Сталин поощрял малый бизнес, утверждают сайты, близкие к КПРФ. Якобы даже первый советский телевизор сделали предприниматели из радиотехнической артели.
А что было на самом деле? «АиФ» расспросил об этом историков и экспертов в области артельной работы.
Колхозы в промышленности
«Водолаздноуглубитель», «Кооппарикмахер», «Ленточильщик», «Трубочист», «Трудокраска», «Штампжесть», «Ленмашпромсоюз», «Леншвейпромсоюз» – заковыристые имена советских артелей и кооперативных объединений сохранил справочник «Весь Ленинград» за 1934 г. Эти названия говорят сами за себя. В 1920–1950-е гг. в СССР не было домов быта, больших швейных и мебельных фабрик, заводов, выпускающих домашнюю и промышленную мелочёвку. В основном всем этим занимались коллективные предприятия.
Как в 90е годы почти обычные люди большие деньги зарабатывали
«Элементы предпринимательства в советской кооперации были во время нэпа, – рассказывает исследователь советской промышленности из Санкт-Петербурга Александр Хрисанов. – Артели в то время создавали энтузиасты и те, кого манил запах денег. А новая власть поощряла эти начинания, т. к. они насыщали страну товарами и услугами, давали работу людям, которым было бы непросто устроиться в госорганизации.
Были, например, объединения национальных меньшинств: цыганская артель «Нацментруд» в Москве, артель «Трудассириец» в Ленинграде. Формально такие предприятия принадлежали тем, кто на них работал. Первоначальное имущество формировалось в складчину. Если, скажем, артель создавали плотники, каждый приходил со своей пилой и молотком.
Если требовалось сложное оборудование, оно приобреталось на банковские кредиты. Заработанные деньги распределялись на общем собрании, потолка заработков не было».
Кооперация предполагала объединение кустарей-одиночек и замену частной собственности коллективной. В курс на социализм это вписывалось. Но когда в 1929 г. началась индустриализация, большевистское государство решило взять кооператоров под контроль. «Все артели обязали вступить в отраслевые союзы, сдавать финансовые отчёты и начислять зарплаты по тарифному справочнику. Большим коллективам было предписано организовать комсомольскую ячейку и парторганизацию, – продолжает Хрисанов. – После этих решений артели фактически превратились в госпредприятия, которые, подобно колхозам, только выглядели кооперативными. Многие закрылись».
Как партия скажет
Но именно на годы первых пятилеток приходятся самые громкие достижения, которые приписываются артелям. Как такое могло быть? А очень просто. Самые успешные кооперативы советская власть стала превращать в госпредприятия и размещать на них ответственные заказы. Так в 1939 г. случилось с ленинградской артелью «Радист».
А в 1940 г. образованному на её базе заводу было поручено наладить выпуск телевизоров с электронно-лучевой трубкой, разработанных одним из НИИ. Получается, что коллектив с артельным прошлым действительно был причастен к появлению телевидения. Но все решения принимало государство.
«В 1930–1940-е гг. артели остались только там, где партия и правительство им разрешили работать, – говорит Хрисанов. – Были такие сферы, где создавать государственные организации было невыгодно. Например, театры обслуживали артели гардеробщиков. А было и такое, когда государство создавало по артельной модели целые заводы».
В блокадном Ленинграде артель «Примус» выпускала для фронта автоматы Судаева. Но в 1944 г. она тоже была переименована в завод, став окончательно государственной. «Военную продукцию освоили многие производственные артели, – рассказывает старший научный сотрудник Института российской истории РАН Роман Кирсанов. – Одни шили шинели, другие – чехлы для самолётов, третьи, наиболее технически оснащённые, делали боеприпасы. Поскольку вся государственная промышленность была переориентирована на оборону, именно артельщики снабжали фронт и тыл товарами народного потребления. И все они были обязаны выполнять государственные планы».
К началу 1950-х гг. в СССР было 12 660 промысловых артелей, занимавшихся производством и выпускавших 33 тыс. наименований изделий. В них работали 1,84 млн человек. Но сказать, что они дейстWowали на основе предпринимательской инициативы, не получится даже с большой натяжкой. «Государство устанавливало цены на товары артелей и давало им задания – какую продукцию и в каком количестве производить, – говорит Кирсанов. – Так, в январе 1941 г. Совнарком СССР и ЦК ВКП(б) постановили, что в рознице продукция промкооперации не должна быть дороже государственной больше чем на 10%». А Хрисанов приводит ещё более красноречивый факт: в предвоенное-военное время вышло целых 6 постановлений о ценах на деревянные ложки, которые артельщики вырезали для армии.
«Чёрный нал» по-советски
Вклад промысловой кооперации в снабжение страны и армии в военное лихолетье в 1946 г. высоко оценил Сталин. Но после этого руководители СССР не сказали о ней ни единого доброго слова. Артели критиковали за срыв госзаданий, за низкое качество продукции, за проникновение в руководство людей, которые больше думают о своём кармане, чем о государственных интересах.
А сами кооператоры работали в такой обстановке, что крайне сложно было оставаться в рамках закона. «Моя бабушка в конце 1940-х гг. стала бухгалтером одной из швейных артелей, и она много рассказывала, как приходилось выкручиваться, приобретая ткани, нитки и шерсть, – свидетельствует Хрисанов. – Государство выделяло артелям дефицитное сырьё по остаточному принципу. Потому часть материалов, часто ворованных, покупалась за чёрный нал. Наличку артели добывали, продавая неучтённую продукцию на рынках. И время от времени председателей артелей за такой «частный бизнес» сажали».
«Кооперативы отдавали государству в виде налогов 60% своей прибыли, а оставшиеся 40% «реинвестировали» в расширение производства, направляли на премирование и улучшение быта, распределяли среди пайщиков. Министр финансов СССР Арсений Зверев считал, что денежный фонд, остающийся в распоряжении артелей, слишком велик, а сами артели по сути уже ничем не отличаются от госпредприятий, – приводит ещё один аргумент критиков «советского предпринимательства» Кирсанов. – В итоге эта точка зрения возобладала. В 1956 г. 2428 самых рентабельных артелей в РСФСР были объединены с государственными заводами и фабриками. А затем, в 1960 г., вышло три правительственных постановления, по которым была ликвидирована вся промысловая кооперация. Все артели, за исключением созданных инвалидами и старателями, стали госпредприятиями».
Золото – Родине
И заработки у старателей были завидными. В сталинские годы они получали за золото боны, на которые могли купить любые товары по минимальной цене. В брежневское время зарабатывали за сезон столько, что хватало на 3-комнатную кооперативную квартиру. До 1947 г. артели вели разведку месторождений и в случае успеха получали от государства огромные премии.
Затем это вознаграждение отменили, сами артели прикрепили к государственным приискам. Но и дальше они показывали чудеса производительности, добывая золото в самых глухих местах. А государство давало им за него единую предельную цену что в Узбекистане, что на Чукотке. Нужная себестоимость золота обеспечивалась фантастической интенсивностью труда и отказом от любого соцкультбыта. И это тоже не похоже на предпринимательство, в основе которого свобода выбора заказчиков, подрядчиков, цен. «Артель – это просто особая организация работы», – считает Таракановский.
Источник: aif.ru
Кто кого кормил в СССР и кто больше проиграл от его развала
Четверть века спустя после распада СССР мы до сих пор не можем понять — почему это произошло? Ведь весной 1991 года за сохранение единой страны на референдуме проголосовало 77,7% ее граждан. А уже к концу того же года, пользуясь поражением ГКЧП, многие союзные республики моментально состряпали свои местечковые голосования, на которых люди требовали уже независимости. Например, на Украине захотевших жить отдельно от остального Союза набралось 90%! А в Армении — и Wowсе 99%!
Какими доводами местные князьки могли внушить народам своих республик, что надо срочно избавляться от «гнета Москвы»? Ну, кроме национальной гордости, которую на булку не намажешь?
Довод у всех был простой: это мы кормим остальной Советский Союз. Мы работаем больше всех. А другие республики висят у нас на шее. И как только мы избавимся от этих нахлебников, заживем не хуже, чем в Европе или Америке.
Прошло 25 лет. Можно подвести первые итоги. Лучше ли стали жить бывшие братские республики СССР, став гордыми независимыми государствами? Давайте посмотрим.
ВЕЛИКИЙ И МОГУЧИЙ
Надо признать, даже на закате своей истории, со всеми внутренними проблемами, Советский Союз действительно был могучим. Как говорится в справочнике «Народное хозяйство СССР», внутренний валовый продукт (ВВП) Союза на 1990 год составлял 1 триллион советских рублей. По официальному курсу 1 доллар США тогда стоил 59 копеек. Значит, даже номинально ВВП СССР равнялся 1,7 триллиона долларов.
Впрочем, советский рубль не был свободно конвертируемым. А в мировой экономике принято считать истинный размер ВВП по паритету покупательской способности (ППС). С поправкой на то, что на 1 доллар где-нибудь в Китае можно купить в 1,5 раза больше продуктов, чем в США. А, например, в Швейцарии или Норвегии — в 1,5 раза меньше.
Поэтому аналитики МВФ считают, что ВВП СССР, по паритету покупательской способности, в 1990 году составлял $2,7 триллиона. Или 12,1% от мирового!
Крупнейшие экономики по размеру ВВП в 1990 году Фото: Алексей СТЕФАНОВ
А эксперты ООН полагают, что экономическая мощь СССР достигала Wowсе 14,2% от мирового значения. А значит, превосходила Японию почти в 1,5 раза, Германию — вдвое, а Китай — втрое!
И в той же Украине или Прибалтике, Грузии или Молдове считали — если из громадной мощи Советского Союза выделить нашу долю — мы будем очень серьезными уважаемыми странами, сравнимыми с какой-нибудь Швецией или Австрией. И все будут с нами считаться.
В цифрах это так и выглядело. Например, экономика только одной Украинской ССР по выплавке стали, добыче угля, сбору пшеницы и прочим показателям на душу населения была сопоставима с ФРГ — локомотивом всего Евросоюза!
Потому украинская элита и решила — с таким-то богатым советским наследством надо скорее собирать вещички и — на выход из Советского Союза. Чтоб ни с кем не делиться и жить, как вареники в масле.
Где теперь та Украина и где Германия?
ЭКОНОМИКА — КАК АВТОМАТ КАЛАШНИКОВА
Почему же почти все бывшие советские республики быстро сдулись, промотали богатства и не смогли остаться хотя бы на том же уровне экономической мощи, с которым выходили из СССР?
Да потому, что сам СССР строился как единый хорошо смазанный механизм. Четкий и надежный, как автомат Калашникова. И каждый винтик в нем выполнял свою функцию.
Например, в Казахстане и Узбекистане большой упор делался на выращивании зерна и хлопка, так как их климатические условия к тому подходили гораздо лучше, чем горные склоны Грузии и Армении или болота белорусского Полесья.
А узбекский хлопок обеспечивал сырьем уже ткацкие фабрики «города невест» Иваново.
А из Иваново ткань уходила на швейные фабрики в Беларусь и Прибалтику.
В Литве и Латвии делали ставку на развитие электроники. Было время, когда латвийские радиоприемники ВЭФ, литовские холодильники «Снайге» и телевизоры «Шилялис» считались лучшими в стране.
Любой советский человек мог прочитать на упаковке, «где это сделано». Сахар был в основном украинский, шпроты — рижские, картошка — белорусская, вина — кавказские или молдавские.
А что РСФСР? Русскими, в представлении простого грузина, узбека или эстонца того времени были только танки, пушки, подлодки и атомные бомбы. Еще, пожалуй, автомобили «Жигули» (впрочем, все знали, что они на самом деле итальянские, но сильно испорченные «русскими руками»).
Зато с точки зрения идеологии крайне важным являлось выравнивание уровня жизни разных республик великого СССР. Вот только изначально он сильно отличался, потому требовались большие вложения. На это накладывались и чисто политические моменты. Например, из прибалтийских республик стремились создать своего рода «витрину социализма».
Русскими, в представлении простого грузина, узбека или эстонца того времени, были только танки, пушки, подлодки и атомные бомбы. Еще, пожалуй, автомобили «Жигули» Фото: ТАСС
РАБОТЯГИ И НАХЛЕБНИКИ
Из-за этого стремления сделать жизнь в Ереване или Кишиневе не хуже, чем в Москве или Ленинграде, еще в 1960-70 годы, начал возникать явный перекос между трудом и вознаграждением за него. А в последние годы СССР он стал совсем неприличным. При формальном равенстве советская периферия стала жить намного лучше, чем центральные регионы страны.
Когда рассказывают про пустые полки магазинов, заполненные одними пачками печенья и консервами, это в основном как раз она — Россия. В то время как в Прибалтике, на Украине, в Молдавии и много где еще, такого не было. В школьные годы, еще при СССР, я жил в Вильнюсе и помню йогурт. Он, конечно, был мало похож на то, что под этим понимается сегодня.
В полулитровых бутылках с жестяными крышками. Но он был! В то время как моя родня в Волгограде ни о чем подобном даже не слышала.
Когда рассказывают про пустые полки магазинов, это в основном как раз она — Россия. В то время как в Прибалтике, на Украине, в Молдавии и много где еще, такого не было Фото: ТАСС
Впрочем, чтобы понять всю глубину неравенства между республиками СССР, стоит взглянуть на таблицу. Эти цифры в открытом доступе появились уже после распада Союза. И очень жаль, что их скрывали по идеологическим причинам. Возможно, взглянув на них, многие в Закавказье или Прибалтике передумали бы выходить из-за советского стола, за которым у них были самые «жирные» места.
Сколько производили и потребляли Фото: Алексей СТЕФАНОВ
Если считать уровень производства народного добра и меру его потребления в РСФСР за единицу, то сразу видно:
в Армении производили на каждого человека в 2 раза меньше российского, а «кушали» в 2,5 раза больше;
в Эстонии потребление на душу населения превышало уровень России в 3 раза;
а Грузия жила в 3,5 раза богаче, чем РСФСР и вообще богаче, чем где бы то ни было в Союзе!
Стоит ли удивляться сложившемуся в те годы массовому убеждению о превосходстве всех остальных республик, над «ленивыми и вечно пьяными» русскими? Впрочем, откуда было взяться другим представлениям? Ведь это не прибалты летали в Воронеж за мясом, а Воронеж ездил в Прибалтику за копченой колбасой.
И местные элиты в союзных республиках эти настроения только подогревали.
А когда общий уровень жизни в СССР в конце 1980-х начал снижаться, перестало вдоволь хватать еды, одежды и бытовой техники, у многих «щелкнуло национальное сознание»: хватит кормить чужих! И раз Россия такая бедная, значит там просто не желают и не умеют хорошо работать. Отделяемся!
Простым людям не объяснили, что хуже других республик Россия жила потому, что из каждых трех заработанных ей рублей она лишь два оставляла себе. А третий рубль — отдавала братьям по Союзу.
Все остальные республики (кроме Беларуси, которая на поверку тоже клала в общий котел СССР больше, чем из него черпала) жили во многом за счет этого «третьего русского рубля».
Так кто же из бывших республик СССР стал жить богаче, а кто беднее? Давайте подведем итог.
Показатели ВВП советских республик на 1990 год Фото: Алексей СТЕФАНОВ
СЕГОДНЯШНЯЯ РОССИЯ В 1,5 РАЗА БОГАЧЕ СОВЕТСКОЙ
По экономике России распад СССР ударил очень больно. К 1997 — 1998 годам она потеряла более трети от «советского уровня». Ряд отраслей, например текстильная и обувная, лишившиеся внутренних источников сырья, вообще оказались на грани выживания. Проблемы возникли в ракетной, авиационной промышленности, так как украинские двигатели внезапно превратились в импорт. А построенные на общие (читай — российские) деньги нефтеналивные терминалы Прибалтики и газопроводы Украины оказались за рубежом и за пользование ими требовалось платить.
Тем не менее, за четверть века Россия сумела перестроить экономику, добившись ее большей самостоятельности. Созданы производства, которые ранее находились в союзных республиках. И Россия сегодня — это единственная часть СССР, которая не только не растеряла советский промышленный потенциал, но и приумножила его. По паритету покупательской способности ВВП России за 2015 год составил 2,5 триллиона долларов или 121,9% от уровня 1991 года.
А на душу населения (по данным Всемирного банка) ВВП России за 2015 год составил 25,4 тысяч долларов, что в 1,45 раза выше, чем до развала СССР.
Тем самым надо признать, что россияне (со всеми оговорками на возросшее расслоение на богатых и бедных) все равно стали жить лучше, чем в Советском Союзе. Почти в полтора раза!
КАЗАХСТАН — МЕЖДУ «МЕДВЕДЕМ» И «ДРАКОНОМ»
Казахстан и в советские времена по размеру ВВП входил в тройку лидеров СССР. И формально за прошедшие 25 лет Казахстан сумел даже увеличить размер своей экономики. Пусть не на много — с 11,3% до 11,5% от российской. Но достичь этого получилось в основном за счет резкого роста производства нефти и газа (особенно газа — в 5 раз). Впрочем, будучи зажатым между Россией и Китаем, Казахстан почти не имеет иных вариантов развития.
Тем не менее, по ВВП на душу населения, эта бывшая республика Советского Союза достигла 24,2 тысячи долларов. Это чуть ниже российского, конечно, но очень близко.
И, кстати, по иронии судьбы, Казахстан не очень-то хотел выходить из Советского Союза. По сути, он был поставлен перед фактом — единой страны больше нет, живите как хотите. И у Казахстана это в целом получилось.
Митинг против развала Союза. Москва, 1991 г. Фото Игоря Зотина /Фотохроника ТАСС/
ОСОБЫЙ БЕЛОРУССКИЙ ПУТЬ
Результат «особого пути» Беларуси можно считать вторым, после Казахстана. ВВП Беларуси сейчас 4,5% от российского, но в пересчете на душу населения он в 1,37 раза меньше показателя России. И все же, вполне достойный в сравнении, например, с соседним — украинским. Это факт — белорусы живут в 2,5 раза богаче украинцев!
Проблемы Минска типичны для всех «промышленно развитых советских республик». Когда-то, глядя на МАЗ, на минский завод холодильников, на НПО «Горизонт» (телевизоры) и многие другие столпы промышленности, создавалось ощущение огромности этого хозяйства.
Собираясь на посиделки в Беловежской пуще в начале 1990-х, лидеры республики свято верили в самодостаточность белорусской экономики. Однако оказалось, что ее львиная доля состоит из конечного, сборочного, цикла. А своих сырьевых ресурсов у республики почти нет. Ни нефти с газом, ни даже портов — как в Прибалтике.
Вот белорусам и приходится «крутиться» — конкурировать своими тракторами, грузовиками и холодильниками с монстрами мировой промышленности. И белорусы, в отличие от тех же прибалтов, не закрыли ни одного своего большого завода. Да и сельское хозяйство держат в тонусе.
Проблемы Минска типичны для всех «промышленно развитых советских республик» Фото: Павел МАРТИНЧИК
УКРАИНА — У РАЗБИТОГО КОРЫТА
Украина на момент развода с СССР была одной из мощнейших держав Европы. Она владела третью (!) промышленной мощи Советского Союза. А ее тогдашний ВВП составлял 29,6% от уровня России.
Украина имела ракетостроение, авиационную, автомобильную и станкостроительную промышленность, развитую металлургию, нефтепереработку и нефтехимию. А наличие крупнейшего в СССР центра кораблестроения в Николаеве позволяло на многих смотреть с высока.
И что в результате? По ВВП за 2015 год (339 миллиардов долларов по ППС) Украина сегодня является одной из беднейших стран мира. Даже стоящая на пороге голодных бунтов Венесуэла имеет ВВП в 1,5 раза больше украинского!
Но давайте лучше сравним с Россией. 25 лет назад Украина была ничуть не ниже РСФСР по экономическому развитию — примерно треть от российского населения и та же треть по размеру ВВП. Сегодня же экономика Украины — лишь 8,8% от российской. В пересчете на душу каждого отдельного украинца показатели еще убийственнее — 7,5 тысяч долларов в год по сравнению с российскими 24,5 тысячами долларов. Хотя в СССР уровень потребления на Украине был выше российского на 12%.
Наличие крупнейшего в СССР центра кораблестроения в Николаеве позволяло Украине на многих смотреть с высока Фото: ТАСС
ПРИБАЛТИЙСКИЕ «ТИГРЫ» — ОБЕДНЕВШИЕ, НО ГОРДЫЕ
Главным посылом тяги Прибалтики к независимости было убеждение в том, что без СССР они в два счета сравняются со Швейцарией. Но все последние 25 лет главным критерием их «успешности» являлось одно: на сколько они обогнали подушевой российский ВВП.
И ведь формально действительно обогнали. За прошлый, 2015 год, уровень жизни в Литве превосходит российский на 11,4%, в Эстонии — 12,2%. И только Латвия была чуть-чуть ниже «русской планки» — всего на 2,8%. Однако дьявол, как известно, в деталях.
Когда будущие «прибалтийские тигры» гордо уходили из СССР, уровень потребления в Литве превосходил российский в 1,97 раза, в Латвии — в 2,27 раза, в Эстонии — в 3,03 раза. Так что фактически там прогрессирует процесс обеднения.
Промышленности в Прибалтике не осталось никакой. «Шилялиса», ВЭФа, Завода Топливной Аппаратуры, знаменитых ВЕНТА и РАФ, ничего этого там больше нет. Даже сельское хозяйство, которым прибалты очень гордились, переживает грустные времена. В Европе рынка сбыта нет, а собственный внутренний откровенно микроскопичен.
Халява паразитирования на российских транзитных экспортных потоках также закончилась. Россия теперь строит свои порты. Фактически все нынешнее благосостояние Прибалтики держится только на евродотациях, которые после 2019 года закончатся тоже.
Промышленности в Прибалтике не осталось никакой. «Шилялиса», ВЭФа, Завода Топливной Аппаратуры, знаменитых ВЕНТА и РАФ, ничего этого там больше нет Фото: ТАСС
ГРУЗИНЫ И МОЛДАВАНЕ — РЕКОРДСМЕНЫ ПО ПАДЕНИЮ ВНИЗ
Про остальные республики, положа руку на сердце, можно сказать одно — времена их экономического счастья закончились аккурат с уходом в независимость.
Если ВВП на душу населения Армении в СССР в 2,5 раза превышал российский, то сегодня он составляет только 33% от него.
Азербайджанцы в СССР жили в 1,4 раза богаче россиян. А сейчас — едва дотягивают до 70% от уровня жизни в РФ.
Грузия скатилась еще глубже. В СССР, по уровню потребления, она была самой богатой из республик — в 3,5 раза превышая российский показатель. Сегодня эта цифра равняется только 37,9% от него.
В Молдавии дела еще грустнее — было 113,5% от уровня России. Стало 19,6%.
Понимают ли «бывшие советские» республики, что они потеряли? Судя по всему — да. Оттого они так отчаянно пытаются махинировать цифрами. Например, сравнивают номинальные показатели ВВП «тогда» и «сейчас». Скажем, у Литвы «было» 34,5 миллиардов долларов в год при СССР, а стало 82,4 миллиарда. Вроде как, рост. Почти в 2,5 раза.
Но если за точку отсчета взять отношение размера литовской экономики к российской, то картина мира предстает в совершенно ином свете. Литва развивается куда медленнее, чем Россия. И если бы она не выходила из СССР, ее рост был бы наверняка намного выше.
ВВП бывших советских республик в % от российского
ГОРШКИ НЕ БИЛИ — УЖЕ МОЛОДЦЫ
В общем, если танцевать «от печки с общим котлом», то в первом нашем вопросе — кто кого кормил в некогда единой стране — ответ очевиден. Даже если считать просто в деньгах, все равно выходит, что высокий уровень благосостояния республик «при советах» обеспечивался прежде всего за российский счет. Как только эта поддержка пропала, все экономики республик стали активно сдуваться. Причем, если некоторые в общих цифрах ВВП как бы ростом еще похвастаться могут, то в пересчете на душу населения мимо кассы пролетели они все. Даже такие «успешные», как Латвия с Эстонией.
Это же дает убедительный ответ на второй вопрос: выиграли республики СССР от развала страны или нет? Стали ли лучше жить, избавившись от «поводка» Москвы? Если судить по цифрам, то выиграла только Россия. Хотя морально развал СССР именно по русским ударил больнее всего. А вот все остальные республики однозначно в проигрыше.
Причем, те страны бывшей «советской семьи», которые не били горшки в отношениях с Россией, а пытались сохранить общие хозяйственные связи — это, конечно, Казахстан и Беларусь — проиграли от распада Советского Союза меньше. А тот, кто бежал из СССР в первых рядах, проклиная Москву и разрывая все связи с ней, хлебает теперь «независимости» по полной. Из пустой треснувшей тарелки.
МНЕНИЯ
Последние бойскауты Великого Союза
Первое чувство, которое лично я испытываю, вспоминая ГКЧП в августе 1991-го, — это стыд. Стыд за себя. Какими же мы были нелепыми, слепыми щенятами!
Известие о ГКЧП я вместе со всеми знакомыми встретил в штыки. Мы столько читали в те годы о тирании, репрессиях, ГУЛАГе. И вот, нас опять хотят вернуть в «темное прошлое»? Да, мы не могли тогда и подумать, что «светлое будущее» окажется гораздо страшнее и безвыходнее «темного прошлого». И пропаганда старалась напустить черноты и грязи на прошлое, сделав его гораздо хуже, чем оно было в реальности. (подробности)
Слава трясущемуся Янаеву, что не вышло как в Югославии
ГКЧП тогда возглавил бы не трясущийся от страха Янаев, а железный генерал, русский Пиночет. Ввел танки на улицы Тбилиси, Киева, Вильнюса. Не как дедушка Язов в Москве — на пару дней. А серьезно, по-сталински — комендантский час, националистов — за решетку, часть народа — по кухням, часть — на митинги в поддержку. В телевизор — вертких пропагандистов. (подробности)
Возрастная категория сайта 18 +
Сетевое издание (сайт) зарегистрировано Роскомнадзором, свидетельство Эл № ФС77-80505 от 15 марта 2021 г.
ГЛАВНЫЙ РЕДАКТОР — НОСОВА ОЛЕСЯ ВЯЧЕСЛАWowНА.
ШЕФ-РЕДАКТОР САЙТА — КАНСКИЙ ВИКТОР ФЕДОРОВИЧ.
АВТОР СОВРЕМЕННОЙ ВЕРСИИ ИЗДАНИЯ — СУНГОРКИН ВЛАДИМИР НИКОЛАЕВИЧ.
Сообщения и комментарии читателей сайта размещаются без предварительного редактирования. Редакция оставляет за собой право удалить их с сайта или отредактировать, если указанные сообщения и комментарии являются злоупотреблением свободой массовой информации или нарушением иных требований закона.
АО «ИД «Комсомольская правда». ИНН: 7714037217 ОГРН: 1027739295781 127015, Москва, Новодмитровская д. 2Б, Тел. +7 (495) 777-02-82.
Исключительные права на материалы, размещённые на интернет-сайте www.kp.ru, в соответствии с законодательством Российской Федерации об охране результатов интеллектуальной деятельности принадлежат АО «Издательский дом «Комсомольская правда», и не подлежат использованию другими лицами в какой бы то ни было форме без письменного разрешения правообладателя.
Источник: www.kp.ru
Золото, одежда и фиктивные браки: на чем сколачивали миллионы в СССР
В Советском Союзе все были равны, как принято считать. С политической точки зрения предложение на этом должно было бы закончиться, но на практике исследователи вынуждены поставить многоточие. Были дельцы и умельцы, которые стремились жить не как все и не только на зарплату.
Попытки разобраться в источниках доходов советских богачей послевоенной эпохи почти всегда уводят в дебри теневой экономики. Артем Тарасов — исключение из правила. Его называют первым легальным миллионером СССР, но и с его предприимчивостью власть пыталась бороться. Ruposters рассказывает, как толстосумы в Советском Союзе сколачивали свои состояния.
Вопрос серьезный: откуда взяться миллионеру? Накопление денежных средств было практически невозможным делом, учитывая отсутствие до 1987 года частной банковской системы. В СССР был один-единственный Государственный банк, банк для внешней валютной торговли и еще два, упраздненных в 1959 году, специализировавшихся на кредитовании сельского хозяйства и строительства. В такой ситуации невозможно было занять денег и запустить дело легальными способами.
Итак, чтобы разбогатеть в Советском Союзе, можно было пойти тремя путями. Ты либо должен был работать на передовых инженерно-технических должностях, став академиком Королевым в своем деле (однако все имущество — квартиры, авто и предметы роскоши — не предоставлялось в собственность, как можно было подумать), либо быть талантливым актером (известные актеры могли себе позволить высокие траты за границей, а на средние месячные гонорары можно было купить две-три машины), либо уйти в тень артелей и мира нелегального капитализма.
Продуктовый кооператив
Последний вариант для нас интереснее всего. На момент смерти Сталина в стране сущестWowало 114 тысяч различных кооперативных мастерских, производивших практически все: различную бытовую химию, продукты, ювелирные изделия. Всего в артелях, по официальной статистике, было занято около двух миллионов человек, товарооборот в 1951 году составлял 105 миллиардов рублей.
Официальные цифры ЦСУ говорят нам, что производительность всех артелей вместе взятых не превышала 6% от ВВП страны. Казалось бы, это несерьезная доля, но нужно отдать артелям должное — они играли в жизни простых людей гораздо большую роль, чем вся экономка страны с ее тракторным и станковым производством. Артели производили фактически все игрушки, треть трикотажа, посуду и мебель для простых советских людей.
В отсутствие банков артели выступали в качестве ростовщических центров, давая ссуды сельскохозяйственникам и исследовательским бюро. В послевоенное время артели бурно росли: пришедшие с войны устраивались именно туда, потому что работа в артелях позволяла получать быстрый доход, а хорошие работники еще и поощрялись. А в 1956 году «артельщину» запретили.
Дороги и золото
Наиболее известным и интересным примером того времени можно считать деятельность начальника Управления военно-строительных работ №1 Николая Павленко. В Отечественную войну это военизированное подразделение чинило дороги, мосты, госпитали и казармы Калининского фронта. За свою деятельность Павленко поощрялся различными довольствиями, а количество солдат под его управлением возросло до 700 в кратчайшие сроки, за эффективность ему посылали новобранцев.
Николай Павленко
Вместе со своим подразделением Павленко дошел до Берлина и отлично там поживился. В 55-м году его будут судить — выяснится, что начальник УВСР вывез из Германии 30 вагонов военной и гражданской техники. Благодаря этому начальному капиталу он создал артель «Пландорстрой», в которой работали его же сослуживцы. Они строили заводы, дороги и мосты по всей западной части СССР, получая огромное количество заказов.
«В городе Здолбунове (Ровенская область УССР — прим.) воинская часть Павленко строила подъездные пути к восстанавливаемому цементному и кирпичному заводам. Строил он отлично. Приглашал специалистов со стороны, по договорам. Платил наличными в три-четыре раза больше, чем на госпредприятии. Проверять работу приезжал сам.
Если найдет недостатки, не уедет, пока их не исправят. После откатки сданного пути выставлял рабочим бесплатно несколько бочек пива и закуску, а машинисту паровоза и его помощнику лично вручал премию здесь же, принародно», — записал следователь, работавший по делу Павленко.
С 1948 года по 1952 «Пландорстрой» заключил 64 договора на общую сумму 38 млн рублей. На фиктивных счетах в Госбанке Павленко на момент ареста держал еще 25 млн рублей, с которых он платил взятки должностным лицам и людям, которые приводили к нему клиентов. Арестован он был, потому что хотел полностью «ассимилироваться» в советской системе: по призыву правительства он закупил работникам облигации государственного займа. Один из работников получил документов на меньшую сумму, чем отдал, и пожаловался в органы.
Павленко судили, как ни странно, не за экономические преступления, взятки и подделку документов, а за антисоветскую деятельность. Несмотря на масштаб экономических преступлений, он мог по ним получить 25 лет лагерей. А за антисоветчину полагался расстрел. Так и вышло.
«Я никогда не ставил целью создание антисоветской организации. Заверяю суд, что Павленко еще может быть полезен», — заявил он в последнем слове.
Артели, конечно же, не умерли. Буквально в том же 1956 году в СССР была основана одна из самых известных старательских артелей «Печора». Ею и еще десятком других руководил Вадим Туманов — самый, пожалуй, известный золотодобытчик Советского Союза. По его собственным словам, его артели преобразовали в кооператив и оставили в покое, потому что стране необходимо было золото, а его предприятия справлялись с этим гораздо эффективнее государственных аналогов — некоторые заводы работают и сейчас.
Туманов (в середине) и Высоцкий (справа)
Хотя сам Туманов до построения своей золотой империи успел даже отсидеть 8 лет в лагерях за всю ту же антисоветскую деятельность. Как он сам утверждает, «за любовь к Есенину». Туманова освободили и реабилитировали после смерти Сталина. Он дружил с Владимиром Высоцким, про его деятельность артист сочинил несколько песен:
Про все писать — не выдержит бумага,
Все — в прошлом, ну а прошлое — былье и трын-трава, —
Не раз нам кости перемыла драга —
В нас, значит, было золото, братва!
Артели вместе с дочерними предприятиями добыли больше 30 тонн золота за 20 лет. В середине 80-х «Печора» была известна всем советским людям. Если все время до этого артели, добывающие для страны золото, не трогали (только добывай), то с появлением у власти Горбачева, секретаря ЦК Лигачева и других высших руководителей Перестройки ими всерьез заинтересовались — захотелось особого контроля над золотом.
С «Печорой» начали публично бороться: Лигачев с трибун кричал, что коммунизм артелями построить нельзя, ему вторил Горбачев и Министерство цветной металлургии в лице его главы Дурасова, а за Туманова вступились Станислав Говорухин и Виктор Илюхин, написавшие разгромные статьи в газеты Союза («Мораль и право», «Литературная газета»). Но «Печору» все равно ликвидировали. Туманову не хватило федерального влияния, всюду рассказывали о страшных условиях работы на заводах, о задержках выплат и прочих вещах. Отчасти это было правдой, но реальность такова, что задержки зарплаты были вызваны отказами сотрудничать с артелью другими кооперативами из-за тех самых слухов.
«Вот обо мне часто говорят – «первый миллионер». Да, я, конечно, зарабатывал много, ведь у нас даже рядовые артельщики за сорок лет, где бы мы ни работали, получали больше секретарей обкомов! И секретари сходили с ума от этого. Никто, конечно, не извинился (за разгром «Печоры» — прим.)», — вспоминал в интервью Туманов в 2015 году.
Артель в психбольнице
Другой феномен 50-х, сохранившийся до Перестройки, шел от самой главной бытовой проблемы Советского Союза — хронического дефицита товаров. Предприимчивые производители дефицитных товаров придумали два пути, оба — нелегальные. Первый предполагал дополнительное производство продукции и последующую продажу «втемную», а во втором случае все делалось наоборот: нелегальные производства встраивались в официальную систему продаж. Тех, кто занимался подобной деятельностью, называли «цеховиками» и «толкачами» соответственно выбранному пути производства и реализации товара.
Пошив одежды
Наиболее известный тандем цеховиков периода расцвета этой деятельности — Шай Шакерман и Борис Ройфман. Они начинали на разных заводах, Ройфман так вообще с конца 40-х переходил с завода на завод, создавая в каждом из них бизнес цеховиков и таким образом сформировав картельную сеть. Все заводы производили текстиль.
В 1957 году Шакерман оказался начальником психоневрологического диспансера в Москве, купив должность за 2000 рублей. Он тайком заказал и установил швейные машины в подвале диспансера и задейстWowал пациентов для пошива, как ни иронично, одежды для стиляг. Впрочем, его мастерская не брезговала и той одеждой, что олицетворяла «советский образ жизни». Текстиль, естественно, закупали у цехового магната Ройфмана.
В 1962 году Шакерман был арестован по доносу собственных родственников: он с ними поругался на бытовой почве, а те донесли в прокуратуру: рассказали, что Шакерман живет не по средствам. Следствие раскрутило цепочку до всей сети Ройфмана. У него в доме нашли золота и денег в общей сложности на 3,5 млн рублей. Их приговорили к смертной казни.
Иностранный бартер
К быстро меняющимся даже в таком авторитарном государстве, как СССР, вкусам простых людей предприниматели подходили со всем вниманием и даже, возможно, более изощренной деловой хваткой, нежели бизнесмены свободных от государственного регулирования капиталистических стран. Пока молодежь засматривалась на западных одногодок и их яркую и интригующую цветами одежду, активно начали суетиться фарцовщики.
Где еще достанешь все эти джинсовки и яркие футболки, как не у фарцовщиков?
В 59-м году приехавший в СССР экономист Виктор Перло пожаловался, что его всюду донимают какие-то люди, постоянно спрашивающие «Have you something for sale?» Глаза первого зампреда Совета министров СССР Анастаса Микояна, с которым проходила встреча, налились кровью.
После этого МВД обвинили в ненадлежащей работе по борьбе с перекупщиками или фарцовщиками. Их название происходит именно от того вопроса — их называли «форсельщиками».
Волшебным образом в кратчайшие сроки была вскрыта вся сеть торговцев валютой и иностранными вещами на Тверской. Те, кто приставал с вопросом, пытаясь «урвать» что-то у иностранцев, назывались «бегунками». Они получали деньги от «шефов», работавших вместе с «купцами», которые держали целые сети фарцовщического бизнеса.
Одним из таких «купцов» был Ян Рокотов. Он первый создал такую структуру. Его система скупки валюты и товаров приносила просто сногсшибательные плоды. Начав в 1957 году, уже в 1959 он заработал свой первый миллион рублей. Чтобы не быть пойманным самому и отвести от себя подозрения, он время от времени жертWowал собственными работниками, сдавая их милиции.
Но из-за Хрущева, обратившего самое пристальное внимание на эту проблему после замечания от коллег за рубежом, фарцовщикам пришлось забиться в глубокое подполье, а мастодонты рынка поплатились за собственные бизнес-аппетиты. Рокотов был арестован в 1961 году. При обыске у него было обнаружено 1,5 миллиона долларов в разной валюте. Общий оборот сети фарцовщиков Рокотова составил 20 миллионов рублей.
Максимальный срок, который мог грозить Рокотову, составлял 8 лет. Однако Хрущев заставил пересмотреть закон. «Поправки» увеличили срок за экономические преступления до 15 лет, а за валютное мошенничество — до расстрела. Чтобы успеть к показательному суду, закон подписали задним числом. Рокотова и его подельников Файбишенко и Яковлева расстреляли.
Бизнес вопреки
Магазин техники в Ленинграде
Эпоха гласности и Перестройки. Новые формы бизнеса — на этот раз легальные. Власти тяжело давались перемены и инициативность талантливых людей. Трудно было и с Артемом Тарасовым: в 1987 году он открыл свой брачный бизнес и за пять дней заработал 100 тысяч рублей.
Решение открыть брачную контору родилось у Тарасова спонтанно. Кооперативы можно было открывать только при госкорпорациях, хотя они не имели никаких последствий от их деятельности.
«Мне очень интересно, как быстро вас посадят. Поэтому, пожалуйста, вот вам место, можете открывать брачную контору. Делайте что хотите», — сказал директор мастерской «Прогресс», к которой прикрепился Тарасов, его партнеру.
В первые же пять дней к ним пришли 4 тысячи человек. Почему так много? Получить прописку в Москве можно было только женившись. Каждый заплатил всего лишь 25 рублей — 100 тысяч «набежало» легко. Так легко, что их вызвали в Моссовет и закрыли за то, что они плодили фиктивные браки.
Тарасова не посадили только потому, что в той мастерской работал сын генпрокурора Москвы. Может, потому директор «Прогресса» был так снисходителен.
Входил человек, ему выдавались анкета, которую не спеша надо заполнить дома, адрес фотографа, потом девочка вела его под руку к кассе, объясняя, что компьютер обязательно подберет мужа или жену. Человек вносил 25 руб. — и дальше, не останавливаясь, как в Мавзолее, выходил через черный ход.
Тарасову уже было все равно, он загорелся новой идеей. В конце 80-х на рынок проникло много иностранной техники, но запчастей для нее было слишком мало. Он решил эту проблему. Предприимчивый бизнесмен нанял нескольких умельцев, приспособивших советские транзисторы под японские радиоприемники и телевизоры: если открыть такое починенное радио, на тебя вываливалась куча проводов в эпоксидной смоле, но все работало!
Тарасов в начале 90-х
Тарасова снова вызвали в суд — кто-то донес, что он ворует зарубежные детали, но заявление действительности не соответстWowало, поэтому бизнес не закрыли. А вскоре предприятие расширилось, фирма перешла на закупку компьютеров и программного обеспечения. Его продукты закупали даже в КГБ.
В 1989 году на счету фирмы «Техника» оказалось более 100 миллионов долларов, Тарасов фактически официально был признан самым богатым человеком в СССР, получив зарплату за месяц в 3 млн рублей. Тогда же вышел новый закон, по которому в кассе фирмы должно быть не более 100 рублей. Тарасов просто разделил между своими 2000 работниками зарплатный фонд. Когда его заместитель, будучи членом КПСС, внес партийный взнос в 90 тысяч рублей, страна была несколько потрясена.
«Мы не позволим превращать нашу социалистическую родину в капитализм. Мы этих толстосумов должны призвать к ответственности», — возмутился Горбачев.
Документы признали недействительными и фирму закрыли, а Тарасова снова обвинили в хищениях, на этот раз государственной собственности в особо крупных размерах. И он решился на отчаянный шаг: пришел на телевидение в программу «Взгляд» и рассказал свою историю всей стране.
Тарасов поставил условие: если он сможет доказать, что не виновен, то министр финансов СССР Гостев должен уйти со своего поста, в ином случае они могут расстрелять его хоть на Красной площади. Тарасову, вполне возможно, не удалось бы ничего доказать, но что он точно смог сделать, так это разделить пополам общественное мнение. В ситуации, когда объективная поддержка вдруг начала исходить даже из ЦК (Лигачев и Яковлев), Горбачев не смог пойти против общества. Впрочем, «Технику» тоже закрыли.
Тарасов не был единственным долларовым миллионером в 1989-1990-х годах на излете СССР, но точно был самым заметным. Выделялись своими заработками артисты, дельцы и даже антиквары и коллекционеры (искусстWowед Михаил Перченко скупал и продавал иконы по всему атеистическому Союзу и позже стал знаменит).
Деньги делались на всем, на чем только можно. И, что удивительно, порой невероятно и даже неоправданно большие. Кажется, что у советского человека было гораздо больше предпринимательской смекалки, чем в капиталистических странах.
Источник: ruposters.ru