Большие аппетиты: на что живут казаки
Встретить казачьи общества можно на территории всей России от Калининграда до Сахалина. Объединяют их не только костюмы и своя идеология, но и получение субсидий и грантов. Государство щедро одаривает представителей движения не только деньгами, но и наделяет правами, превращая их в спецсубъекты административного кодекса с большими полномочиями и особой социальной защищенностью. «МБХ медиа» разобралось, как и на что казачьи НКО получают деньги из федерального и региональных бюджетов.
Схему финансирования казачьих движений сложно назвать открытой и прозрачной. Как у любых некоммерческих структур, их работа должна строиться не на получении прибыли, а преследовать различные социальные, благотворительные, культурные и образовательные цели, направленные на достижение общественных благ. Благами казаки считают: православное и военно-патриотическое воспитание молодежи, популяризацию истории и боевых искусств, привлечение внимания к проблемам исторического и культурного наследия, пробуждение исторической памяти. Между нынешним курсом внутренней политики России и перечисленными целями существует некоторая созвучность, которая, вероятно, и объясняет рост казачьих организаций и нескрываемую благосклонность к ним со стороны государства и РПЦ.
Кто такие казаки? И чем они зарабатывали себе на жизнь
На источники финансирования казачьего движения обратили внимание после того, как 5 мая на Пушкинской площади во время митинга «Он нам не царь» несколько участников акции и журналисты были избиты нагайками.
После акции возмущенные граждане во главе с журналистом Виктором Олейником создали телеграм-канал, где задались целью опознать на видео представителей казачьих движений, в том числе участников «Центрального казачьего войска», которое, как выяснилось позднее, получило за период с 2016 по 2018 годы от Правительства Москвы три контракта на сумму 15,9 млн рублей на «закрепление знаний и навыков при осуществлении деятельности по охране общественного порядка».
Мастера на все руки
Несмотря на то, что участникам казачьих движений с 2012 года официально разрешили создавать собственные ЧОПы, достаточно внушительную финансовую поддержку они получают из других источников. Судя по базе данных Комитета гражданских инициатив, в России на данный момент функционирует почти три тысячи казачьих НКО, однако только у некоторых из них можно проследить какую-то финансовую отчетность.
Во главе списка по количеству госконтрактов, грантов и субсидий стоит «Центральное казачье войско», созданное в 2009 году. Пик активности получения денежной поддержки приходится на 2016−2017 годы. За это время организация получила субсидии от Министерства культуры на 6 млн. рублей и контрактов на 56,2 млн рублей. Помимо этого, договоры на 38 млн были заключены с Департаментом национальной политики, межрегиональных связей и туризма города Москвы. В основном, это деньги за некие «вспомогательные услуги, связанные со спортом и отдыхом», но встречается и позиция с ещё более обтекаемой формулировкой — «предоставление услуг в области дополнительного образования» за 5,2 млн рублей.
Страна утреннего Арбайта: жизнь казахстанских нелегалов | Специальный репортаж
Региональные казачьи общества в основном занимаются охранной деятельностью. Причем охраняют как государственное имущество, так и частные предприятия. В списках можно найти все: кладбища, детские сады, здания судов, университеты, больницы и психиатрические лечебницы.
География мест, охраняемая казаками, обширна и неоднородна. Некоторые организации, например, одно из подразделений Аланского республиканского окружного казачьего общества получило в 2015 году контракт почти на 10 млн рублей от местной администрации не только за охранные услуги, но и за «участие в контртеррористических операциях и разведывательно-поисковых мероприятиях».
Нижнеиркутское казачье общество специализируется на оказании услуг по организации летнего отдыха и занятости детей. С 2012 года им выделили под эти цели около 30 млн рублей по условиям контракта от Управления образования администрации Ангарского района и Министерства соцразвития. Никаких возможностей проверить результаты проведенных мероприятий нет. У организаций нет сайтов и каких-либо документов в свободном доступе, подтверждающих результаты работы.
Енисейское казачье общество чаще всего выступает в наиболее традиционной для казаков роли — организаторов «зрелищно-развлекательных» мероприятий. Казаки с 2011 года активно оказывают эти услуги и систематически получают на это деньги от агентства по реализации программ общественного развития Красноярского округа. Судя по фотографиям из группы движения ВКонтакте, в услуги входит торжественное шествие в полном обмундировании с оружием и знаменами, курс молодого бойца и рукопашного боя, залихватская езда на лошадях по улицам под аккомпанемент баяна и позирование фотографам. За зрелища администрация выплачивала на протяжении нескольких лет суммы от 100 до 300 тысяч рублей.
Иногда местные власти заключают с казачьим обществами совсем странные контракты. Так, например, Администрация города Нижневартовска в 2017 году заключила договор с «Атаманской сотней» стоимостью в 10 млн рублей на приобретение в муниципальную собственность «Газопровода низкого давления для газоснабжения индивидуальных жилых домов». К сожалению, никаких подробностей контракта найти не удалось, как и информации о дальнейшей судьбе газопровода.
Еще одним важным источником финансирования являются различные региональные молодежные государственные организации, которые спонсируют программы патриотического воспитания и военные сборы для школьников. В южных регионах России обширной поддержкой казачьего движения занимаются специальные Департаменты казачества.
Большинство казачьих организаций не ведут открытой финансовой отчетности о полученных субсидиях и грантах. Как сообщили в Комитете гражданских инициатив, который курирует открытый реестр баз данных НКО, к организациям привязываются только те данные, которые были найдены в соответствующих базах (контрактов, федеральных субсидий и президентских грантов). Если данные по организации не нашлись, скорее всего, именно из этих источников она финансирования не получала. Однако это не означает, что не получала из других.
«В регионах казачьи общества вполне финансируют, но с региональными данными большая проблема. Администрации региона обязаны собирать и публиковать так называемые реестры СОНКО — получателей поддержки. Фактически это делается далеко не всегда, реестры публикуются часто не по всем ведомствам, которые оказывали поддержку, данные очень грязные, многие не в машиночитаемых форматах. Казачье движение в принципе больше полагается на региональную поддержку, а не на федеральную», — рассказала Анна Сакоян, аналитик проекта «Открытые НКО».
Из 2762 организаций какая-то информация о получении контрактов и субсидий в базе данных имеется только у 129. При том, что публикация отчетов является обязательным условием функционирования НКО, а многие благотворительные организации, находящиеся под особым наблюдением у государства за использование иностранного капитала, имеют проблемы вплоть до вынужденного закрытия за гораздо меньшие нарушения.
В то время как Краснодарская региональная общественная организация помощи нуждающимся «Добрый-Юг» получила за полгода от администрации края 470 тысяч рублей, а организация детей-инвалидов «Надежда плюс» — 400 тысяч.
По словам казака, который решил помочь телеграм-каналу «База данных: провокаторы», большие суммы денег сконцентрированы в Центральном казачьем войске, а позднее распределяются по локальным казачьим отделениям. Реестровые казаки получают активную поддержку от армии и правоохранительных органов.
Именно они предоставляют участникам движения стрельбы, полевые выходы и военные игры, где казаки тренируются в максимально приближенных к боевым условиях. Небольшую часть бюджета составляет поддержка региональных властей и пожертвования от бизнесменов. Те, кому недостаточно такой поддержки и доходов от охранной и хозяйственной деятельности, занимаются рейдерством — в Новороссийске в 2017 году люди в казачьей форме захватили один из пляжей, а в 2016 году заместитель атамана Анапы по финансам Николай Нестеренко был арестован по делу о мошенничестве и присвоении территории заповедника Утриш. Несмотря на обилие скандалов вокруг работы некоторых казачьих организаций, чьи действия часто попадают под действие уголовного и административного кодексов, участники движений редко попадают в поле зрения правоохранителей и всецело поддерживаются различными государственными и окологосударственными организациями на местах, включая мэрии и благочиния РПЦ.
Президентские гранты — одна из популярных форм поддержки различных организаций, в том числе НКО. В 2018 году под эту программу было выделено 8 млрд рублей, распределением которых занимается специальная комиссия. Казачьи общества наравне с другими подают заявки на софинансирование своих проектов с помощью бюджетных денег.
По информации с официального сайта конкурса президентских грантов, количество заявок от казаков с каждым годом только увеличивается. Если в первой половине 2017 года таких проектов было всего 0,3% (18 заявок из 5825), во второй половине их уже стало 0,65%, а в незаконченном отборе 2018 года — уже 0,9%. В основном, заявители рассчитывают на господдержку в организации тематических фестивалей, открытии детских патриотических летних лагерей и школ. Так, в 2015 году уже упомянутое Центральное казачье войско выиграло грант в 5 млн рублей на подготовку казаков-пенсионеров для работы в качестве наставников в школе, а в следующем году Московское подразделение организации выиграло аналогичный грант на создание информагентства «Казачья культура, традиции и молодежь».
В 2018 году казачьими движениями было подано около 80 заявок, сумма самого большого проекта по строительству Санкт-Петербургского Центра Казачьей культуры достигает 11,5 млн рублей. Большая часть заявок проходит по классификации «сохранение исторической памяти», но встречаются и проекты в сфере поддержки семьи (создание семейного центра «Казачий Домострой» за 1,3 млн рублей) и охране окружающей среды (строительство «Казачьего подворья заботы и любви» за 4,5 млн рублей в Ростовской области). Каждый год проектам в сфере воспитания патриотизма выделяется не меньше средств из бюджета, чем другим благотворительным НКО, отстаивающим интересы малозащищенных или проблемных групп населения. Но, в отличие от них, некоторые организации злоупотребляют своей идеологической близостью к современному внутриполитическому курсу России и превращают это в своего рода бизнес.
Источник: ksovd.org
Казачья казна. Как финансируется и зарабатывает Кубанское казачье войско
Казаки Кубани в последние годы стали все чаще мелькать в заголовках местных и федеральных СМИ. Помимо громких скандалов пресса активно пишет о мерах, которые власти региона принимают для поддержки казачества. Что делалось для казаков за последние несколько лет, на чем зарабатывает Кубанское казачье войско и как к этому относятся нереестровые казаки, выяснила редакция Юга.ру.
Финансирование из администрации
Курс на сближение казаков и власти взял бывший губернатор Кубани Александр Ткачев. При нем казаков допустили (в 2012 году) к патрулированию улиц совместно с полицией и назначили за это заработную плату. К этому же периоду относится скандальное высказывание Ткачева о том, что казаки должны будут не допустить массового переселения на Кубань представителей республик Северного Кавказа.
При бывшем губернаторе была подписана госпрограмма 2014–2016 годов «Казачество Кубани» на общую сумму 3,1 млрд рублей. Задачей ставилось «возрождение и становление казачества» в регионе, привлечение в казачьи общества новых членов и поддержка и развитие кадетских казачьих корпусов.
В регионе казаки объединены в Кубанское казачье войско (ККВ). С февраля 2008 года пост атамана ККВ занимает вице-губернатор Николай Долуда. Именно реестровые казаки пользуются всеми благами приближенности к администрации края.
Осенью 2015 года, когда все госпрограммы региона были пересмотрены, «Казачество Кубани» изменилась не сильно. Новая госпрограмма была рассчитана на 2016–2021 годы и утверждена с суммой финансирования в размере 6,2 млрд рублей, то есть регион сохранил траты на казаков в размере 1 млрд рублей в год.
Суть программы не изменилась, но появился пункт о «духовных ценностях». В частности, среди задач указаны «повышение эффективности привлечения членов казачьих обществ» и «оказание содействия в культурном, физическом, патриотическом воспитании молодежи, сохранении и развитии самобытной казачьей культуры и духовных ценностей кубанского казачества».
Основную часть средств госпрограммы казаки получают в виде жалования за патрулирование улиц городов Кубани совместно с патрульно-постовой службой полиции. В настоящий момент их зарплата равняется окладу рядового сотрудника ППС, сообщили в ГУ МВД по краю. Если рядовой в среднем получает от 22 до 24 тыс. рублей, то казак-дружинник — 21–25 тыс. рублей.
По данным администрации региона, в рамках действующей госпрограммы «Казачество Кубани» районным казачьим обществам на охрану общественного порядка в 2016 году предусмотрено 570,7 млн рублей. В региональный реестр народных дружин внесено 1 тыс. 556 человек, из них 1 тыс. 368 состоят в 47 районных казачьих обществах.
Ежедневно в регионе в патрулировании улиц принимают участие около 450 казаков-дружинников. В ГУ МВД по Краснодарскому краю прокомментировали, что считают помощь казаков при патрулировании, особенно в праздничные дни, существенной.
«Участие кубанских казаков в поддержании правопорядка и обеспечении безопасности граждан в период проведения мероприятий позволяет значительно повысить плотность патрульно-постовых нарядов и сократить количество сотрудников полиции, привлекаемых на охрану порядка», — отметили в краевом главке.
Казачьи ЧОПы
Зарабатывать казаки научились не только патрулированием улиц. ККВ — первое в России войско, которое в 2013 году организовало работу частного охранного предприятия (ЧОП). Называется оно «Пластуны». За три года ЧОП стал значимым игроком на рынке охранных услуг, в итоге взяв под охрану множество объектов муниципальной собственности.
По состоянию на начало осени 2016 года в районных казачьих обществах (на территории 37 муниципалитетов) работают 43 охранных предприятия. Казачьими ЧОПами охраняются 318 объектов соцсферы, в том числе 189 школ, 97 детских садов, 6 краевых объектов (техникумы, колледжи), 26 объектов спорта, культуры и ЖКХ.
Надо отметить, что в декабре 2015 года администрация края заявляла, что под охраной казаков находится 65 объектов муниципальной госсобственности. Так что можно констатировать: казаки за последний год преуспели в охранном бизнесе. Во всяком случае в той его части, что отвечает за охрану госсобственности. Как комментировал ситуацию основатель ЧОА «Евромост» Владимир Лезин отраслевому изданию в сентябре 2016 года, монополизация охраны школ и другой муниципальной собственности — спорное решение властей, которое может привести к конфликтам.
Владимир Лезин
Основатель ЧОА «Евромост»
— Приоритет при выборе частной фирмы или государственной организации должен быть не у дешевизны, а у степени надежности. В состоянии ли одна — пусть даже самая разветвленная охранная организация — охватить все школы края? Ведь по условиям закона о частных охранных организациях такие ЧОПы должны иметь транспорт, группы быстрого реагирования, оружие, централизованную охрану. И это во всех районах и населенных пунктах, — отметил Лезин.
Он добавил, что искусственное деление рынка всегда чревато побочными эффектами: «. создание преференций, льгот и лоббирование чьих-то интересов всегда приводит, скажем так, к конфликтам».
По данным СПАРК, головная организация ООО ЧОО ККВ «ПЛАСТУНЫ» в 2014 году участвовала в 50 закупках и выиграла 36 из них на сумму 71,2 млн рублей, в 2015 году компания выиграла 10 контрактов на сумму 96,8 млн рублей.
ООО ЧОО ККВ «ПЛАСТУНЫ-А» в 2015 году выиграло 11 из 22 контрактов на сумму 23 млн рублей, в текущем году компания пока получила один контракт на 732 тыс. рублей.
ООО ЧОО ККВ «ПЛАСТУНЫ-Б» в 2015 году выиграло 8 из 13 контрактов на сумму 5,7 млн рублей, в текущем году компания пока получила 3 тендера из 6 на 73 млн рублей.
ООО ЧОО ККВ «ПЛАСТУНЫ-В» в 2015 году выиграло 2 из 4 контрактов на сумму 21,9 млн рублей, в текущем году компания получила 12 тендеров из 24 на 6,8 млн рублей.
Также контракты на небольшие суммы выигрывают и другие юрлица под общим названием «Пластуны».
На сайте ЧОПа можно подать заявку на получение франшизы. Однако, как пояснили в «Пластунах», пока франшиза не продается и, возможно, вскоре этот пункт с сайта и вовсе уберут. Также на сайте размещены вакансии, по описанию которых ясно: для того чтобы трудоустроиться в казачий ЧОП, достаточно иметь корочку охранника, быть «ответственным», «не иметь вредных привычек» и «уметь работать в коллективе». Помимо охраны муниципальных объектов ЧОП предоставляет все возможные услуги охранного предприятия при практически неисчерпаемых ресурсах. В ККВ состоит около 137 тыс. человек, каждый из которых теоретически может работать в ЧОПе при должной подготовке.
Земельный вопрос
Один из последних шагов навстречу реестровым казакам администрация региона сделала в 2016 году — начала передачу казачьим обществам без торгов земельных наделов под сельскохозяйственные нужды. По данным администрации региона, на 1 августа 2016 года казачьи общества ККВ получили 7,3 тыс. га земли и еще 700 га должны были получить в ближайшее время. При этом в администрации отметили, что в рамках развития экономической базы в распоряжении казачьих обществ по состоянию на 2014–2015 год имелись земельные участки сельскохозяйственного и иного назначения общей площадью 6,4 га.
При этом недавно ТАСС цитировало Кондратьева, который отметил, что казаки должны будут использовать землю эффективно и за этим будет следить администрация.
У нас не стоит задачи обеспечить землей все казачьи общества. В случаях, если земля будет использоваться неэффективно, будем ее изымать в рамках установленных законодательством процедур
Вениамин Кондратьев, губернатор Краснодарского края
По ожиданиям властей, раздача земли должна привлечь в ККВ нереестровых родовых казаков*. Как отмечал Долуда, в настоящее время многие из них не желают вступать в войско. Атаман связывает это с большой ответственностью, которая накладывается на реестровых казаков в виде госслужбы. По его мнению, не все готовы ее нести.
Казаки как политическая сила
Однако среди самих родовых казаков есть другое мнение. Им не нравится использование казачества в политических целях. По крайней мере так считают некоторые из них. Многие нереестровые казаки отказались от разговора с прессой, но их позицию прокомментировал Юга.ру генеральный директор ООО «Станица», родовой донской казак Владимир Мелихов.
Как он пояснил, закон, на основании которого создан реестр («О государственной службе российского казачества» — прим. ред.), определяет казака как любого гражданина Российской Федерации, состоящего в зарегистрированном государством казачьем обществе.
Таким образом, по словам Мелихова, полностью игнорируется самосознание родовых казаков как народа. «Это неизбежно приводит к засорению казачьих обществ совершенно чуждыми казакам элементами. Политика государства в отношении казаков состоит в том, чтобы создать некое «новое казачество» как свою вспомогательную силу, которая имеет внешние казачьи атрибуты, но лишена национальных корней и национальной памяти. Это вызывает полное неприятие у родовых казаков», — прокомментировал он.
Громким скандалом с участием казаков стало нападение весной текущего года в аэропорту Анапы на членов ФБК (Фонд борьбы с коррупцией) и Алексея Навального. Тогда бывший атаман Кубанского казачьего войска Владимир Громов заявил на заседании ЗСК, что «казаков подставили».
В сентябре в Приморско-Ахтарском районе произошел конфликт между приезжими добровольными пожарными Гринпис и местными казаками.
Владимир Мелихов
Генеральный директор ООО «Станица», родовой донской казак
— Казакам нужны не подачки, которые попадают неизвестно кому, а кардинальное решение вопроса, состоящее в разработке и принятии закона «О реабилитации казачьего народа», в котором будут решены вопросы восстановления прав казаков на землю и казачьего самоуправления. Соответственно, должны быть выстроены заново на этой основе вопросы отношений казаков, именно как народа, с государством.
По мнению Мелихова, последние скандалы, связанные с казаками, — это демонстрация пороков реестрового «казачества». Из-за этого оно может использоваться для акций на грани закона или вообще противозаконных, когда определенные государственные структуры хотят выйти за пределы своих законных полномочий.
«Речь идет не о какой-то разовой «подставе, позорящей казачество», а о логике развития реестра, не имеющего никакой собственной позиции и слепо выполняющего указания сверху.
Естественно, это формирует негативное отношение к казакам в обществе, что сказывается в том числе и на казаках, не имеющих отношения к реестру, и, естественно, такие действия не могут быть одобрены всеми здравомыслящими казаками», — сказал Мелихов.
*Родовой казак — имеющий (знающий) не менее трех поколений предков-казаков по мужской линии (отца, деда и прадеда); нереестровый казак — не состоящий на государственной военной службе.
Источник: www.yuga.ru
Казачьи семьи: почему они считались богаче, чем крестьянские
Донское казачество не знало крепостного права. Его история позволяет понять, какой была бы Россия, если не было бы «белого рабства». Именно поэтому интересно узнать о повседневной жизни донцов в будни и в праздники.
Батюшка Тихий Дон
Казаки идентифицировали своё начало с великой русской рекой, называя её «батюшкой Тихим Доном». Область Войска Донского до революции считалась одним из рыбных центров страны. Например, из 11 560 казачьих душ обоего пола, проживающих в Черкасском округе в 1890 году, 458 казаков считали себя рыбаками. Они имели билеты от войсковой канцелярии, без которых рыбный промысел был запрещен.
Прямо у воды строились также рыбоспетные заводы – для обработки и заготовки рыбы. Здания, напоминающие конюшни, были из досок и кирпича, но чаще всего – из камыша. В них находились бочки, шаплыки, буты и солила. Остальная утварь – бугуны, мочила, садки, ставы и балычницы – располагали снаружи.
Интересно, как просто и продумано были устроено оборудование этих заводов, например, балычница представляла собой высоко поднятый над землей – на четырех столбах – навес-балкон с жердями, на которых вывешивались балыки. А в комяге – в деревянных корытах – солилась икра из белой рыбы. Икра же из красной рыбы солилась только в холодное время года, зато хранилась все лето.
Если же ловля велась в Азовском море, то баркасы, перед тем, как войти в Дон, «шкерили» — то есть тщательно чистили, дабы «не занести заразу». Не дай Бог, если приезжий прилюдно, как правило, по незнанию местных традиций плевал в реку. Били его жестоко, «без милости».
До XVII века земледелие на Дону было запрещено под страхом сметной казни, но уже в XVIII веке казаки пахали и сеяли, правда, на полевые работы брали собой оружие. Право частной собственности на землю отсутствовало, и все угодья принадлежали Войску. Считалось, что земля давалась для дела, и не могла быть проданной. Работали на ней все: и рядовые, и атаманы.
В частности атаман Назаров вспоминал, как косил в степи с утра до поздней ночи, заготавливая сено для лошадей. Вообще, сельскохозяйственный труд на Дону был делом благодарным и укладывалось в формулу «сам-пять», означающее, что с пуда посеянной пшеницы и ржи собирали пять пудов урожая.
Земледелие на Дону постепенно обрело форму богоугодного дела, со своими обрядами. В крестопоклонную неделю обязательно пекли пироги-кресты, а на «сорок мучеников» — пирожки-жаворонки. Их брали с собой на поле и съедали после первой борозды. Перед севом землю брызгали святой водой, приговаривая: «зароди, Господь, жито и пшеницу на всякую пашницу, на вдов и сирот, на проходящего и просящего».
Археологические раскопки доказывают, что виноград на Дону выращивали римские и греческие колонизаторы еще в первом веке до нашей эры. А вот казаки к виноградарству были приобщены Петром I, который, прибыв в Приазовье в 1695 году, приказал воеводе Прозоровскому заняться выращиванием арбузов и винограда.
Виноград, привезенный из Франции и Италии, со временем переродился в донские сорта. В Области Войска Донского прижился и стал давать хороший урожай виноград следующих сортов – ладаный, горюн, сибирьковый. А в начале XIX века наибольшую популярность получил сорт пухляковский, который был привезен с Балканского полуострова казаком И. Пухляковым из станицы Раздоровской.
Виноградники разбивали по схеме, получившей название «донская чаша». Обычно в виноградных садах находилось до 400 кустов, каждый из которых давал до трех пудов ягод. Даже самый обычный виноградарь был человеком обеспеченным, получая на своем промысле до 200 рублей в год – огромные по тем временам деньги.
Зарабатывали казаки и винным ремеслом, продавая до 350 ведёр вина по цене от четырех до двенадцати рублей за ведро. Лучшим считалось вино «Раздоровское». Кстати, среди казаков практически не было пьяниц, так как они придерживались правила «пей, но с умом».
Курень – родовое гнездо
То, что могла позволить себе средняя казачья семья, считалось уделом мелкопоместных русских помещиков в средней России, поэтому любой казачий дом можно по тем меркам было назвать богатым. Да и стыдно было не иметь доброго хозяйства.
Считается, что дом казака – курень – имеет свой особенный формат. Он вошел в классику народной архитектуры точно так же, как русская изба, немецкий фахверк, японская минка и так далее. До сих пор не ясно, почему жилые строения на Дону называются именно так. Одна из популярных версий гласит, что Круги, которые собирались в становой избе (то есть не на майдане) кликали «куренями», или кругом по-монгольски.
Первоначально дома на Дону строились так же, как и на исторической родине, откуда появились беглые люди, но со временем они обрели свой особенный вид, то есть «каменные» низы из камня-ракушника, деревянные сосновые «верхи» и четырехскатную камышовую или железную крышу. Вход в «низы» был узкий и низкий и делался со двора. Сразу же за дверью, которая открывалась вовнутрь, был «ловчий погреб» с колом посредине – для врагов. В повседневной жизни он прикрывался деревянным щитом.
С XVIII века курени строили плотничьи артели. Устоялись и размеры казачьего дома – это 6х8, 8х10, 10х12 метров. Как правило, в домах было до пяти комнат, но чаще всего – столовая-кухня, зала-горница и две спальни. Поскольку жилища возводились по подобию, то и строились быстро. Плотник с двумя подмастерьями ставил курень за месяц.
Трапеза и одежда
Казаки были не только воинами, но и хорошими охотниками, а так как на Дону водилась самая разная дичь, то и на стол часто подавались блюда из перепелок, куропаток, диких уток и гусей. Обязательна была уха, которую варили с томатами, а также таранчук и солянка. В качестве закусок ставили черную икру.
Не обходился обед и без пирогов – от больших кулебяк до крохотных пирожков с ежевикой или творогом. Ровно в полдень пили «кохвий» (кофе) с каймаком. Обожали казаки забытый в наши дни нардек – арбузный мед. Из напитков популярностью пользовались квас из терна, вишневый морс и смоква из винограда.
Ярче всего в семье одевались казачки. На Дону было несколько комплексов женской одежды – с сарафаном, сукманом, поневой и кубелеком, причем, последний, напоминающий по форме татарское платье – камзол — считался наиболее распространенным. Поверх кубелека одевался каврак и бархатный пояс татаур. Носили женщины и шаровары.
Головные уборы были русского происхождения: у девушек – челоуч, у женщин – повойники. Впрочем, выше по Дону, ближе к центральной части России казачки чаще всего надевали красную поневу с рубахой и кичкой. Кстати, строго соблюдался обычай, что девушкам поневу можно было носить с 15 лет, если старшая сестра сосватана. В Верховьях Дона казачки предпочитали балахоны, рубахи, завески и мутозоки. На ногах красовались сафьяновые сапожки или туфли из сафьяновой кожи на невысоком каблуке.
Забавы и праздники
Казаки любили повеселиться, а на праздниках главной забавой были соревнования в стрельбе из ружья, скачки и кулачные бои. Особой популярностью пользовалась демонстрация езды на лошадях – джигитовка. В целом на Дону было много праздников – войсковых, престольных, православных и семейных.
Конечно, главными праздниками были свадьбы, которые «играли» в соответствии с устоявшими обрядами. Веселье – весельем, но вступление в семейную жизнь считалось делом всей жизни. Как свидетельствовал историк В.Д. Сухоруков, накануне свадьбы невеста посещала кладбище, призывая усопших стать свидетелями её клятвы верности.
Считалось, что души предков посещали и пиршества, которые стремились сделать «богатыми». Практически все казаки могли себе позволить справить дорогую свадьбу.
Источник: cyrillitsa.ru
Побоища и зрелища: за что современные казаки получают бюджетные деньги
Современное казачество пытается стать еще одной охранительной структурой в и без того насыщенном силовыми ведомствами российском государстве. Что стоит за этим желанием — боевой патриотизм или просто бизнес? Журналисты выясняют, на какие деньги живут казачьи сообщества.
Полиция, Росгвардия, ФСБ — власть в России питает слабость к силовым ведомствам, постоянно их реформируя, создавая новые и наращивая их штат. Но вдобавок к официальным структурам в стране действует еще несколько вспомогательных из числа общественных организаций и движений, которые тоже претендуют на охрану порядка, а также бюджетное финансирование. Одним из наиболее известных движений является казачество. И каналов, по которым члены казачьих обществ получают деньги из казны, немало.
Кто платит за нагайки?
Самое громкое обсуждение ситуации вокруг казачества и казаков поднялось после несогласованных акций протеста 5 мая, на которых оппозиция выражала свое несогласие с очередным президентским сроком Владимира Путина. В Москве на Пушкинской площади, где собрались митингующие, на людей напали люди в казачьей форме с нагайками в руках. В некоторых из них опознали участников «Центрального казачьего войска». Казаки провоцировали граждан, задирали их и даже инициировали несколько драк, а наблюдавшие за действиями провокаторов полицейские не мешали им. Лишь одного казака задержали за драку, на сразу же отпустили со словами «это наш».
После митингов журналисты и общественность решили выяснить, кто оплатил казачьи провокации. На поверхности оказались контракты от правительства Москвы, связанные с «деятельностью по охране общественного порядка» — три контракта с 2016 по 2018 год на сумму в 16 млн рублей. Издание «МБХ медиа» нашло и другие каналы финансирования казаков.
Казачьи организации относятся к НКО, целью которых номинально является не получение прибыли, а выполнение социальных, культурных и образовательных задач. Основное направление работы казаков строится вокруг православного и военно-патриотического воспитания молодежи, популяризации истории и привлечения внимания к проблемам культурного наследия. Все это тесно переплетается с используемыми государством патриотическими мотивами. В России зарегистрировано почти три тысячи казачьих НКО, но почти все они ведут свою финансовую деятельность непрозрачно.
«Во главе списка по количеству госконтрактов, грантов и субсидий стоит „Центральное казачье войско“, созданное в 2009 году. Пик активности получения денежной поддержки приходится на 2016—2017 годы. За это время организация получила субсидии от Министерства культуры на 6 млн рублей и контрактов на 56,2 млн рублей. Помимо этого, договоры на 38 млн были заключены с Департаментом национальной политики, межрегиональных связей и туризма города Москвы. В основном, это деньги за некие „вспомогательные услуги, связанные со спортом и отдыхом“, но встречается и позиция с ещё более обтекаемой формулировкой — „предоставление услуг в области дополнительного образования“ за 5,2 млн рублей», — пишет «МБХ медиа».
Зарабатывают как умеют
В регионах казаки почти все занимаются охранной деятельностью, причем охраняют все: и государственное имущество, и частные предприятия, кладбища, детсады, здания судов, университеты, больницы и садовые товарищества. От муниципальных властей казаки получают контракты на охранные услуги, а в Северной Осетии, по данным журналистов, членам Аланского окружного казачьего войска в 2015 году даже перечислили 10 млн рублей за «участие в контртеррористических операциях и разведывательно-поисковых мероприятиях». Кое-где казачества организуют летний детский отдых — Нижнеиркутское казачье общество с 2012 года получило около 30 млн рублей под эти цели. Проверить, как казаки справились со своей работой, за которую им заплатили, журналистам не удалось — казачество не имеет сайта и не выкладывает никакой отчетности.
Енисейское казачье общество специализируется на организации «зрелищно-развлекательных» мероприятий. Общество с 2011 года систематически получает на это деньги от агентства по реализации программ общественного развития Красноярского округа. В услуги входит торжественное шествие в полном обмундировании с оружием и знаменами, курс молодого бойца и рукопашного боя, залихватская езда на лошадях по улицам под аккомпанемент баяна и позирование фотографам. За зрелища администрация выплачивала на протяжении нескольких лет суммы от 100 до 300 тысяч рублей.
«Иногда местные власти заключают с казачьими обществами совсем странные контракты. Так, например, администрация города Нижневартовска в 2017 году заключила договор с „Атаманской сотней“ стоимостью в 10 млн рублей на приобретение в муниципальную собственность „Газопровода низкого давления для газоснабжения индивидуальных жилых домов“. К сожалению, никаких подробностей контракта найти не удалось, как и информации о дальнейшей судьбе газопровода», — говорится в материале «МБХ-медиа».
Большинство получателей бюджетных денег из числа казачеств не ведет открытой финансовой отчетности о полученных контрактах, субсидиях и грантах. Хуже всего дело обстоит с данными в регионах, где они тоже неплохо финансируются, но совсем никак не отчитываются. Из 2762 организаций какая-то информация о получении контрактов и субсидий в базе данных имеется только у 129. Притом что публикация отчетов является обязательным условием функционирования НКО.
Больше всего денег стекается в Центральное казачье войско, откуда уже распределяется по локальным отделениям. Реестровые казаки получают активную поддержку от армии и правоохранительных органов — им предоставляют полигоны для стрельбы, организовывают полевые выходы и военные игры, где казаки тренируются в максимально приближенных к боевым условиях.
«Те, кому недостаточно такой поддержки и доходов от охранной и хозяйственной деятельности, занимаются рейдерством — в Новороссийске в 2017 году люди в казачьей форме захватили один из пляжей, а в 2016 году заместитель атамана Анапы по финансам Николай Нестеренко был арестован по делу о мошенничестве и присвоении территории заповедника Утриш. Несмотря на обилие скандалов вокруг работы некоторых казачьих организаций, чьи действия часто попадают под действие уголовного и административного кодексов, участники движений редко попадают в поле зрения правоохранителей и всецело поддерживаются различными государственными и окологосударственными организациями на местах, включая мэрии и благочиния РПЦ», — добавляет издание.
Казакам от президента
Еще один значимый источник финансирования для казаков — президентские гранты. В 2018 году на эту программу выделено 8 млрд рублей, несколько десятков миллионов из которых уже получили казачьи общества. В основном под патриотические образовательные проекты.
«Каждый год проектам в сфере воспитания патриотизма выделяется не меньше средств из бюджета, чем другим благотворительным НКО, отстаивающим интересы малозащищенных или проблемных групп населения. Но, в отличие от них, некоторые организации злоупотребляют своей идеологической близостью к современному внутриполитическому курсу России и превращают это в своего рода бизнес», — говорится в статье.
Источник: pasmi.ru