18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫМ ФОНДОМ РАЗВИТИЯ ФИЛАНТРОПИИ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОГО ФОНДА РАЗВИТИЯ ФИЛАНТРОПИИ.
Филантроп
- Home
- Дела
- Как работают благотворительные фонды: ответы на популярные вопросы
Как работают благотворительные фонды: ответы на популярные вопросы
Настоящий материал (информация) произведен, распространен и (или) направлен иностранным агентом Благотворительным фондом развития филантропии, либо касается деятельности иностранного агента Благотворительного фонда развития филантропии
Наталья Петрова, директор по развитию фонда «Дети наши», в прямом эфире в Instagram обсудила с подписчиками, что такое благотворительность, как работают фонды и ответила на самые частые и популярные вопросы, а также рассказала о работе фонда «Дети наши». Специально для журнала «Филантроп» Наталья Петрова повторила свои ответы.
Как устроен типичный благотворительный фонд?
1. Что такое благотворительный фонд?
Благотворительный фонд — это один из видов некоммерчекой организации (НКО), полноценная организация со своими процессами, сотрудниками, которые работают по трудовому кодексу.
2. Чем отличает фонд от коммерческих организаций?
Фонд существует на деньги, которые привлекает из разных источников.
У фонда всегда есть основной документ — устав, в котором прописаны цели сущестWowания фонда и виды деятельности, которые фонд может осуществлять. Виды деятельности, которые в этот список не включены, фонд осуществлять не может.
В некоторых уставах прописано разрешение на коммерческую деятельность. Это значит, что фонд может предоставлять какие-либо услуги на коммерческой основе. Все средства, которые поступают от этих услуг, должны быть израсходованы в соответствии с назначением и целями фонда.
Ключевое отличие от коммерческой организации — нет ни акционеров, ни распределения прибыли. Все привлеченные средства расходуются на основные виды деятельности, которые прописаны в уставе.
3. Кто работает в фондах?
Как организация, фонд нанимает сотрудников, здесь нет никаких отличий от коммерческих организаций: трудовой договор, режим работы, рабочие задачи и т.д.
Но при этом в фонде есть еще волонтеры, которые предоставляют услуги безвозмездно: фотографы, дизайнеры, юристы, водители и т.д.
Наличие волонтеров, которые отдают часть своего свободного времени, помогает фонду сэкономить на некоторых статьях расхода и направить больше средств на помощь благополучателям.
Есть менеджеры: директор, директор по развитию, фандрайзеры, маркетологи. Эти специалисты, которые занимаются привлечением средств в фонд. Есть бухгалтеры, которые помогают организации сущестWowать, как организации.
Есть те, кто работает непосредственно с благополучателями: психологи, специалисты по детской и подростковой психологии, социальные педагоги – люди, которые умеют увидеть картину в семье целиком, могут оценить и экономическое положение, и психологическое состояние, и эмоциональные связи.
Благотворительный фонд — помощь или бизнес
Есть люди, которые пишут программы, методологии работы. Это комбинированные специалисты, которые понимают социальную проблематику, и обладают психологическим образованием и соответствующими знаниями, в том числе это и менеджер, способный организовать других для эффективной работы.
4. Откуда фонды берут деньги?
Источники финансирования разных фондов устроены по-разному — это могут быть частные или корпоративные пожертWowания, целевой капитал, финансирование учредителем фонда — частным лицом или компанией, грантовая поддержка. Благотворительный фонд «Дети наши» — полностью фандрайзинговый фонд. Это значит, что фонд самостоятельно привлекает все средства.
5. А откуда деньги у фонда «Дети наши»?
- Добровольные пожертWowания от частных лиц.
В нашем фонде поступления от частных лиц составляют около трети бюджета.
При этом сумма пожертWowания не так важна, важно количество жертWowателей. Кто-то жертвует 100 рублей, кто-то – 15тыс. рублей, а кто-то списывает с карты оставшиеся на ней копейки. И все вместе эти, пусть и небольшие, суммы набирают половину годового бюджета фонда, а это около 20млн. рублей в год.
Дети наши — средний по размеру фонд фонд.
Есть организации, которые собирают миллиарды, и из них также 40-50% — это пожертWowания частных лиц. Поэтому никогда не нужно недооценивать свой вклад .
Очень полезны для фонда ежемесячные подписки, когда с карты жертWowателя ежемесячно списывается оговоренная сумма. Обычно жертWowатели даже не замечают, когда она списывается. Но у нас ежемесячно таким образом набирается порядка 150тыс. рублей. И, так как подписка обеспечивает регулярность пожертWowаний, это сумма, на которую фонд может рассчитывать при планировании бюджета.
- Поступления от юридических лиц и государственных грантов
Государство помогает НКО через организацию грантовых конкурсов. Фонд подает заявку, заполняет все документы, подробно описывает, на реализацию какого проекта собирается потратить деньги, как будет измерять результаты и т.д. Это довольно объемная и кропотливая работа.
Самый большой грантодающий ресурс в государстве на данный момент — Фонд президентских грантов. Количество заявок на прошлом конкурсе составило около 10 тысяч.
Существует система оценки: определяется, насколько актуальна проблема, насколько логичен, обоснован, последователен проект, рассматривается охват благополучателей, системность подхода к решению проблемы.
Система оценки серьезная, эксперты анонимные, процесс достаточно прозрачный.
Мы получаем гранты каждый год. Доля в бюджете фонда — примерно 10%.
Стоит отметить, что в период пандемии количество грантов не изменилось. И государство даже в некоторой степени идет навстречу фондам, дает послабления в части отчетности, перераспределения средств.
Поступления от бизнеса. Корпоративная социальная ответственность — это сравнительно недавно появившийся тренд. Для крупного бизнеса иметь проекты в сфере благотворительности – уже стало правилом хорошего тона. Все больше молодых специалистов обращают внимание на то, участвует ли компания в благотворительности, при выборе места работы.
Есть несколько способов участия бизнеса в благотворительности:
— передача средств в фонд по договору финансирования;
— участие в благотворительных акциях для сотрудников: сотрудники делают пожертWowания в фонд, и иногда компании удваивают или утраивают собранную сумму.
6. Чем занимается фонд «Дети наши»?
Отвечая на этот вопрос, нужно вернуться к истории фонда. Это даст понимание того, как мы работаем сейчас.
14 лет назад все началось с волонтерских поездок в детские дома. Тогда были выбраны два детских дома в Смоленской области. В Москве и Подмосковье больше ресурсов и больше желающих помогать. А чем дальше от столицы, тем сложнее ситуация.
Волонтеры устраивали мастер-классы, праздники. Но очень быстро поняли, что разовые волонтерские поездки не решат проблем детей, никак не повлияют на их будущее.
Тогда был создан фонд «Дети наши». В самом начале были организованы кружки и творческие мастерские на базе детских домов, где ребята могли с пользой провести свободное время и попробовать себя в новых видах деятельности, которые потом потенциально могут стать профессией, такие случаи были.
У семейных детей формируется естественная мотивация, естественный интерес, потому что они живут в среде, где есть много примеров: разные профессии, типы занятости. А в детском доме дети живут в закрытой среде, и спектр профессий, которые они могут применить к себе, очень узок: учитель, воспитатель, повар, водитель.
А если детский дом находится, как один из наших подопечных домов, в 300 км от города, детям просто некуда выйти за пределы огороженной территории.
Фонд старается расширить горизонты детей.
Например: есть кружок скалолазания. В самом детском доме оборудована стенка. А мы вывозим группу детей на несколько дней, например, в Москву в профориентационно-развлекательную поездку. Дети ходят на московские скалодромы, встречаются с людьми, для которых скалолазание стало профессией и готовы поделиться своим опытом. Это помогает замотивировать детей, показать, что увлечение может стать делом жизни, и что есть неограниченное количество вариантов, в чем они могут реализовать себя.
Есть еще формат «День тени» — для подростков. Когда ребенок решает, кем он хочет быть, мы находим специалиста, который соглашается показать ребенку, как проходит его рабочий день.
Был случай, когда девочка не могла выбрать, кем она хочет быть, флористом или ветеринаром. Мы организовали ей день в московской ветеринарной клинике. И после этого она отказалась от идеи стать ветеринаром. Ведь, выбирая профессию, очень важно понимать, чем именно предстоит заниматься, а не полагаться на иллюзии.
У нас много разных форматов по профориентации, мотивации, поиску себя в жизни.
С детьми работают коучи. Коуч оценивает склонности, таланты и желания ребенка и выстраивает образовательный маршрут, подробно объясняет, что нужно сделать, чтобы достичь цели.
Когда ребенок поступает в выбранное им учебное заведение, будь то ссуз или вуз, фонд выплачивает ему стипендию. Для особенно отличившихся есть повышенная стипендия. Это отличная мотивация!
Еще у нас есть проект «Будем вместе»: пока ребенок находится в детском доме, мы ищем ему взрослого, волонтера, который становится ему другом и остается с ним посоле выпуска из детского дома. С волонтерами работают психологи, проводят собеседования, составляют психологический портрет. И такая же работа идет с ребенком. Психолог подбирает пары.
Важно понимать, это не опекунство, а очень сложный, но один из самых эффективных видов волонтерства.
7. Критерии отбора. Как происходит отбор и анализ семьи?
Второе и сейчас основное направление работы фонда — профилактика социального сиротства. Программно, системно в этом направлении мы работаем с 2018 года.
Началось все с работы на восстановление кровных связей детей в наших подшефных учреждениях с их родными. И теперь мы работаем на профилактику, начинаем помогать семье до того, как проблемы приведут к изъятию ребенка.
Не допустить попадание ребенка в детский дом – это общемировой тренд. Поддержать кровную семью — гораздо более эффективно со всех точек зрения, в том числе с экономической, чем изъять ребенка из семьи и воспитывать его в детском доме.
Кризисные семьи — семьи, которые находятся в сложных жизненных обстоятельствах – одна из основных целевых аудиторий, с кем мы сейчас работаем. Сейчас эта работа тоже ведется в Смоленской области, но мы планируем ее расширять и на другие регионы.
Как эти семьи к нам попадают? У нас налажено сотрудничество с органами опеки. Они сообщают нам о семьях, которые находятся на грани изъятия, хотя ситуация не критическая, ребенок здоров, его не избивают. Наша «мобильная бригада» социальных педагогов и психологов выезжает в семью и на месте оценивает ситуацию.
Берем ли мы семью в работу, не субъективное решение одного-двух человек. У нас есть методология оценки состояния семьи. Каждый шаг работы с семьей проходит по выработанной методологии, оформляются документы.
Причина 40% попаданий детей в детские дома – экономическое положение семьи, то есть бедность или даже нищета. Но это только симптом, на самом деле проблема намного глубже, и решать ее нужно комплексно. Нельзя просто выдать семье денег и забыть.
Наша цель – вывести семью из кризисного положения, чтобы она научилась дальше справляться самостоятельно. Мы с каждой семьей подписываем договор и план выхода из кризиса и работаем над решением проблем вместе.
Адресно-материальная помощь у нас тоже есть. Но все не так просто. Мы можем завезти кур и поросят, чтобы семья могла развивать приусадебное хозяйство. Довольно часто помогаем с печками в деревенских домах. Если печка работает плохо или не работает совсем, – это угроза жизни и здоровью ребенка.
Цена восстановления печки – около тридцати тысяч рублей – это цена сохранения семьи.
Но такая помощь – всегда только часть работы с семьей. Главная задача – найти внутренний ресурс, чтобы семья стала стабильной, показать, что они в состоянии справиться с трудностями.
Дети – это один из сильных мотиваторов для родителей. Часто мы наблюдаем, что, когда ребенка забирают, у семьи пропадает стержень, руки совсем опускаются.
Отстоять ребенка – важно не только для самого ребенка, но и для родителей.
Мы работаем не со всеми семьями. Есть ситуации, когда мы понимаем, что семье мы не можем помочь, например, если ребенку угрожает опасность, при очень тяжелой алкогольной или наркотической зависимости.
8. Как можно помочь фонду — и фонду «Дети наши», и другим?
Самый эффективный способ – пожертWowаниие. Деньги – это основной ресурс, который нужен фонду.
Также существует интеллектуальное волонтерство – практически любые компетенции фонду нужны: фотографы, дизайнеры, юристы и т.д.
Как это работает? Просто заполните форму на сайте, и сотрудник фонда с вами свяжется и расскажет, как вы можете помочь.
Волонтерский фандрайзинг — распространение информации о фонде, проведение акций. Частая история – фандрайзинг на день рождения или по другому поводу, когда вместо подарков человек собирает деньги в пользу фонда. Для этого можно завести страничку на сайте фонда или на других сайтах, например, на портале Такие дела.
Волонтёры-наставники – очень ценный для фонда ресурс. В Смоленске у нас сейчас сорок пар волонтер-ребенок.
Не стоит недооценивать репосты в социальных сетях. Это действительно важно, потому что мы постоянно работаем над тем, чтобы расширять нашу аудиторию и как можно большему количеству людей рассказывать о проблеме, которую решаем. К сожалению, далеко не все люди понимают масштаб проблемы социального сиротства.
8. Как понять, что в интернете на операции и лечение (и не только) собирают не мошенники?
Во-первых, никогда не поддавайтесь эмоциям. Мы за доказательную, разумную благотворительность. Не поленитесь, зайдите на сайт фонда. Благонадежный фонд всегда имеет на сайте регистрационные документы, отчеты о своей деятельности, о сборах, о расходах, обязательно годовой отчет, многие фонды делают также ежемесячные отчеты.
Но мошенники тоже могут зарегистрировать фонд. И тогда регистрационные документы будут на сайте. А на вопрос, где отчеты, легко ответить, что фонд существует недавно и отчетов еще просто нет.
Поэтому, кроме документов, нужно проверять еще и руководящий состав фонда: руководство фонда, команда фонда, правление. Часто в попечительском совете присутствуют известные личности. У нас это, например, Алексей Кортнев. Проверить, действительно ли эти люди имеют отношение к фонду, не сложно.
Еще один критерий. Существуют платформы, которые занимаются верификацией фондов:
— Платформа БФ «КАФ» Благо.ру
Если фонд входит в одну из этих организаций — это доказательство его благонадежности.
Не ленитесь звонить в фонд и просить рассказать о том, чем он занимается. Нормальный фонд всегда открыт к подобным вопросам.
Источник: philanthropy.ru
Какую выгоду от благотворительности может получить бизнес
Несмотря на отчеты со стороны властей, показатели благотворительности в разрезе многих регионов России остаются минимальными. Деньги из бюджета подлежат распределению на более важные вещи и не способствуют развитию благотворительных фондов. В таких условиях именно бизнес заинтересован в данном вопросе. Тратя ресурсы на благотворительность, он создает комфортную площадку для дальнейшей работы.
Мнение эксперта: Развитие региона присутствия способствует не только улучшению показателей в сфере благотворительности. Это также формирует будущие кадры для страны, уменьшает показатель криминала и поднимает экономику.
В отличие от физического лица, для предпринимателя важна индивидуальная ориентация (личный пример, возможность роста, перспективы развития). То есть, он должен ощущать значимость своей работы, сопричастность с каким-либо крупным делом.
Формирование HR-бренда
Несмотря на уровень безработицы, соискатели предъявляют высокие требования к будущему месту работы. Подавая резюме, они оценивают показатель HR-бренда и платежеспособность компании, смотрят отзывы в сети, анализируют поведение работодателей на конкурентном рынке. Чтобы привлечь квалифицированные кадры, необходимо позаботиться о своей репутации. А сделать это можно с помощью благотворительности. Персонал видит, что компания не использует сотрудников, как «расходный» материал, а готова делиться ресурсами с нуждающимися в этом людьми.
Мнение эксперта: Благотворительность может удовлетворить несколько целей в работе бизнеса. Преимуществом является то, что молодые люди все активнее примеряют на себя роль волонтеров, кураторов и менеджеров благотворительных проектов. Они заблаговременно выбирают компании с активной социальной жизнью и помогают им в реализации инициатив. Это прямым образом влияет на рабочий процесс – увеличивает уровень производительности, показатели платежеспособности фирмы.
Доверие со стороны аудитории
Еще один плюс в сторону благотворительности – если бизнес не делает пожертWowания, то его основные потребности считаются не удовлетворенными. Если же персонал компании участвует в благотворительности, это значит одно – дело процветает, сотрудники получают высокую зарплату и они полностью довольны своей работы.
Также благотворительность позволяет завоевать доверие и лояльность целевой аудитории, «переманить» на свою сторону потенциальных клиентов. ПожертWowания могут быть не значительными – в этом случае бизнес выступает в роли посредника. К примеру, речь идет о надбавке к товару (услуге, работе), установка боксов для сбора средств в магазинах и т.д. Люди проще помогают тем, кого они знают и кому доверяют.
Мнение эксперта: Именно социальная ответственность говорит о стабильности работы компании. Вследствие регулярных действий со стороны коллектива может прийти «привыкание», основанное на эмоциональной составляющей. А это самое главное.
Правильная корпоративная культура
Благотворительность является залогом верной корпоративной культуры. Единая цель (а тем более – цель на благо обществу) должна сплотить коллектив, научить людей смотреть в одну сторону, работать на результат. Социально значимые мероприятия находят большой эмоциональный отклик у тех, кто принимает в них участие.
Рассмотрим данный вопрос в разрезе статистических данных:
- 94% предпринимателей сказали, что принимали участие в одной/нескольких благотворительных акциях на протяжении 2019-2020 гг.;
- 3,20 млн. рублей – средняя сумма пожертWowаний у владельцев капитала;
- 12% респондентов в виде предпринимателей оказались не довольны сотрудничеством с благотворительными фондами (некоммерческими организациями);
- 220 тыс. рублей – средняя сумма разового пожертWowания от бизнеса.
Помощь в благотворительности
Свой вклад в благотворительность можно сделать не только в виде регулярных денежных пожертWowаний, но и в виде мотивации своей аудитории. Многие люди хотели бы принять участие в социальной работе, но у них нет для этого ни знаний, ни навыков. Компания, в которой они работают, могут поделиться с ними этой информацией.
Мнение эксперта: Какие бы ни были второстепенные цели в благотворительности, этот процесс направлен на помощь нуждающимся людям. Если это носит не эпизодический, а регулярный характер, такая политика «встроена» в корпоративную программу, что позволяет решать многие социальные проблемы.
Доказательства
эффективной работы
Эксперты во многих сферах анализируются показатели работы компании по тому, насколько часто ее представители занимаются благотворительностью. Если часто, это заслуживает доверия и свидетельствует о правильном формате социальных проектов. Если нет – это повод задуматься. Наличие критериев эффективности в благотворительности говорит о состоятельности и независимости «донора».
Благотворительность и налоги
Напомним, что до 2005 года в России сущестWowал механизм налоговых льгот, при котором компания могла освободить себя от уплаты ¼ налогов в том случае, если занималась благотворительностью. Из-за злоупотребления такой нормой репутация благотворительных фондов пострадала. Несмотря на это, представители среднего и крупного бизнеса все же выбирают благотворительность, когда дела у них идут «в гору».
Важно! ПраWowые аспекты благотворительности изложены в Конституции РФ, Гражданском кодексе РФ, Федеральном Законе РФ №135-ФЗ от 11.08.1995 года.
Предприниматели, которые задейстWowали бизнес в благотворительности, имеют право на получение налогового вычета. Он предоставляется во всех случаях, кроме тех, когда перечисление денег было произведено не напрямую в благотворительный фонд (или организацию, которая определена рамками Налогового кодекса РФ), расходы были использованы для получения личной выгоды, помощь была указана физическому лицу.
Источник: fondgrani.ru
Благотворительность в России — помощь людям, но как на ней зарабатывают?
Я думаю так. Существует какой-либо благотворительный фонд. Как известно из законов, они не имеют права заниматься другой коммерческой деятельностью. В теории такие организации существуют за счет пожертWowаний. Вроде все нормально.
Но меня, если честно, смущает один момент. Раз в месяц по тв (вроде по 1 каналу, если не ошибаюсь) показывают какие есть больные детки. И кто хочет отправляет им деньги в виде СМС-сообщения. Потом через месяц они рассказывают сколько собрано денег на лечение и как полечили ребенка. Это все хорошо.
Но тут у меня в голове возникает вопрос. Если у нас бесплатная медицина, то почему государство не может помочь этому ребенку. Государству проще, чтобы люди скинулись деньгами (это при условии, что мы все платим налоги). Поэтому я считаю, что на благотворительности кроме благих дел, организаторы зарабатывают немалую сумму.
система выбрала этот ответ лучшим
комментировать
в избранное ссылка отблагодарить
Bokat ashka [22.4K]
7 лет назад
На благотворительности фонды действительно зарабатывают не малые деньги. Раньше я думала, что волонтер — это человек, который действует бескорыстно, бесплатно. Но немного поварившись в этом бульоне, я обнаружила, что это далеко не всегда так. Люди, которые работают в благотворительных фондах, действительно получают зарплату и очень даже приличную.
Я не могу сказать, что не заслуженно. Очень даже заслуженно, ведь чтобы собрать средства на лечение одного ребенка им приходится не спать ночами, постоянно быть на связи. Это все очень не легко, могу сказать, как человек участWowавший в благотворительном сборе.
И благо, что такие фонды существуют, потому как им люди доверяют больше, чем просто одинокой маме, которая пытается наскребсти сотни тысяч зеленых, чтобы спасти своего малыша. Конечно, государство должно лечить детей бесплатно. Но ведь мы все прекрасно знаем, что оно этого не делает. И если в семье рождается ребенок скажем с ДЦП, то это становится настоящей трагедией.
Ведь каждый курс реабилитации для такого ребенка на территории РФ стоит в районе ста-двухсот тысяч рублей, а такие курсы надо проводить регулярно, иначе никак. Есть большое количество волонтеров, которые помогают вести эти сборы бесплатно в соц.сетях, на улицах городов, но если ребенка под защиту взял какой-нибудь фонд, то шансов, что малыш поедет лечиться Wowремя становится в разы больше. Вот и выбирайте, что Вас больше устраивает: то что сбор будет идти крайне медленно, или сбор закроется намного быстрее, но процент от необходимой суммы пойдет в карман людям, которые сделали всё, чтобы собрать средства в кратчайшие сроки.
Источник: www.bolshoyvopros.ru
Как под видом сбора средств на благотворительность прикарманиваются миллионы
Их часто крутят именно в выходные — пока все дома. По возможности отправляю какие-то суммы. Когда кто-то из моих родных ворчливо заметил: а где же наше замечательное государство, меценаты, почему не помогают? — я возмутилась: нужно не рассуждать, а проявить участие, потому что вот он, конкретный ребенок. Деньги на его лечение нужны сейчас — завтра может быть поздно.
Уверена, такие же благие намерения движут всеми, кто откликается на подобные призывы. Сочувствие, желание поделиться у нас в крови, и это здорово. Благотворительность развита во многих странах и выручает в экстренных ситуациях. Но именно эта сфера, где проявляются лучшие человеческие качества, привлекает и нечистоплотных людей. Со Светланой Машистовой — создателем проекта «Токсичная благотворительность» и администратором паблика «Благотворительность на костях», спецкором Русфонда — мы говорили о том, как не стать жертвой мошенников.
Миллион на шарлатана
— Отправной точкой для изучения этого явления для меня стала история Сони Ш. из Петербурга, — рассказывает Светлана. — Ее мама написала на одном из форумов, что ее дочери поставили диагноз «острый лейкоз». Девочке повезло: болезнь обнаружили на очень ранней стадии, когда он хорошо лечится. Однако папа девочки заявил, что диагноз надуманный, забрал ее из больницы и начал собирать в соцсетях деньги на лечение в Израиле.
В итоге он отравил дочь в Германию к доктору Клеру — известному шарлатану. Через полгода ребенок оказался в тяжелейшем состоянии в том же отделении в Питере, из которого его увезли. Наши врачи девочку вытащили. Но папа до сих пор уверен, что все сделал правильно. За очень короткий срок он собрал около миллиона рублей.
И никто не хотел понимать, что средства идут на лечение онкологического заболевания у дерматолога.
— Возможно, именно фонды должны разбираться, когда действительно нужна помощь, а когда люди просто пользуются ситуацией?
— Добросовестные проверяют историю, документы, связываются с врачами. Но проводить экспертизу чужих сборов ни один фонд не может и не будет, не хватил сил и времени.
Среди фондов, появившихся за последние годы, есть те, кто готов собирать деньги на что угодно. Один из последних скандалов — сбор средств для больного нейробластомой Влада Шестакова. Мальчик погиб — он был абсолютно безнадежен. Но, спасая неспасаемое, можно было получить деньги.
Некоторое время назад мы с коллегой Александрой Черниковой писали про деятельность одного благотворительного фонда в Самаре. Средства якобы на лечение детей собирали в ящики, установленные в магазинах. Одна из мам, Анна Николаева из Магнитогорска, рассказала, как это происходило. Ее сыну, восьмилетнему Никите, требовалась реабилитация стоимостью 3,6 тыс. евро.
Представители «Спасения» сами предложили организовать сбор. Женщина выслала в фонд медицинские документы сына. Она лично знала людей, которые клали в ящики деньги. Но фонд не перевел Николаевым ни копейки. Когда Анна попросила объяснений у директора фонда, Арсения Шепса, тот удалил с сайта страницу о Никите.
Другая пострадавшая — Оксана Кныш из Самары, мама двойняшек, — получила от «Спасения» всего 27 тыс. руб.: ей сказали, что в ящиках почти пусто, хотя она сама видела брошенные в них пятитысячные купюры.
В 2015 году этот фонд собрал около 3,376 млн. руб., а на благотворительные цели перечислил лишь 794 тыс. В 2014-м из собранной 401 тыс. руб. на добрые дела пошло только 53 тыс. Суд принял решение ликвидировать «Спасение», но собранные им деньги не нашлись, а ящики для пожертWowаний не исчезли из магазинов. Работал и короткий мобильный номер для приема SMS-пожертWowаний.
В октябре прошлого года разразился другой скандал. Фонд «Золотые сердца» собирал пожертWowания на лечение шестилетней Алины Пахомовой из Ставрополя — у девочки злокачественная опухоль ствола головного мозга. Помочь ей согласились в Москве, на лечение требовалось почти 4 млн. руб. Родители малышки начали сбор денег в соцсетях.
А потом обратились в «Золотые сердца», где им поставили условие: отчитываться за все деньги, полученные из других источников, и перечислить фонду все невостребованные средства. Получалось, что все, что родителям удалось собрать до обращения в «Золотые сердца», могли забрать «благотворители». А обещанной помощи семья Алины не дождалась: на счет мамы директор «Золотых сердец» Татьяна Капнинская перевела всего 8 тыс. руб.!
Семья отказалась от сотрудничества с фондом, однако Капнинская продолжала сбор и разместила ролик с просьбой о помощи Алине на канале ТНТ. Зрителям предлагали отправить SMS на короткий номер с текстом «АЛИНА» и суммой пожертWowания. Как выяснилось, даже такие пожертWowания не становятся адресными. В фонд они поступают, пройдя через счет компании-посредника, предоставляющей услугу перевода денег с помощью SMS. Впрочем, прокуратура никаких нарушений в деятельности фонда «Золотые сердца» не нашла.
Хайпануть на несчастье
— Схем, по которым работают мошенники, множество. Крадут чужие истории болезни, придумывают несчастных детей, выставляют номера своих карт на страницах, рассказывающих о громких ЧП, — продолжает наш эксперт. — В Севастополе сейчас в центре скандала — 17-летняя Александра Кравченко, у которой семь месяцев назад родился тяжелобольной ребенок.
Мальчик не развивается и абсолютно бесперспективен. Это беда, и нужно было отнестись с пониманием к решению мамы отказаться от ребенка. Но члены сообщества «Мамы Крыма» призвали перечислять деньги на личный счет семьи и буквально навязали ей больного ребенка.
Волонтерам пытались объяснить: скидываться просто так нельзя, семья должна отчитываться за полученные и потраченные деньги, но они не слушали. Саша с сыном съездила в Москву, пообщалась там с врачами и все-таки оставила Артема в больнице. Теперь «Мамы Крыма» полощут ее по всем пабликам и требуют призвать к ответу и отобрать собранные деньги. Они чувствуют себя обманутыми, хотя сами же ввели подопечную, саму еще ребенка, в искушение.
Профессиональные «нищие»
— Светлана, как же отличить честных сборщиков денег от жуликов?
— По возможности надо смотреть документы того, для кого объявлен сбор средств, анализировать. Если благотворительный фонд зарегистрирован, к нему нет претензий от Минюста, назвать его нечестным мы с вами не можем. Представим ситуацию: ребенок, для которого объявлялся сбор пожертWowаний, во время лечения умирает. Добросовестный фонд в таком случае переведет средства другому своему подопечному. А аферисты пожертWowания отзовут и потратят по своему усмотрению.
— Отчет благотворительного фонда должен быть выложен в общем доступе?
— Да, но формы публичной отчетности нет — каждый пишет то, что считает нужным. Например, фонд «Помогать легко» выкладывал отчеты перед Минюстом. Однако эти документы не дают представления ни о реальном объеме деятельности, ни о структуре расходов.
— Норма в 20 процентов установлена, чтобы поддержать маленькие фонды, у которых очень мало пожертWowаний, а зарплату сотрудникам платить надо. Все крупные фонды тратят на свое функционирование 4 — 7 процентов.
— Где же государство во всех этих историях? Почему тот же фонд «Подари жизнь» покупает лекарства, шприцы для крупных федеральных центров?
— Речь идет о государственной политике перекладывания своих обязательств на общество. Зачем покупать в детский дом памперсы, а в больницу шприцы, если это сделает благотворительный фонд?
— Как реагировать на объявления о сборе средств?
— Не надо делать переводы на счета частных лиц, если они собирают деньги в пользу других людей. Если фонд представляет для сбора денег карту своего сотрудника, значит, что-то нечисто. В Воронеже есть многодетная семья, которая собирает средства годами. Они купили несколько квартир, сделали ремонт, обучили детей в платных вузах. Время от времени они приезжают в домик, где раньше жили, фотографируются и плачутся в сетях: помогите…
— После ваших выступлений были инициированы какие-то проверки?
— Схемы отъема средств у населения чаще всего легальны. Иногда жертWowатели обращались по ряду сборов, когда точно было известно, что родители больного ребенка деньги разворовали. Но в возбуждении уголовного дела было отказано, потому что расценили пожертWowания как подарки, которые семья как хочет, так и тратит.
Настрелять на «заграницу»
Один из «благотворительных» скандалов связан с именем бывшей биатлонистки Вероники Тимофеевой. У ее сына — пятилетнего Артема — ДЦП, кроме того, долгое время он не мог дышать самостоятельно. В 2016 г. Вероника объявила сбор денег в соцсетях, чтобы отвезти сына в Израиль, где ему обещали снять трахеостому. Но две операции надежд не оправдали, и мама нашла доктора в США.
Деньги на лечение в числе прочих жертWowателей перечислили известные спортсмены: Дарья Домрачева, Евгений Малкин… Однако волонтеры обратили внимание на отсутствие отчетов по этим перечислениям. Позже Вероника попросила жертWowать средства для девочки из детского дома, которую она встретила в больнице. Деньги следовало перечислять на личную карту Тимофеевой. И опять волонтеры не увидели отчетов.
Мародеры на доверии
- Республика Мордовия (2009): на два с половиной года в колонию-поселение отправилась организатор благотворительного фонда помощи больным детям «Вера. Надежда. Любовь» Валентина Лукшина. Она собирала деньги на проведение платных операций за границей, однако никаких поездок не организовывала.
- Москва (2013): экс-директор благотворительного фонда Валерия Гергиева Игорь Зотов осужден на восемь лет за хищение 245 млн. руб.
- Ростов-на-Дону (2015): четыре с половиной года проведет в колонии учредитель благотворительного фонда, торговавший героином.
- Нижний Новгород (2017): три года лишения свободы условно — таково наказание трем нижегородским лжеволонтерам, собиравшим деньги на лечение бездомных животных, о которых давали вымышленную информацию.
- Волгоград (2018): шесть лет колонии получил экс-директор благотворительного фонда социальной поддержки населения Денис Землянский. На деньги фонда он приобрел две квартиры стоимостью 11 млн. руб. Еще столько же истратил по «мелочи».
- Курск (2018): суд приговорил к четырем годам колонии главу благотворительного фонда Евгения Гололобова и его зама Алексея Куклина, обвиняемых в сексуальном насилии в отношении сотрудника фонда, причастного, по их мнению, к смерти кота одного из них.
Кстати
Отдельная история: сбор денег на искалеченных собак и кошек, фото которых выкладывают в соцсетях. Прежде чем делать перевод, надо подумать: если сбор идет на личную карту, тут тоже все не так, как нам представляют. К теме пожертWowаний на животных мы еще вернемся и расскажем, как это работает.
Источник: www.eg.ru