам поехал вечером в кафе “Лира”. В кармане завалялись какие-то дежурные пять рублей. Я выпил там крюшона и подумал: ничего я готовиться не буду, завтра пойду — как сдам, так и сдам.
Потом шел от Пушкинской до Китай-города, был снегопад, чудесная погода. Строчки сложились прямо на ходу. Это было полной неожиданностью для меня. И чем-то другим — по сравнению с моими юношескими стихами.
Я показывал песню разным исполнителям, но никто ею всерьез не заинтересовался. Потом я начал сотрудничать с группой “Черный кофе” (кстати, с ребятами мы познакомились тоже случайно, в каком-то столичном ДК). Мы были в равных весовых категориях: они никому не нужны, и я никому не нужен. И вдруг — я тогда учился на предпоследнем курсе института — со мной случилось величайшее событие!
Я все-таки выиграл этот бонус: группа “Черный кофе” стала звучать везде. Помню, я был в Волгограде на практике. Приезжаю, а у меня вся парта расписана: “Черный кофе” — форевер!” Любимая студенческая группа! Я подумал: “Мать честная! А я там, в Волгограде, даже ничего и не знаю!” Это было 19 лет назад.
С той поры мои песни исполняли многие артисты, но “Черный кофе” — самая первая любовь.
— А как складывались отношения с другими исполнителями?
— Другие исполнители начали потихонечку появляться сами. Первым стал Дима Маликов. Он был тоже начинающий молодой певец, по-моему, еще учился в школе. Его отец, Юрий Федорович, был заинтересован в притоке свежих сил в отечественную эстраду. Он узнал, кто написал “Деревянные церкви. ”, и решил со мной познакомиться.
Встреча состоялась в доме моего приятеля Андрея Лукинова, который сейчас работает директором центра Игоря Матвиенко, а тогда руководил звукозаписывающей компанией “Звук”. А потом пошло. Ведь главное — это придумать первую песню, которая пробьется.
— И все-таки чаще всего имя поэта Александра Шаганова связывают с группой “Любэ” и Игорем Матвиенко. Как произошла ваша встреча?
— Мы познакомились с Игорем Матвиенко во Дворце культуры АЗЛК. Шел 88 год. Игорь тогда заканчивал пластинку с группой “Класс”. Я ему позвонил сам. Кто такой Игорь Матвиенко и какие там у него небесные песни, меня совершенно не волновало, у меня был абсолютно дурацкий интерес, чтобы в этой пластинке прозвучали и мои песни.
Его тоже мало волновала история молодого поэта, тем не менее мы встретились. И очень не понравились друг другу. Мне Матвиенко показался снобом: такой молчаливый молодой человек. А я тоже не очень-то стремился расстаться со своими лучшими на тот период стихами. Все показывал какие-то “не очень”: “А вот это вы можете сделать?” — знаешь, так, дразня.
Мы расстались не в восторге друг от друга.
Но совпало, что мы жили на соседних улицах. Однажды он позвонил мне рано утром. У него заболел ребенок, вызвали врача, и Игорю нужна была какая-то смешная сумма денег до вечера. Я ответил: да без вопросов, о чем ты говоришь? Так мы и начали общаться.
— И группа “Любэ” стала популярной буквально с первой песни.
— Первая песня была “Батька Махно”. Это была классная песня! Звучала по всем ресторанчикам. С ней группа “Любэ” впервые вышла в эфир (тогда проходил всемирный конкурс видеоклипов). И после этого, прямо через месяц, группа встала на ноги. Это были перестроечные годы — яркое время. На троих, извините, носили двое штанов.
Но все ходили какие-то очень оптимистичные и активные.
РОМАН С “КРЕСТЬЯНКОЙ” И АВТОРСКИЙ ПРОЕКТ
— Листая старые номера популярного некогда журнала “Крестьянка”, среди авторов статей можно увидеть и вашу фамилию. Расскажите, как вы стали журналистом?
— Опять же случайно. Но профессиональным журналистом я никогда не был. После первого успеха группы “Любэ” я пришел давать интервью в журнал “Крестьянка”. И в процессе интервью в комнату заходила какая-то женщина, как оказалось, главный редактор.
Потом мне позвонила девчонка, которая у меня брала интервью, и сказала: “Сейчас была планерка, и тебя назначили заведующим полосой, где мы рассказываем о жизни эстрадных звезд, работа не бог весть какая, а все очень приятно. От таких предложений не отказываются, у нас тираж 16 миллионов”.
Я говорю, что не справлюсь, а она возражает: “Да тебе и не надо будет ни с чем справляться, у тебя будут сотрудники, которые будут все исправлять. Тебе надо будет встречаться с людьми, брать какие-то незамысловатые интервью”. Я полгода трудился на этой ниве, потом уехал на гастроли и бросил. В тот период я занимался продюсированием, и довольно успешно.
Был такой певец молодежных песен — Сережа Чумаков. Он участвовал в “Утренней звезде”, я считаю, это такой прообраз “Фабрики звезд”. У Сережи были свои поклонники, и мы зарабатывали приличные для молодых пацанов деньги. Объездили полстраны. Так что на журналистику времени не было.
— Какое интервью вам запомнилось больше всего?
— Однажды я встретился с Владимиром Кузьминым, лидером группы “Динамик”. Тогда он вернулся из США со своей возлюбленной, Келли. В редакции мне объяснили, что журнал дамский, и я должен обязательно спросить у него про американку. Но Кузьмину, видимо, уже надоели журналисты, выспрашивающие про американский вояж, и он довольно высокомерно со мной пообщался.
А я был настолько неловок и настойчив, что спросил: “Как зовут вашу возлюбленную? Напишите, пожалуйста, вдруг ошибка будет”. Когда он писал имя, то на меня уже смотрел как на вредителя всей его жизни. Но на следующий день мы с ним снова случайно встретились. Я приехал во Дворец молодежи, где мы записывали очередные песни с группой “Любэ”, и Кузьмин там же записывал свои песни.
Я через стекло поздоровался со своими звукорежиссерами. А Володя обратил на меня внимание и спросил у них, кто я такой. Ему ответили. Он вышел из студии, говорит: “Извини, мы вчера с тобой неловко поговорили. Я тебя принял за навязчивого журналиста, а ты, оказывается, популярный поэт, который сочинил все эти “Атас!”, “Не валяй дурака, Америка”.
И я смущенно признался, что это так.
— Насколько мне известно, радиожурналистикой вы занимались значительно дольше.
— Да, в течение восьми лет, с 90-го по 98 год, я вел авторскую программу на радио “Р-1”. Она называлась “Воскресный чай” и выходила в эфир два раза в месяц, по воскресеньям. Это были такие посиделки в прямом эфире. Все мои друзья там побывали. А потом я поисчерпал себя.
В программе успели принять участие все, кого я хотел и кого не хотел приглашать. И потом, такая программа не могла долго существовать: наступила эра эфэмовских часов, динамичных. Хотя со временем все может возвратиться. Прошло шесть лет, я отдохнул, возможно, имеет смысл занятся радиожурналистикой снова.
Хотя для меня это и не радиожурналистика вовсе, это просто встречи по поводу и без повода. Я очень люблю большие, пространственные радио- и телеинтервью. Многие скептически говорят: говорящая голова, — а мне интересно. Знаешь, иногда на каких-то огородных, как я называю, телеканалах, бывают потрясающие материалы.
А на центральных — часто схоластика: одни и те же люди, одни и те же суждения. Нет поиска нового.
ПЕСНИ И ИСПОЛНИТЕЛИ
— А где вы ищете сюжеты для новых песен?
— У каждой песни есть своя предыстория. Я думаю, что когда-нибудь издам целую книгу. Например, песня “На Тверской”, которую пел Сережа Чумаков. Когда я ее сочинял, я думал о том, что на Тверской живет великая певица Алла Пугачева. Я бывал у нее в гостях. В песне — ощущения, оставшиеся от ее дома, от уютных антикварных диванчиков в ее комнате, от желтых цветов, которые любит певица.
Потом я сказал Алле Борисовне, что песня посвящена ей. Она ответила: “Саш, знаешь, мне очень много песен посвящают, но эта мне нравится”. А через год Сережка принял участие в ее “Рождественских встречах”. Для него это был настоящий подарок судьбы — оказаться на таком огромном музыкальном форуме!
— Вам, наверное, часто задают вопрос о военных песнях?
— На самом деле у меня не так много песен про войну. Но они все яркие: “Батяня-комбат”, “Солдат”. Мне кажется, в каждом из нас жива генетическая память. Для меня — это мой дед, воевавший и в Первую, и во Вторую мировую. Он был награжден и остался жив, значит, повезло, и умел воевать.
Мой крестный, дядя Вася, пережил Ленинградскую блокаду. Может быть, через фильмы или через книги, прочитанные в юношеском периоде, через годы эта память нашла меня. Песней “Батяня-комбат” я по-настоящему горжусь. Она имеет очень точный адрес — людей, знающих о войне не понаслышке. Был потрясающий случай: в Балашихе есть военный госпиталь.
Мы приехали давать благотворительный концерт, посвященный 23 Февраля. Первые ряды — ребята в колясках, дальше — с другими ранениями, а за ними служащие госпиталя. Когда зазвучала песня “Там, за туманами”, зал встал. Исполнял песню я сам. Смотрю — ребята, что в колясках, встали: серьезные лица, мужественные глаза.
Когда видишь такое отношение к своим песням, понимаешь, что сделал что-то очень важное. Для меня очень важно сейчас не уйти в цинизм, свойственный среднему возрасту. И один такой концерт излечивает надолго.
— Как получилось, что автор таких мужественных песен, стал сотрудничать с откровенно “попсовой” группой “Иванушки-интернейшнл”?
— Во-первых, “Иванушки-интернейшнл” — это приятный танцевальный проект. Во-вторых, я всегда готов к определенным экспериментам и всегда стараюсь писать для разных исполнителей, чтобы не повторяться. Проект “Иванушки” по своей натуре очень честный и на тот период неожиданный. Легкий жанр, и к нему надо относится не по меркам академического искусства.
Ребят полюбили за то, что они были очень современными. Их предвестниками были группа “На-на” и, чуть раньше, “Ласковый май”. Все эти группы были настолько зажигательными, что сразу же многомиллионная армия девчонок положила их к себе “в сумочку” и занесла на Олимп. Чтобы придумывать такие песни, нужно понять психологию юношеской и детской аудитории, и это интересно.
Автору песен нужно постоянно думать, почему одна песня не стала популярной, а другую знают все. Почему эта песня нравится только тебе, и больше никому. Почему все от этой песенки в восторге, а ты думаешь: что за ужас! И тогда эти умозаключения не позволят тебе сделать неверных шагов. Я считаю, что за любым успехом скрыто нечто.
Потому что когда целый стадион приходит посмотреть, как ты играешь в шашки, условно говоря, люди что-то в этом находят. А ты любишь футбол и не понимаешь, что они в этих шашках нашли. К успеху нужно относиться с уважением.
ОН ЕЩЕ И ПОЕТ
— Часто ли поэт Александр Шаганов получает предложения от издателей?
— Моя первая книга — “Станция Таганская” — выходила очень долго. Я никак не мог ее собрать. В конце концов мои друзья, Игорь Матвиенко, Андрей Лукинов, Дима Перышков — художник, выпустили ее за свой счет и подарили мне на день рождения.
Она не продавалась — подарочный вариант, поэтому для меня стало полной неожиданностью, когда издательство “ЭКСМО” предложило издать книгу стихов под названием “Батяня-комбат”. Она благополучно разошлась. Следом за ней в том же издательстве вышла вторая книга — “Ребята с нашего двора”. Для поэзии тираж был большой — 5 — 6 тысяч.
И сейчас мы готовим третью книгу стихов: “Там, за туманами”. “ЭКСМО” работает на комерческой основе, поэтому книги получили названия самых популярных песен, они притягивают. Я считаю, что за зрителя и за читателя надо вести борьбу. Главное, чтобы он взял в руки книгу и что-то его в ней заинтересовало.
— Отечественной публике вы известны не только как популярный автор песен, но и как исполнитель.
— У меня есть команда, группа “Атас”. Вот уже шесть лет мы даем концерты. В репертуаре песни, сочиненные мной. Одни из них исполняют популярные артисты, другие пою только я. Мы действительно востребованы, у нас не “потолочная” цена. Группа “Атас” дает огромное количество концертов, в прошлом году было 180 выступлений. Так что по субботам и воскресеньям мы дома не сидим.
Чаще всего выступаем в городах Подмосковья или на больших уличных концертах. Проходим на ура! Песни все знакомые, единственное тонкое место в группе — это наш исполнитель, то есть я. А все остальные — прекрасные музыканты.
— Вы говорили, что с вокалом у вас всегда были проблемы. Как же удалось их преодолеть?
— Однажды я попытался записаться у друзей на студии. Получилось очень плохо, просто безобразно. Потом мой друг Сережа Парамонов предложил со мной позаниматься. В киевской гостинице он дал мне первые уроки. Потом я взял у него еще ряд уроков, и все. Этого достаточно, ведь это не Большой театр, а некое напевание. А на гитаре я так играть и не научился.
Дома есть три замечательных инструмента, но они все пылятся.
— Чем собираетесь порадовать своих поклонников в ближайшее время?
— Творческие планы у меня очень хорошие. Последние полтора года были вычеркнуты из моей сочинительской карьеры. Прозвучала только одна песня — “Девочки фабричные” — у группы “Фабрика”. Дело в том, что все это время я занимался воспитанием своего ребенка и переводил два мюзикла. В Париже мы познакомились с Ричардом Кочианте, композитором.
Он меня попросил сделать переводы его произведений. Это “Маленький принц”, а также “Нотр-Дам”, для которого я сделал второй перевод. И теперь Ричард ждет предложений, чтобы один мюзикл возобновить, другой — поставить. Может, еще год-другой, и я поведу свою дочку на спектакль “Маленький принц”.
ИНОГДА ТАК ВАЖНО ПОМЕЧТАТЬ
— В вашей жизни было много неожиданных совпадений: и встреча с Глызиным, и соседство с Игорем Матвиенко. Вы верите в случай?
— Скорее всего, я верю в то, что мечты иногда сбываются. Когда-то давно я жил на Самаркандском бульваре. (В шутку я называл его Мароканский бульвар, благодаря Александру Буйнову. Однажды он позвонил, и так смешно оговорился: “Где ты живешь? На Мароканском бульваре?”) Рядом с моим домом находился роддом.
Выпив одну-другую чарку коньяка, я смотрел на него с двадцать первого этажа и думал: “Когда у меня будет жена, роддом пригодится — прямо под окнами. В случае чего, смогу жену на руках домой отнести”. Но шли годы, а жены все не было. Потом я переехал, купив квартиру у моего друга, Димы Перышкова. (Кстати, с этой квартирой у нас связаны годы становления.
Дима жил один, и у него собирались и Женя Матвиенко, и Дима Варшавский, и Марта Могилевская, и Наташа Лапина. Многим интересным людям известен этот адрес.) А здесь, на Таганской улице, напротив дома был ЗАГС. Тогда я подумал: не буду ничего загадывать. Но прошло немного времени, и ЗАГС действительно пригодился.
А когда встал вопрос, в каком роддоме появится на свет мой ребенок, друзья посоветовали восьмой. Так вот, это оказался тот самый роддом на Самаркандском бульваре.
— Если позволите, несколько вопросов о личном. Говорят, свое семейное счастье вы готовили в течение многих лет?
— С Катей мы познакомились в Олимпийском. Она работала в программе а ля “Пионерская зорька”, связанной с юношеским радио. Мне сразу приглянулась эта очаровательная пятнадцатилетняя девушка. А я. мне тогда уже было 27 лет! “Вы, наверное, пишете стихи?” — спросил я у Кати. “Да, я немножко пишу”, — ответила она.
Я включил всю свою природную хитрость, взял ее телефон и потом изредка ей позванивал — на Новый год, по праздникам. Но не упускал Катю из виду. Вот так, издалека, я и подготовил свою счастливую семейную жизнь.
Читайте нас в Яндекс.Дзен, чтобы быть в курсе последних событий
Источник: www.solidarnost.org
Что нужно для того чтобы стать поэтом?
У нас есть 24 ответов на вопрос Что нужно для того чтобы стать поэтом? Скорее всего, этого будет достаточно, чтобы вы получили ответ на ваш вопрос.
- Как можно стать известным поэтом?
- Кто может считаться поэтом?
- Как заработать поэту?
- Сколько зарабатывает поэт песенник?
- Где можно опубликовать свои стихи?
- Куда можно показать свои стихи?
- Как сделать свои стихи популярными?
- В чем разница между писателем и поэтом?
- Куда деть свои стихи?
- Что нужно для того чтобы стать поэтом? Ответы пользователей
- Что нужно для того чтобы стать поэтом? Видео-ответы
Отвечает Вера Дьякова
. строк недостаточно для того, чтобы стихи отвечали веем требованиям настоящей поэзии, то что же ещё нужно. » «Волшебная палочка». Поэтический дар.
Как можно стать известным поэтом?
Как стать знаменитым поэтом?Научиться сносно писать. . Активно вести публичный образ жизни. . Стать общественным деятелем. . Не забывать про личный брендинг. . Превратить свои выступления в коммерческий продукт.
Кто может считаться поэтом?
Поэ́т (от др. -греч. ποιητής «стихотво́рец») — писатель, создающий произведения в стихах, автор стихотворных, поэтических произведений.
Как заработать поэту?
Ниже подробно разобраны способы заработка на своем творчестве.Сочинение стихов на заказ . Сочинение корпоративных стихов и гимнов . Заработок на сочинении свадебных стихов . Продажа готовых стихов в Интернете . Сочинение текстов песен . Заработок на донатах и организации стримов . Литературные премии и конкурсы
Сколько зарабатывает поэт песенник?
Сколько зарабатывают поэты-песенники? Стоимость творчества определяется уровнем известности автора, его талантом, написанными ранее хитами. Самые раскрученные песенники могут получать в России от $5 до $15 тысяч за текст. Есть информация, что в отдельных случаях гонорары достигали $70 тыс.
Где можно опубликовать свои стихи?
Подборка для тех, кто пробует свои силы в поэзии или кому просто нравятся стихи. Поэзия. ру . Новая литература . Поэмбук . Изба-читальня . СтихиЯ . Общелит. . ЛитКульт . Руиздат.
Куда можно показать свои стихи?
Где опубликовать или даже продать свои стихи и прозу? Как получить отзывы?Журнал «Самиздат»«Проза. ру» и «Стихи. ру»«Литмаркет»«Ридеро»«Литрес: Самиздат»25 мар. 2020 г.
Как сделать свои стихи популярными?
Как сделать свои стихи популярными?Опубликуйте свои произведения в интернете К вашему вниманию — сразу несколько русскоязычных площадок, сайты, где можно публиковать свои стихи:Участвуйте в литературных конкурсах . Будьте активны в социальных сетях . Участвуйте в поэтических вечерах30 июн. 2021 г.
В чем разница между писателем и поэтом?
Итак, поэт – это писатель, пишущий стихи, или стихотворец. Толковый словарь Ушакова: писатель — человек, пишущий литературные произведения. Толковый словарь Ожегова: писатель — человек, который занимается литературным трудом, пишет художественные литературные произведения.
Куда деть свои стихи?
Как продать стихи собственного сочинения? 8 способов заработать поэтуКто будет покупать стихотворения у поэта, и какие сочинения хорошо продаютсяТОП-5 онлайн-площадок, где можно продать стихи собственного сочиненияPoetov.net.Syon.ru.Etxt.biz.TextSale.ru.Mecenate.ru.
Что нужно для того чтобы стать поэтом? Ответы пользователей
Отвечает Адель Дмитриев
Важно понимать, что нужно делать, чтобы в итоге получилась хорошая песня. Такую работу сложно назвать легкой, но она того стоит. 05.10.2020 Литература.
Отвечает Сергей Дмитриев
Отсутствие должных знаний по многим областям наук и того горше — поэт, не обладая эрудицией, скуден в словах, за неумением создавать свои .
Отвечает Геннадий Леонович
Ее ученица 15-летняя Анастасия Шнайдер уверена, что стихосложение не отвлеченная дисциплина. Более того, занятия поэзией не только расширяют .
Отвечает Ярик Полонский
Если очень кратко, то, по моему мнению, для того, чтобы стать поэтом, надо: 1) иметь жгучую внутреннюю потребность — это самое главное; 2) читать побольше .
Отвечает Миша Одинцов
Что нужно, чтобы стать поэтом. Чтобы стать любимцем Эвтерпы и Эрато, нужно иметь хоть малом.
Отвечает Василий Волков
Выбор псевдонима зависит от того, какой образ вы себе изберёте. Если ваш лирический герой – томный юноша, то подойдёт Иннокентий Печальный или .
Отвечает Александр Жуков
А хорошая новость – в том, что благодаря современным технологиям вы можете стать известным поэтом, почти не отрывая задницу от кресла.
Отвечает Ильнар Шальных
«Какими качествами нужно обладать, чтобы сделаться настоящим поэтом? . Второе: надо, чтобы у тебя был ум, но этого мало, чтобы стать поэтом.
Отвечает Светлана Владимировна
Относиться к поэзии можно и нужно не только как творчеству, но и как к достойной профессии. Честно скажу: до того как я начала .
Источник: querybase.ru
«Я сейчас звезду стану корчить, а ты будешь смеяться»: каким был в жизни Леонид Дербенев?
12 апреля исполняется 90 лет со дня рождения человека, под чьи песни прошло наше детство и юность наших родителей. Помните хиты Аллы Пугачевой «Все могут короли» и «Волшебник-недоучка», «Песенку о медведях» из «Кавказскрй пленницы», «Песню про зайцев» из «Бриллиантовой руки»? Ту самую, где Никулин распевает: «А нам все равно!». Слова к этим и сотням других популярных в Советском Союзе песен написал поэт Леонид Дербенев. К юбилею человека, который по праву может считаться соавтором той эпохи, рассказываем о его жизни, песнях и о том, за что стихи Дербенева так критиковала советская цензура.
Стихи в «Пионерской правде» и надежная земная профессия
Предки Леонида Дербенева по отцовской линии жили под Владимиром, в деревне Улово. В 1924 году его отец Петр Дербенев приехал в Москву, где участвовал в строительстве мавзолея Ленина. В городе он познакомился со своей будущей женой, да так и остался жить в столице. Будущий поэт Леонид Дербенев родился 12 апреля 1931 года.
Но в 1941 году, когда начались бомбежки, вместе с бабушкой и дедушкой уехал из Москвы, и все военные годы прожил в деревне Улово, так что всегда считал это место своей настоящей родиной. Став уже знаменитым поэтом, он мечтал вернуться в эту деревню и поселиться там.
После окончания Великой Отечественной войны будущий поэт вместе с бабушкой и дедушкой вернулся в Москву. В столице мальчик окончил школу. В детстве его любимым занятием было чтение. Читал он взахлеб, все подряд. Часто проводил с книжкой полночи, читая под одеялом с фонариком, чтобы книжку не отняла бабушка.
Особенно мальчик любил стихи. Сам начал писать их уже подростком.
Когда Леонид Дербенев учился в 7 классе, его стихи напечатала всесоюзная газета «Пионерская правда». Но поэтическое творчество в те годы совсем не рассматривалось им как серьезная профессия. Поэтому по совету родителей он поступил в Московский юридический институт, чтобы получить крепкую земную профессию. Впрочем в годы учебы в институте он не переставал экспериментировать с поэтическим словом, а после его окончания пробовал себя в качестве переводчика национальной поэзии народов СССР.
В 1954 году Леонид Дербенев начал работать юристом. Но уже тогда это было не главным в его жизни. Главной была поэзия. Параллельно работе в юридических отделах различных организаций молодой человек писал стихи. Постепенно, не слишком часто, их начали печатать в некоторых периодических изданиях: в «Комсомольской правде», «Известиях», «Московском комсомольце» и других.
Леонид Дербенев в молодости
Почему поэт так и не стал членом Союза писателей
Юристом Дербенев проработал всего пять лет, а потом его целиком захватило творчество. Правда, зарабатывать поэзией в СССР было сложно. Для этого надо было стать членом Союза писателей СССР. Эта всесильная организация, конечно, не платила зарплату, но распределяла другие блага и давала (или отнимала) возможность регулярно публиковаться. А значит – иметь гонорары от публикаций.
Но стать членом Союза писателей Дербенев так и не смог. И не только потому, что у него не было специального образования.
Он писал лирику, его стихи наполнены любовью и душевной болью, надеждами и сожалением, размышлениями о том, что действительно важно в жизни и мечтами о будущем. В них нет ни воспевания трудовых подвигов советского народа, ни призывов к строительству коммунизма.
Даже много позже, когда Дербенев стал признанным поэтом-песенником, когда его песни звучали, что называется, «из каждого утюга», у Союза писателей было к нему множество претензий. Сколько возмущения вызвала одна только песня «Есть только миг» из кинофильма «Земля Санникова»! Появилась разгромная статья. «Что он пишет? Какой миг? Мы должны строить коммунизм, а не за миг цепляться!
Это же песня о слабых духом людях, скорбящих о скоротечности жизни!», – так критиковали его песню, которую потом признают лучшей песней ХХ века!
Леонид Дербенев. Слова народные
Но это было позже. А тогда, в самом начале своей творческой карьеры, Дербенев стал писать песни. Часто он писал их прямо на готовую музыку. Эту способность очень ценили эстрадные певцы. Раскрученные зарубежные хиты мгновенно обретали русские слова.
В период хрущевской оттепели Леонид Дербенев часто выступал в роли переводчика западных шлягеров. Так обрели русские слова песни «Луна» композитора Доменико Модуньо, «Падает снег» Сальваторе Адамо, «У моря, у синего моря» японского поп-дуэта The Peanuts и многие другие зарубежные шлягеры.
С 1959 года Леонид Дербенев начал сотрудничать с киностудиями. А через год он познакомился с композитором Александром Зацепиным и начал работать с ним. Вместе они написали песни для фильмов «Кавказская пленница, или Новые приключения Шурика», «Бриллиантовая рука», «Иван Васильевич меняет профессию» и для других фильмов режиссера Леонида Гайдая.
Песни на стихи Леонида Дербенева стали невероятно популярными. В них была игра, легкость, свет и воздух – все то, чего так не хватало в повседневной жизни людей в советскую эпоху. Доходило до того, что песни его распевала вся страна, а кто их написал, знали не многие. Среди друзей поэта даже появилась шутка: «Песня Леонида Дербенева, слова народные».
В 1960-е годы поэт три раза подряд становился лауреатом Всесоюзных фестивалей «Песня года»: в 1963, 1964 и 1965 годах.
Под угрозой преследования за тунеядство
Всего за свою жизнь поэт написал песни к 120 фильмам! Он сотрудничал со многими композиторами: Александром Зацепиным, Александром Флярковским, Арно Бабаджаняном, Максимом Дунаевским, Владимиром Мигулей, Вячеславом Добрыниным и другими.
Творчество поэта было невероятно востребованным, но при этом его легко могли обвинить в тунеядстве, поскольку он не состоял в Союзе писателей и не имел определенного места работы. В 1961 году вышел указ «О борьбе с лицами, уклоняющимися от общественно полезного труда». У того, кто был признан тунеядцем, в судебном порядке конфисковывали все имущество, приобретенное на «нетрудовые доходы», и отправляли в места поселения на срок от двух до пяти лет с привлечением к исправительным работам.
За четыре года было признано тунеядцами и выселено 37 тысяч человек! Так что опасность была ничуть не надуманной. Пришлось идти на хитрость: издательство «Советский писатель» приняло Дербенева в группком литераторов, и только это спасло его от угрозы ареста.
Позже Леонид Дербенев стал членом Союза кинематографистов. Он написал тексты песен ко множеству популярных фильмов, среди которых такие знаменитые, как «Двенадцать стульев», «Земля Санникова», «Капитан Немо», «31 июня», «Женщина, которая поет», «Ах, водевиль, водевиль», «Чародеи», «Мушкетеры двадцать лет спустя», «На Дерибасовской хорошая погода» и к десяткам других отечественных фильмов.
Кадр из фильма «Земля Санникова». Фото: ТАСС
Дружба, работа и ссора с Аллой Пугачевой
Дербенев сочинял не только для кино, но и для эстрады. Его песни звучали в исполнении звезд советской и российской эстрады – Муслима Магомаева, Валерия Ободзинского, Льва Лещенко, Валентины Толкуновой, Маши Распутиной, Жанны Рождественской, Яака Йоалы, Тыниса Мяги, Валерия Леонтьева, Михаила Боярского, Николая Караченцова, Филиппа Киркорова, Владимира Преснякова-младшего и других. В 1973 году он вновь стал лауреатом конкурса «Песня года», а в 1978 – лауреатом Международного конкурса песни в Сопоте (Болгария).
Был период, когда Леонид Дербенев тесно сотрудничал с молодой Аллой Пугачевой и искренне дружил с ней. Дербенев познакомил ее со своей женой Верой и Пугачева частенько забегала к поэту домой, когда они вместе работали над фильмом «Женщина, которая поет».
Вера Дербенева вспоминала, что ее муж относился к молодой актрисе, как к собственному ребенку. И что та добиралась к ним на проспект Мира на общественном транспорте, поскольку машины у нее в то время еще не было, любила черный хлеб с маслом и вообще была юной, милой и обаятельной, хотя уже стала к тому времени достаточно популярной: в 1975 году она приняла участие в международном фестивале песни «Золотой Орфей» в Болгарии и получила Гран-при за песню «Арлекино».
Однако в дальнейшем отношения поэта с Аллой Пугачевой испортились, произошла роковая ссора, и их творческий союз распался. Пугачева и Дербенев не разговаривали друг с другом в течение 10 лет. Правда за год до смерти поэта они помирились, Дербенев написал для певицы песню «Бессонница». Они даже договорились о совместном проекте, но так и не успели его реализовать.
Болезнь Дербенева была короткой и развивалась стремительно. Лекарства от рака желудка достала для него именно Пугачева, она же поддерживала его семью, когда поэта не стало.
Заслуженная артистка РСФСР Алла Борисовна Пугачева во время исполнения новой песни на съемках новогодней телевизионной передачи «Голубой огонек». Виталий Созинов/ТАСС
«Я сейчас звезду стану корчить, а ты будешь смеяться»
Близкие друзья рассказывали, что Леонид Дербенев был однолюбом и очень семейным, уютным человеком. Семья была его крепостью, опорой и бастионом. Поэт встретил свою будущую жену, когда ему было 28, а ей 24. А через 12 лет она решительно ушла с работы. Многие ее не понимали: цветущая 36-летняя женщина, и вдруг – домохозяйка.
А ей было все равно: она знала, что нужна своему мужу каждую минуту! Ведь именно ей он читает только что рожденные строки, а если вдруг в работе перерыв или творческий кризис – именно она успокаивает его, готовит вкусности, окружает заботой, утешает, рассказывает, какой он молодец – и кризис остается позади.
Ей он посвятил строки шлягера, который исполнял ансамбль «Самоцветы»:
«Все, что в жизни есть у меня.
Все, в чем радость каждого дня.
Все, что я зову своей судьбой
Связано, связано только с тобой».
Георгий Власенко, Юрий Маликов, Елена Преснякова, Александр Нефедов, Олег Слепцов. Фото: Википедия
Супруги вырастили дочь Елену, ставшую переводчиком, преподавателем иностранных языков. Сейчас у их внучки Елизаветы уже растет сын Мирослав, ему 11 лет.
Вера Дербенева вспоминала, что Леонид был очень домашним и совсем «не пробивным» человеком. Даже когда у него уже были большие заработки, жил в общем-то скромно. Не пользовался писательскими льготами, никогда не умел и не хотел прорываться в те спецмагазины, где в эпоху СССР можно было купить все, чего не было в обычных. А когда к Леониду Дербеневу приходили посетители, он просил жену выйти из комнаты. Говорил, мол, я же сейчас из себя звезду стану корчить, а ты будешь смеяться.
Стал верующим человеком в 50 лет
Леонид Дербенев никогда не мечтал уехать из России. Но когда в 90-х многие из его друзей и коллег стали уезжать из страны, он и сам стал задумываться об этом. Но что-то ему мешало, да и на что там жить, хотя бы первое время? Кто-то его просветил, что на Западе очень большим спросом пользуются старые иконы. И Дербенев, совершенно неверующий человек, стал их покупать.
Скоро половина комнаты была увешана иконами.
Жена Вера писала в своих воспоминаниях, что это было очень странно: комната была словно поделена пополам. В одной ее части расположились иконы, а в другой литература по эзотерике, йоге и астрологии – модных тогда течениях. И в какой-то момент появилось ощущение, что все это словно конфликтует друг с другом. Да и вообще тот период в жизни семьи был смутным, конфликтным. Даже жена, верный друг и соратник, вдруг не выдержала и ушла.
В этот трудный момент Леонид Дербенев по совету взрослой дочери вдруг взял и пригласил священника, чтобы тот освятил их квартиру. Это был очень удивительный для него поступок, ведь поэт вырос в эпоху атеизма и никогда не был верующим человеком. Но, видимо, это было шагом отчаяния.
В процессе освящения дома произошло удивительное событие, видение, о котором Дербенев рассказал потом только самым близким людям – тем, кто поймет. Пока священник читал молитвы, он явственно увидел, как изображения святых на иконах вдруг словно задрожали, стали объемными и ожили. Все святые молились вместе со священником.
На следующий день потрясенный Дербенев взял и убрал из дома всю эзотерическую литературу. А еще через некоторое время в семью вернулась его Вера. Так в свои 50 поэт вдруг стал верующим человеком.
Дербенев умер совсем не старым, ему было всего 64 года. За год до смерти, когда он еще не знал о своей болезни, поэт твердо решил переселиться в любимое родовое гнездо, деревню Улово, где прошло его детство. И даже купил участок, чтобы строить дом, да не успел. Хотя жена все же в память о муже довела строительство дома до конца. Так что можно сказать, что его мечта исполнилась.
Через несколько лет после ухода Дербенева из жизни его признают самым выдающимся поэтом-песенником второй половины XX века, и на Площади звезд откроют его звезду. А песни Леонида Дербенева и сейчас любимы. Но по-прежнему не многие знают, кто их автор. Так что и сейчас можно сказать: «Леонид Дербенев, слова народные».
Источник: mir24.tv