Потребность планеты в нефти увеличивается ежегодно. Одного только автомобильного топлива мы каждый день потребляем более 50 млн баррелей — через 15 лет этот показатель будет выше еще на треть. Чтобы своими глазами увидеть, как нефть становится топливом, корреспонденты “Ъ” посетили Омский нефтеперерабатывающий завод, самый большой в России и один из крупнейших НПЗ в мире.
Пассажирский среднемагистральный самолет сжигает порядка 3 тонн авиационного керосина в час. Наш авиалайнер, Boeing 757, следующий маршрутом Москва—Омск, должен был израсходовать уже более 9 тонн, когда я почувствовал, что мы идем на посадку.
Первое, что видит пассажир, подлетая к городу с запада,— впивающиеся в небо трубы омской электростанции. Они становятся различимы задолго до того, как на горизонте проступают очертания самого города, по современным меркам невысокого, раскинувшегося на слиянии двух рек — Оми и Иртыша.
Эти места — южная часть Западной Сибири — давно отвоеваны у природы, поэтому лесов тут немного и болота темнеют не так часто, как, скажем, на территории Тюменской области. Когда-то, когда пушнина была стратегическим ресурсом, тут вели меховой промысел. Сегодня у России другой стратегический ресурс, и теперь здесь занимаются нефтью.
Постепенно снижаясь, мы подлетаем к Омскому нефтеперерабатывающему заводу. Белые «шайбы» нефтехранилищ поначалу кажутся крошечными, однако позднее нам расскажут, что в некоторых из 43 хранилищ резервуарного парка завода может содержаться до 50 тыс. кубометров (это сравнимо с емкостью олимпийского бассейна) сырой нефти.
сотрудников работает на ОНПЗ
За то время, что мы летим над заводом, в деталях становятся видны отдельные его постройки и даже люди. Подо мной — сотни километров трубопроводов, проложенных на эстакадах над землей. Почти 3 тыс. сотрудников — инженеров, операторов, технологов, лаборантов, слесарей, водителей, наладчиков. Редкие автомобили, кажется, еле плетутся, не превышая даже максимальной разрешенной на заводе скорости в 40 км/ч. Блестят на солнце колонны установок нефтепереработки.
Подо мной — одна тринадцатая часть всей перерабатываемой в России нефти. Самый крупный налогоплательщик Омской области и мощнейший из 36 НПЗ страны, перерабатывающий 21 млн тонн нефти в год. Если эта цифра сама по себе ни о чем вам не говорит, представьте железнодорожный состав из цистерн, каждая из которых вмещает до 60 тонн нефти.
Если разлить всю поступающую на ОНПЗ нефть по ним, у вас получится состав из 367 тыс. цистерн. Он растянется на расстояние от Омска до Москвы. И даже дальше.
Легкая сладкая нефть
Нефть уже тысячи лет не дает человеку покоя. В древности бывали места (впрочем, и до сих пор они встречаются), где нефть сама выходила на поверхность, сочась из-под земли. Давно были открыты ее целебные свойства, как и ее способность гореть. Вечные огни газовых и нефтяных месторождений становились алтарями древних религий. Нефть использовали и в качестве оружия.
Но то было до того, как началась нефтяная эра и была раскрыта главная ее сила — созидания.
Последние 150 лет человеку с каждым годом нужно все больше нефти, а она в свою очередь уходит все глубже, прячется, ставя преграды на пути ее извлечения из недр. И пока геологи и бурильщики пытаются вытолкнуть нефть из-под земли, люди другой профессии, нефтепереработчики, ищут все новые способы раскрытия тайн этой субстанции.
Современный НПЗ — это множество процессов, в которых задействованы десятки установок и тысячи людей. Не говоря уже о миллионах тонн сырья. На заре истории переработки для перегонки нефти в какой-либо продукт — керосин, мазут, допотопный бензин — использовались лишь огонь да медный куб.
Сегодня некоторые процессы, происходящие на молекулярном уровне, настолько быстротечны, что впору задаться вопросом — а происходят ли они вообще? И если раньше куб, огонь и часы ожидания давали готовый продукт, то теперь с ростом потребностей человечества процесс, который занимает одну-две секунды и проходит в исполинском реакторе, дает лишь один из десяти, а то и пятнадцати компонентов бензина. Для того чтобы превратить нефть, например, в бензин «Евро-5», на омском заводе круглосуточно работают более десяти установок.
Когда-то человечество сжигало большую часть переработанной нефти, не находя ей применения. Теперь это роскошь. Сейчас нефтепереработчики ведут борьбу за каждую десятую, а то и сотую долю процента. Все меньше продукта попадает в графу «невосполнимые потери».
Топливо становится все более чистым — миллиарды рублей, которые «Газпром нефть» уже вложила в развитие своих заводов, в том числе и омского, позволили полностью перейти на выпуск бензина и дизеля стандарта «Евро-5». Это означает, что в воздух Омска, Москвы, Ярославля — да всех городов, где продается топливо компании, из выхлопных труб автомобилей попадает в десятки раз меньше вредных веществ, чем раньше.
После завершения очередного этапа модернизации, цель которого — повысить эффективность производства, глубина переработки нефти к 2020 году достигнет 97%. Соответственно, переработка одной тонны сырой нефти позволит получать до 970 кг нефтепродуктов товарного качества — это будет рекордный для России показатель.
Товарно-сырьевая база Омского НПЗ расположена на самом краю заводской территории, где ее насосную станцию окружают гигантские резервуары, те самые белые «шайбы», которые можно было рассмотреть с самолета. Это стальные бочки, окрашенные в белый цвет, высотой до 15 м. Пожалуй, из всех построек НПЗ именно эти резервуары — самые, казалось бы, незамысловатые и привычные для глаза сооружения.
Мы иногда видим их на бензоколонках или в аэропортах. У железных дорог. И никогда не задумываемся, как они, собственно, появились. Сооружение настолько элементарное в представлении обывателя, что, казалось бы, не заслуживает особого внимания. Но его создатель — человек, скорее известный широкой публике как проектировщик Шаболовской башни в Москве,— повлиял на нефтяную индустрию России и мира как мало кто другой.
Российский инженер Владимир Григорьевич Шухов разработал первые резервуары, которые до сих пор называют шуховскими, в 1878 году — для «Товарищества братьев Нобель», осваивавшего бакинские нефтяные промыслы. Тогда, на рассвете нефтяной эры, инженер доказал, что подобный способ хранения является одновременно наиболее безопасным для окружающей среды и самым экономичным в производстве.
До этого нефть в России хранили в наливных прудах, в США — в прямоугольных металлических резервуарах. В то же время Шухов спроектировал и первый в России нефтепровод — Баку—Батуми. Первые речные танкеры — это также его детища. Он же первым предложил способ извлечения нефти из недр путем закачки в скважину сжатого воздуха.
Нефть, добытая в разное время, пусть даже на одном месторождении, не имеет постоянного химического состава. Он меняется в зависимости от глубины залегания. И это именно сырая нефть — не просто не переработанная, но также содержащая грунтовые воды, попутные газы и соли. Хотя Siberian Light отлично подходит для получения из нее светлых нефтепродуктов — бензина, дизеля, керосина — в таком виде она не может поступить напрямую в перегонку. Ей предстоит пройти большой путь, чтобы в итоге распасться на части, изменить структуру и стать тем, что мы зальем в бак.
Вторая колонна
Олег Гнедин, молодой человек лет тридцати с загаром по линии ворота его форменной куртки, до сих пор не может привыкнуть к белой каске, которую носит уже два с половиной года. На заводе в таких ходят только начальники. «Мои все и так знают, кто я»,— говорит он о своих подчиненных, которых предпочитает называть коллегами. Но порядок есть порядок.
тонн нефтяного сырья в сутки перерабатывает ОНПЗ
Вотчина Олега Гнедина — атмосферно-вакуумная трубчатка, или АВТ, комплекс первичной переработки нефти, состоящий из нескольких колонн. Если вбить в поиске Google запрос «НПЗ», то именно их — блестящие, полные, как баобабы, или изящные, как березы, сорокаметровые колонны — вы и увидите.
Таких установок на Омском НПЗ пять, но АВТ-10 Гнедина даст фору всем остальным: на нее одну приходится 8,5 млн тонн переработанной нефти в год. Или 23,5 тыс. тонн в день. 19 железнодорожных цистерн в час, или 458 в сутки. Когда завод был пущен в 1955 году, всех его мощностей хватало только на то, чтобы переработать 750 тыс. тонн в год.
На АВТ нефть, отстоявшись в резервуарах, поступает с товарно-сырьевой базы по пятикилометровому трубопроводу. Как и на насосной станции в 5 км от установки, здесь оператор три раза в день забирает пробу прибывшего сырья и отправляет ее в лабораторию завода. Этот оператор и лаборант — последние, кто видят нефть перед тем, как та поступит в колонны установки. С этого момента она уже перестает быть просто нефтью.
В последний раз «живую» нефть, не пробу, Олег Гнедин видел пять лет назад. После планового ремонта на своей первой АВТ. Тогда пуск установки был под Новый год, ударили морозы, и нефть попросту замерзла в трубопроводе, не дойдя до колонн. «Мы трое суток отпаривали ее,— вспоминает он уже с улыбкой.— Подводили в колодец трубы пар. День и ночь.
Как раз под Новый год нефть пошла — ударил фонтан, мы все под ним оказались. Ощущения были, наверно, как у буровика».
Олег Гнедин проводит для меня экскурсию по АВТ. Мы шагаем мимо гудящих насосов, проходим между раскаленных труб, от которых идет жар, уловимый на расстоянии в несколько метров от них. Температура некоторых из них — более 300 градусов по Цельсию. Именно до такого уровня нефть нагревается в печи прежде, чем поступить в переработку. При этом температура в нижней части главной атмосферной ректификационной колонны К-2 достигает уже 350 градусов.
«Что важно понять, так это то, что нет ни одной установки, где бы мы могли получить, например, 95-й бензин,— объясняет Олег Гнедин.— Тут мы получаем лишь несколько его компонентов. Дальше — изомеризация, риформинг, крекинг, висбрекинг, гидроочистка… Не понимаешь, что это? Не парься! Меня когда привезли на первую практику сюда и прокатили по 20 установкам — потом такая каша в голове была, что я несколько дней отойти не мог. Но ничего, отучился еще четыре года — и все понял».
самая низкая температура в колоннах АВТ
Если попробовать упростить, первичный процесс переработки нефти выглядит так. По трубе, после прохождения через печь, нефть подается в среднюю часть ректификационной (то есть разделительной) колонны на тарелку питания и стекает в нижнюю ее часть. Тарелки, а их в колонне порядка сорока, предназначены для разделения нефти на ее составные части — фракции.
Навстречу потоку жидкости, снизу поднимаются пары уже кипящей нефти. Именно они разогревают стекающее вниз сырье. Таким образом, на тарелках ректификационных колонн выделяются отдельные компоненты из общей массы: происходит тепло- и массообмен.
Сверху при самой низкой в колонне температуре (порядка 130 градусов) собираются пары бензина и газы, далее, на десятой тарелке сам бензин, прямогонный — такой для заправки автомобилей не используют уже более 80 лет. Ниже, между двадцатой и двадцать второй тарелками, выкипает при температуре в 180 градусов керосин. Еще десятью тарелками ниже и ста градусами выше — дизельное топливо. В самом низу остаются продукты с самой высокой температурой кипения — мазут, вакуумный дистиллят и гудрон.
И если это было просто, то дальше все куда сложнее. Помимо К-2 на установке Гнедина есть также К-1, К-8А, К-3, К-10. У каждой колонны есть свое предназначение. Одна — стабилизирует прямогонный бензин, отделяет его от газов. Из нее он переходит в другую колонну, где разделяется на фракции — также под действием температур и давления.
В вакуумной колонне отойдут погоны масел, чтобы поступить на масляное производство. Раньше оно было частью ОНПЗ, но масштаб бизнеса потребовал создания отдельного предприятия, и вот уже несколько лет выпуском масел и смазок занимается отдельное предприятие — Омский завод смазочных материалов.
Характеристику «самый», столь привычную для ОНПЗ, с прошлого года с полным на то основанием можно использовать и в рассказе об омском масляном производстве. Здесь заработал самый мощный в России комплекс по производству, смешению, затариванию и фасовке моторных масел, где погоны (то есть составные части) масел очищают, смешивают, добавляют к ним присадки — и заливают в канистры (их выдувают здесь же — на специальном производстве), бочки или цистерны. Из Омска самые разные масла — индустриальные, моторные и трансмиссионные для коммерческого транспорта, легковых автомобилей, судов и тепловозов — отправляются в российские регионы, страны СНГ и Центральной Азии, в дальнее зарубежье.
Источник: www.kommersant.ru
Синтетическая нефть: нужна ли России замена природному «чёрному золоту»
Мир знает о синтетической нефти целый век. Впервые её удалось получить ещё в 20-х годах прошлого столетия, и спустя несколько поколений промышленное производство синтетического топлива уже никого не удивляет. Инвестируют в искусственные углеводороды такие крупные компании, как Exxon Mobil, BP, Statoil, Shell, Syntroleum, Rentech, Sasol, Chevron, Total.
Однако в России синтетическая нефть преимущественно находится на стадии опытно-промышленного производства. Каковы её перспективы в нашей стране, рассказали эксперты НОУ «Академии инжиниринга нефтяных и газовых месторождений» (г. Сочи) Наталия Матющенко и Павел Жук.
Зачем миру синтетическое горючее
Германия, ЮАР, Италия, Испания, Чехия, Катар, США, Китай — список стран, которые поставили на поток производство синтетической нефти, достаточно обширен. Ещё больше государств только планируют открыть у себя заводы по получению «чёрного золота» из газа, угля или биомассы.
Как поясняет проректор НОУ «Академия ИНГМ», к.э.н, Наталия Матющенко, переходить на синтетическую нефть страны заставляют, в первую очередь, скудные запасы углеводородов и желание обеспечить себе независимость от поставок из других государств. Велико и желание получить стабильный источник топлива, а биомасса в качестве сырья предоставляет для этого широкие возможности.
«Технология производств синтетической нефти прошла три этапа развития в зависимости от используемого сырья для переработки, рассказывает Наталия Матющенко. – Первый — это GTL (Gas to liquids) или производство из газа. Второй — CTL (Coal to liquids), когда в качестве сырья используется уголь и другие твёрдые горючие ископаемые. И, наконец, BTL (Biomass to liquids), когда для производства используют биомассу.
Современная технология пятого поколения BTL — это перспективный тренд качественной трансформации базы энергетического сырья, получения источников неисчерпаемого топлива, снижения капиталоёмкости производственного процесса».
«Хозяйственная ценность искусственной нефти объясняется её высокой чистотой от примесей, — поясняет Наталия Матющенко. — В нефти, добытой обычной способом, содержатся сераорганические соединения, ртуть, мышьяк, смолы, асфальтены, карбены и другие вещества. Чтобы получить из минеральной нефти подобную очищенную светлую фракцию, требуется как минимум пять стадий переработки».
Из синтетической нефти получают бензин, дизель, мазут, нафту, делают смазочные масла и парафины. Минус только один — себестоимость производства. Однако технологии всё время совершенствуются, и не исключено, что когда-нибудь они позволят производить синтетическую нефть с небольшими затратами.
Производство синтетической нефти: что есть в России?
В России же производство синтетической нефти не слишком развито: в стране нет ни одного завода, который бы в промышленных масштабах поставлял на рынок полученные не из скважины углеводороды. Как рассказывает преподаватель Академии инжиниринга нефтяных и газовых месторождений Павел Жук, работа в сфере ведётся, но государство никак не стимулирует и не поощряет эти проекты.
«По технологии GTL, то есть получении синтетической нефти из газа, пока не запущен ни один завод, — рассказывает Павел Жук. — Компании по разработке и коммерциализации GTL-технологий запустили проекты, которые пребывают на этапе теоретической проработки или пилотной реализации. Например, Институт нефтехимического синтеза РАН предложил собственную технологию GTL с диметиловым эфиром как промежуточным веществом. Получаемый синтетический бензин в этом процессе является экологичным топливом. Готовые технологии переработки метансодержащего газа в жидкие углеводороды, защищённые патентами, есть только у ОАО «GTL», но многие работают в этом направлении».
«По технологии GTL, то есть получении синтетической нефти из газа, пока не запущен ни один завод, — рассказывает Павел Жук. — Компании по разработке и коммерциализации GTL-технологий запустили проекты, которые пребывают на этапе теоретической проработки или пилотной реализации. Например, Институт нефтехимического синтеза РАН предложил собственную технологию GTL с диметиловым эфиром как промежуточным веществом. Получаемый синтетический бензин в этом процессе является экологичным топливом. Готовые технологии переработки метансодержащего газа в жидкие углеводороды, защищённые патентами, есть только у ОАО «GTL», но многие работают в этом направлении».
Однако технологии ОАО «GTL», по-видимому, не очень востребованы в России. На официальном сайте компании есть информация о партнёрах в Канаде и США, потенциальных проектах в Ираке, Нигерии и Зимбабве, но не в России.
Один из немногих реализованных российских проектов — мини-заводы по производству синтетической нефти из угля, тяжёлых остатков нефтепереработки и воды в Челябинской области. Они работают с 2017 года.
Крупные же нефтегазовые компании похвастаться готовыми проектами пока не могут. Так, у «Роснефти» есть опытно-промышленная установка для производства синтетической нефти. Её планируют использовать на Восточно-Уренгойском месторождении (ЯНАО). В год она сможет производить всего 300 т синтетической нефти. По-видимому, установка нужна как способ утилизации попутного нефтяного газа на северном участке недр.
Два года назад научный центр «Роснефти» разработал технологию по превращению метана в синтетическую нефть, однако о судьбе агрегата компания больше ничего не сообщала.
Ранее «Газпром» объявлял конкурс на разработку технологии производства, но подробностей работы над проектом так и не обнародовал.
Дальше всех, пожалуй, продвинулся ЯТЭК: у них есть проект строительства целого завода. По технологии GTL там планировали выпускать моторные топлива и другие продукты газохимии. Предприятие планировало привлекать к строительству западных партнёров, однако после объявления санкций никаких новостей об инициативе больше не появлялось.
Нужна ли России синтетическая нефть?
То, что синтетическая нефть в России сможет составить конкуренцию традиционной, сомнительно, по крайней мере, на данном этапе развития технологий, рассуждает Павел Жук.
«В России большая база природных углеводородов, а объёмы производства синтетической нефти совсем небольшие, — говорит Павел Жук. — Кроме того, её производство стоит вдвое больше, чем добыча традиционным способом. Что касается заводов по промышленному производству синтетического топлива, то сейчас их строительство обходится гораздо дороже, чем строительство обычных нефтеперерабатывающих заводов. Чтобы запустить завод GTL нужно в среднем 10 лет. В проект придётся вложить от 8 до 24 млрд долларов. И это при том, что участвовать в проекте должен крупный оператор со значительным опытом GTL-производства».
Наталия Матющенко считает, что перспективы у синтетической нефти в России всё же есть: производить её стоит на месторождениях. Такая схема позволяет, во-первых, утилизировать попутный нефтяной газ, во-вторых, получить продукт, который можно смешать с природной нефтью и тем самым улучшить его свойства и снизить расходы на транспортировку.
«России необходимы небольшие технологические комплексы для производства нефтепродуктов в удалённых местностях и месторождениях, — говорит проректор НОУ «Академия ИНГМ». — Таким образом нефтяные компании смогут снизить затраты на транспортировку и переработку тяжёлой нефти. Запасы лёгкой малосернистой нефти истощаются, доля добычи тяжёлой нефти с большими примесями парафинов и смол будет расти. Поэтому производство синтетической нефти необходимо развивать, внедрять новые технологии и увеличивать товарные объёмы. Тем более, что запасы угля газа и ПНГ, которые могут служить сырьём для синтетической нефти, в стране имеются».
Развитие в этой области могут подтолкнуть и другие причины. В России стратегия экспорта сырья постепенно заменяется на стратегию экспорта готового продукта. Как и во всём мире, намечается тренд на экологичность топлива, а синтетическая нефть без примесей подходит для снижения загрязнения окружающей среды больше, чем нефть, добытая традиционным способом.
Источник: nprom.online
Основные продукты переработки нефти и газа
О важности газа и нефти в современном мире сказано немало слов. Между тем активно использоваться они стали относительно недавно, но довольно быстро им были найдены сотни способов применения. Например, топливо — продукт переработки нефти, а газ очень популярен в быту. Но это не единственные сферы их использования.
История использования газа и нефти
Сегодня сложно представить, как люди раньше обходились без современного топлива и многих видов оборудования. Между тем нефть, которая была известна еще в древности и дала человечеству значительную часть этого разнообразия материалов, активно стала использоваться сравнительно недавно — во второй половине XIX века. Первым ее назначением стало освещение.
Но неочищенная нефть горела довольно тускло и сильно коптила, так что люди стали искать методы ее перегонки — в результате удалось получить масло, которое подходило для ламп лучше. Так что продукты переработки нефти возглавил керосин, буквально перевернувший всю индустрию освещения. Лампы на его основе были проще в использовании и уходе и экономичнее масляных, так что неудивительно, что вскоре они заняли весь рынок. Так началась эпоха развития нефтепереработки.
Для получения керосина в большом количестве начали строить специальные заводы, однако перегонка давала много побочных продуктов — бензин, мазут и т. д. От них избавлялись, не находя им должного применения. Но позднее стало ясно, что нефть может использоваться и как топливо, особенно актуально это стало после изобретения двигателя внутреннего сгорания. Поиск новых применений черному золоту толкал промышленность вперед, открывая все новые перспективы.
Природный газ тоже стал известен человеку очень давно. Его выходы на поверхность использовались людьми, например в качестве маяков, если они располагались вблизи моря, а в Китае — для освещения, обогрева и выварки соли. В современности он долгое время считался бесполезной примесью, мешающей при добыче нефти, а потому сжигался. И широкое применение он получил лишь в середине XX века.
Процесс переработки нефти
Сразу после начала активного применения черное золото обрабатывалось достаточно примитивными методами. Использовался обычный перегонный аппарат, в котором сырье доводилось до кипения, а затем конденсировалось, разделяясь на фракции. Современный процесс намного более совершенен. Нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) — это целые комплексы дорогостоящего и сложного оборудования.
Все происходит в 4 основных этапа:
- предварительная подготовка;
- первичная переработка;
- вторичная;
- очистка нефтепродуктов.
Подготовка заключается в дополнительном удалении воды и солей из сырой нефти, добытой в скважине. Далее субстанция нагревается, чтобы при определенных температурах разные фракции испарились и конденсировались отдельно. Некоторые из них после этого отправляются на продажу, а другие проходят следующие этапы.
В современных НПЗ обработка происходит на уровнях вплоть до молекулярных, чтобы увеличить выход более дорогостоящих продуктов и снизить — дешевых. Этот процесс называется конверсией или крекингом. По сравнению с европейскими и американскими технологиями, в России обработка довольно несовершенна, на выходе получается много мазута и мало бензина, что довольно неэффективно с экономической точки зрения.
Впрочем, стоит поговорить про продукты переработки нефти поподробнее. Их гораздо больше, чем было упомянуто, и каждый из них по-своему ценен.
Основные продукты
Некоторые вещества более востребованы, чем другие, и целью постройки большого количества НПЗ по всему миру являются именно они. Основные продукты переработки нефти и газа на данный момент таковы:
- бензин;
- дизельное топливо;
- нафта (лигроин или нефтяной спирт);
- мазут.
Все это так или иначе используется в качестве топлива или имело такое применение ранее. Соотношение этих веществ может быть разным в зависимости от применяемых методов. Но все они входят в продукты первичной переработки нефти, поскольку получаются при простой перегонке. В дальнейшем они могут быть дополнительно очищены и подготовлены к непосредственному использованию. Но и есть и другие вещества, получаемые из нефти.
Побочные и остальные продукты
Поскольку нефть — это сложный комплекс веществ, а современные технологии — это не просто перегонка, на выходе получается большее разнообразие. Дальнейшая обработка фракций позволяет выделить большое количество субстанций, знакомых людям в быту. К ним относятся такие продукты переработки нефти, как:
- асфальт;
- битум;
- парафины;
- ароматические углеводороды;
- сырье для нефтехимии;
- керосин;
- растворители;
- нефтяной кокс;
- смазочные и горючие масла;
- сжиженный нефтяной газ.
В результате глубокой обработки практически не остается отходов. В дальнейшем все эти вещества также могут пройти очистку и подготовку, для этого применяется огромное количество технологий, таких как гидролиз, пиролиз, риформинг, изомеризация, вакуумная дистилляция, гидрокрекинг и т. д.
Значение углеводородов
На данный момент нефть и газ являются важными ресурсами, за обладание которыми до сих пор борются государства. Несмотря на довольно активное использование альтернативных источников получения энергии, сравнимых с ними по эффективности, пожалуй, просто нет. Неудивительно, что люди так держатся за это сырье и продукты переработки. Нефти и газа на планете пока много, но активная добыча дает основания полагать, что запасы иссякнут в течение XXI века, и тогда человечество ожидает глобальный энергетический кризис. Все-таки не зря эта дурнопахнущая и не слишком привлекательно выглядящая субстанция была названа черным золотом.
Применение
Благодаря развитию обработки этого ценного сырья появился целый раздел химии — нефтехимия. Эта область заведует поиском не только более эффективных методов переработки, но и новых способов использования полученного. Различные виды пластика, окружающего современного человека, горючее, асфальт, которым покрыты дороги, смазочные материалы — все это продукты переработки нефти. А еще вещества, используемые в химических реакциях, полимеры, волокна, из которых получается ткань, высокоэффективные моющие вещества и многое другое. Так можно ли обойтись без всего этого?
Источник: businessman.ru