В деревнях проживает каждый четвертый татарстанец. Однако молодежь уезжает в города в поисках лучшей жизни и больших доходов. Как вернуть людей в села, разбирались участники экспертного клуба «Волга».
В дискуссии приняли участие социальный предприниматель, основатель проекта развития территории в деревне Малый Турыш (Свердловская область) Гузель Санжапова, заместитель министра сельского хозяйства и продовольствия Татарстана Ришат Хабипов, депутат Госдумы Ильдар Гильмутдинов, глава Нижнекамского района Айдар Метшин и глава Мамадышского района Анатолий Иванов.
Наша справка
Выручка сельхозпроизводителей в Татарстане в 2020 году достигла 132 млрд рублей, прибыль — 13,2 млрд рублей, рентабельность выросла до 12,8%. На поддержку развития АПК в прошлом году было направлено 15,7 млрд рублей, в том числе на комплексное развитие сельских территорий 2,4 млрд рублей — 1,3 млрд рублей из бюджета РФ и более 1 млрд рублей из бюджета региона. В этом году на развитие АПК направят 12,7 млрд рублей, существенно сократилась и программа комплексного развития сельских территорий. Так, из бюджета РФ Татарстану на развитие села выделено 934 млн рублей, в бюджете Татарстана запланировано 219 млн рублей.
Гузель Санжапова. Как придумать необычный бизнес и спасти умирающую деревню.»Героиня нашего времени»
По данным замминистра сельского хозяйства и продовольствия РТ Ришата Хабипова, в селах Татарстана проживают порядка 900 тысяч человек, но только 60 тысяч заняты в сельхозпроизводстве.
— Это очень мало. Мы сейчас ставим задачу повысить зарплату в отрасли, но это не поможет. Надо обеспечить доходность. Сельхозпроизводитель должен продавать продукцию дороже через оптовые рынки, только тогда мы сможем заинтересовать существующее население, — высказал он свою точку зрения.

Фермеры и сельхозпроизводители, по его словам, готовы производить любую продукцию в разных объемах. Но каждой весной крестьяне задают вопрос: «Кто осенью и по какой цене купит продукцию? Где мы ее будем продавать?».
— Все говорят, насколько подорожал «борщевой набор», но никто не говорит, насколько увеличилась в цене электроэнергия, топливо, техника и металл. Это ложится на себестоимость сельскохозяйственной продукции. Мы должны со стороны государства предпринять меры, должны поддерживать фермеров компенсационными суммами в виде субсидий. Льготных кредитов уже недостаточно, — считает замминистра.
По его мнению, у села есть будущее, потому что есть люди, которые любят природу и родной край.
— Татарстан сегодня является является лидером в ПФО по объему производства сельхозпродукции. Мы по объемам четвертый субъект в России. В этом огромная доля заслуг населения, которое проживает в селах, — говорит Хабипов.
«Люди покидают села, потому что им нужно что-то есть и растить детей»
О том, как можно спасти умирающую деревню, рассказала социальный предприниматель Гузель Санжапова. Она известна тем, что в 2013 году основала производство мёда в родной деревне Малый Турыш под Екатеринбургом. Предприниматель решила поддержать семейное дело. Гузель и её команде уже удалось наладить производство мёда и сбор ягод, построить детскую площадку, открыть скважину питьевой воды и организовать вывоз мусора.
Гузель Санжапова: как спасти деревню и заработать // Скажи Гордеевой
Следующая ее цель — строительство многофункционального общественного центра, который станет точкой притяжения жителей и гостей деревни, решит оставшиеся социальные проблемы местного населения и создаст новые возможности для образования молодёжи и развития малого бизнеса. Она согласна, что на селе людей может удержать только работа и деньги, а для этого нужны субсидии и возможности.

— Людей на селе будет удерживать работа. Поскольку я единственный работодатель в деревне. Я понимаю, что их может удержать. Вопрос в другом — нужно ли привлекать государственные ресурсы для того, чтобы село развивалось? Да, безусловно нужно, но хватит ли на это сил и ресурсов?
В деревне Малый Турыш, где я сейчас нахожусь, 50 человек. Если будет борьба за субсидии, точно выберут тот населенный пункт, где экономический эффект выше. Туда где больше население, например, — поделилась она.
Санжапова отмечает, что для развития деревни нужно сделать четыре шага — дать работу, развить инфраструктуру, установить связи деревни с городом и всем миром. И четвертый шаг – научить людей управлять ресурсами: временем и деньгами. Люди покидают села не потому, что им «не классно жить в деревне», или не потому, что они «любят город». А потому что им нужно что-то есть и растить своих детей.
— Для того, чтобы деревня развивалась и ребята не уезжали из деревни, надо дать работу. Если мы хотим, чтобы российская деревня выжила, единственное, что может ее спасти — микромаленький бизнес, который живет на территории, — отметила она.
Задача №1 — работа
Депутат Госдумы РФ Ильдар Гильмутдинов соглашается, что причина сокращения численности населения в сельской местности – отсутствие работы.
— Главнейший вопрос — работа. У нас могут быть там и дороги, и ФАПы, и дома культуры, но если работы не будет, никто там не останется. Это задача № 1. Значит, нам надо всем вместе искать возможности — что можно еще сделать, кроме инвесторов, кроме фермеров, которые уже есть, как туда затащить бизнес, — сказал депутат Госдумы от Татарстана Ильдар Гильмутдинов.
Он напомнил, что из 900 тыс. проживающих на селе людей, 60 тыс — заняты в сельском хозяйстве, но это не маленькие цифры, поскольку в других регионах «может быть еще меньше».
— У государства есть возможности, чтобы поддерживать людей на селе. У Татарстана каких только грантов нет. Можно брать до 70 млн рублей. Наша задача — искать возможности, что можно ещё сделать? Как туда затащить бизнес, такой, которым занимается Гузель? — задался вопросом Гильмутдинов.

Он добавил, что в республике реализуется программа комплексного развития села, которую запустили в прошлом году. Но, по мнению спикера, она должна была стартовать еще 10-15 лет назад, не дожидаясь аварийного состояния некоторых социально-культурных объектов.
— Мы сейчас на федеральном уровне принимаем разные программы — то «Земской учитель», то «Земской врач». Это мы пытаемся вернуть кадры… Мы закон новый приняли о целевом обучении, чтобы, обучаясь за счет бюджетных денег, люди возвращались в села. Но ее надо усилить — не срабатывает она у нас. Мы должны обеспечить сельскую местность — объектами образования, инфраструктурой, кадрами, — перечислил он.
Отдельное внимание спикер уделил инвесторам, работающим на селе. Депутат считает, что они должны способстWowать развитию сельской местности.
— Инвесторы должны быть социально-ответственные. К сожалению, ряд инвесторов, у которых есть поле, урожай, прибыль, не видят село, как там живут люди, что им нужно помогать и поддерживать. Потребительское отношение ряда инвесторов к селу я тоже не понимаю, — заявил депутат.
Хабипов напомнил, что в раньше в Татарстане было 14 тысяч фермеров (сейчас 4,5 тысячи), когда государство создавало условия: их освобождали от налогов и давали преференции. На сегодняшний день активно работают на селе около 3,5 тысячи фермеров, из них 1,5 тысячи — это так называемые новые фермеры, получившие господдержку. Сегодня они несут перед государством социальные обязательства по созданию новых рабочих мест.
— За 10 лет фермеры получили 9,2 млрд рублей господдержки. У каждого нового фермера есть социальная нагрузка. Они берут обязательство увеличить сельхозпроизводство и создавать новые рабочие места. Ежегодно мы создаем более 500 рабочих мест на селе, — рассказал он.
По мнению замминистра, сегодняшние фермеры — герои нашего времени.
— Недавно мы отметили 30 лет создания фермерского движения в Татарстане. За этот короткий период времени мы смогли создать твердый класс. Сегодня у этих фермеров уже появились внуки, которым можно передать дело, мы считаем, что это самый устойчивый бизнес, — заключил он.
Источник: kazanfirst.ru
Здесь мёдом намазано. Как выпускница МГУ спасла целую деревню

31-летняя Гузель Санжапова из Екатеринбурга с красным дипломом окончила МГУ. По образованию она дипломат, однако последние 6 лет занимается деревней Малый Турыш, что в 230 км от уральской столицы.
Здесь Гузель организовала несколько производств. Её девиз: «Мы не просим денег. Мы их зарабатываем». В 2018 г. оборот деревенского бизнеса Гузель составил более 18 млн руб.
«Мировая политика»
Малый Турыш действительно маленький — здесь 16 дворов, где проживают 52 человека. Ни медпункта, ни школы, ни магазина в деревне нет. Рейсовый автобус приезжает раз в день. Автолавка с хлебом — раз в неделю. До недавнего времени не было в деревне и возможности заработать хоть какие-то деньги. До тех пор пока Гузель не открыла здесь производство.
Сегодня в эту маленькую деревню идут устраиваться на работу из соседних, больших.
А началась эта история 6 лет назад, когда Гузель Санжапова, окончившая университет по специальности «Мировая политика» и владеющая в совершенстве двумя иностранными языками, решила, что карьера дипломата не для неё.
— На самом деле по специальности я успела поработать. И поняла, что, во-первых, зарплата дипломата небольшая, во-вторых, ты винтик в большом механизме. А мне хочется принимать решения, которые меняют жизнь. Пусть речь и идёт о маленькой деревне, — рассказывает Гузель. — Малый Турыш — родина моей бабушки по материнской линии, она уехала оттуда ещё молодой.
В 2000-х папа решил купить в этой деревне дом для своих родителей. Оказалось, что купил он тот самый дом, где бабушка родилась. Такие удивительные переплетения судьбы! Папа завёл в деревне пасеку. Мёда качал много, а вот с его продажей были проблемы. Тогда у меня и возникла идея делать крем-мёд с добавлением местных лесных ягод. Закупили оборудование для взбивания мёда.
Местные жители стали собирать для нас ягоды. Плюс лесные травы, которые мы используем в производстве чаёв и косметики.
Производство, в которое Гузель вложила первоначальный капитал в 300 тыс. руб., росло как на дрожжах. Если в 2014 г. ягоды собирали 4 бабушки, то в 2018 г. в этом процессе участWowали уже 230 человек со всех окрестных деревень. Первая партия крем-мёда составила 70 баночек. Сегодня — в сотни раз больше. Кроме того, Гузель открыла в деревне швейное производство, столярную мастерскую.
Одна из самых возрастных работниц здесь — Зухра-апа, ей 72 года.

Статья по теме
— Люди увидели, что у меня есть желание о них заботиться. Дать работу — только часть задачи. Нужно создать среду для жизни, — продолжает Гузель. — Мы решили в деревне вопрос с питьевой водой. Вместо высохшего колодца пробурили новую скважину. Вместе с администрацией решили проблему вывоза мусора.
У нас появилась современная детская площадка. Когда её открывали, собрались все жители. Накрыли стол. Посидели за чашкой чая. Бабушки потом ко мне подходили, говорили: мы так уже 30 лет не собирались.
Попросили построить сельский клуб. Я им в шутку: «Как так? Вы же вроде тут помирать все собирались, а теперь плясать в клубе хотите?» В итоге появилась идея построить общественный центр, где будет своя пекарня, магазин нашей фирменной продукции и что-то вроде комнаты быта. Туда сможет приезжать парикмахер. У нас же в деревне негде постричься. Будет 10 номеров для туристов.
Мы хотим, чтобы центр сам себя окупал. Сейчас здание в 800 кв. метров в процессе строительства.
Деревенская зарплата
Одной из важных задач было наладить сбыт готовой продукции. Помогли интернет-технологии, благодаря которым у Гузель появилось около 3000 спонсоров в десятках городов России. Эти люди покупали продукцию Малого Турыша, внося свой вклад в развитие производства.
— Это называется краудфандинг, — объясняет Гузель. — Таким образом можно встать на ноги без кредитов и бюджетных вливаний. Плюс различные компании заказывают у нас подарки для своих сотрудников к праздникам.
А вообще в деревне в плане производства можно делать всё! И я уверена, что деревню в России спасёт не государство, а малые предприниматели.
Зарплаты на производстве от 12 до 16 тыс. руб. Для деревни это хорошие деньги, утверждает Гузель:
— Наша почтальон, которая обслуживает 11 деревень, а это значит, весь день мотается по ухабам на машине, получала 11 тыс. Знаю в нашем районе помощника повара, которая получает 5 тыс. руб. и воспитывает пятерых детей. Продавец в соседнем сельском магазине зарабатывает 7–8 тыс.

Статья по теме
Крепким тылом для Гузель всегда была её семья: папа с мамой и до недавнего времени бабушка. Мама Гузель 30 лет отработала фельдшером на скорой, отец трудился инженером.
— Школу я окончила на отлично. Возник вопрос: куда поступать. Родители сами меня отправили в Москву, в МГУ. Хотели, чтобы я училась в лучшем вузе. А когда выбирали факультет, то выбрали, где был самый большой конкурс.
В тот год это был факультет мировой политики — 26 человек на место. Я поступила на бюджетное отделение.
Гузель признаётся, что получает от своей работы прежде всего моральное удовлетворение:
— Вижу, что качество жизни людей в нашей деревне растёт. Кто-то купил новую стиральную машинку, кто-то стал дома ремонт делать, а есть такие, кто начал строить новый дом. Это значит, они чувствуют уверенность в завтрашнем дне. Они хотят остаться здесь жить.
Ценить каждый день
При этом жизнь самой Гузель в материальном плане мало изменилась. Практически всё заработанное она вкладывает в производство, предпочитая не тратить деньги на дорогую одежду или предметы роскоши:
— Я насмотрелась на людей, у которых одежда стоит столько, что всю мою деревню можно накормить. Одежда человека не красит. Важны его дела. Из дорогих вещей у меня только машина. Без неё в Москве сложно.
В плане отдыха люблю рыбалку. Мечтаю постоянно жить в деревне, но пока это невозможно. Необходимо проводить какое-то количество времени в столице, где у меня офис. В родную деревню приезжаю по нескольку раз в месяц.
Свой успешный опыт Гузель планирует распространить на соседние деревни. Кроме Малого Турыша в округе есть ещё Большой Турыш, Русский Турыш и Красный Турыш. В строящемся общественном центре будет большое образовательное пространство, где Гузель собирается обучать сельскую молодёжь.
— А в целом стараюсь жить сегодняшним днём. Хочу, чтобы от того, как я проживу свой день, кому-то было хорошо. В этом смысле мой характер очень сильно сформировала бабушка. Это на её примере я поняла, что такое любовь, доброта.
А ещё повлияло то, что в детстве я столкнулась с серьёзной болезнью. Пережила трепанацию черепа. Когда мне брили голову перед операцией, мама спросила доктора, какова вероятность, что я выживу. Он ей честно ответил: вскроем — посмотрим. Папа с мамой тогда за сутки поседели. Мама несла меня на операцию на руках и обливалась слезами.
Она понимала, что, возможно, видит меня живой последний раз. Операция прошла успешно. На голове осталось 15 шWow. Я заново училась ходить. У меня до 18 лет была инвалидность. Теперь всё это в прошлом.
Но чувство, что завтра может не быть, — оно со мной и помогает ценить каждый день.
Смотрите также:
- На деревню к фон дер Декену. Как немец решил пахать на псковской земле →
- Из шахтёра — в бизнесмены. История успеха уволенного горняка →
- «В город не вернёмся!» Почему молодёжь выбирает деревню? →
Источник: aif.ru
